Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович - Страница 770

Здесь, на границе лесостепной Дикой Дороги и турецкого анклава, начинаются отрезанные с севера высокими горами Тавра влажные субтропики. Леса на склонах холмов становятся всё более кудрявыми, воздух — всё более влажным и душным, а климат — непривычным. Надо же, впервые почувствовал, что потребуется акклиматизация.

Но красиво.

Я откинулся на удобную спинку, вольготно развалил на подлокотниках руки и возвестил тоном победителя сил Тьмы:

— Но тут на сцену вышел эфенди Горнаго! Заслуженный работник русского дипломатического фронта, который после обмена любезностями и воспоминаниями о прелестях курортов Антальи, Сиде и Мармариса быстро увидел всю проблематику локального судостроения интегрально и выступил с неожиданным предложением под кодовым названием «Сезам», от которого турки не смогут отказаться!

Сынуля с открытым ртом смотрел на это эстрадное представление, а Екатерина Матвеевна покачала головой и вымолвила:

— Ну, ты артист…

— Ах, оставьте! Эфенди Горнаго заявил, что Русский Союз в состоянии поставить им партию катаной стали спокойной плавки нужной толщины для обшивки в нужном количестве, а так же спецпрофиля для силовых элементов корпуса! И сделать это можем только мы!

— Только мы? Это точно? — спросила Екатерина, сразу ухватила главную мысль. Глаза её заблестели,

— «Блюминг Слябинг», красиво! Как название фильма ужасов, — невозмутимо произнёс Бернадино, напомнив ей об эпизоде в ходовой рубке, когда мы по очереди рассказывали Скуфосу о достижениях Русского промышленного района.

— Вспомнила! — громко воскликнула Катя, и некоторые посетители заведения обернулись, удивлённо посмотрев на неё. — И что, этого не у кого больше нет?

— Ни у кого, кроме нас. Пока что, во всяком случае, — подтвердил я. — Для выпуска стального листа нужно иметь очень многое: освоенное железорудное месторождение с подтверждёнными запасами, систему транспортировки сырья, доменную печь, коксующийся уголь и производство из чугуна литейной стали, прокатный стан в конце концов. Ну, не знаю… Разве что у китайцев, но вряд ли они к такому уже подошли.

— Захватывающе! А дальше?

— Дальше остро встаёт вопрос транспортировки законтрактованного металлопроката в Турцию, я здесь вижу два пути решения… Итак, первый: турки сами проходят морем вдоль побережья на запад, потому что у нас пригодных для этой цели морских судов просто нет. А там чёртовы течения и шторма у Берега Скелетов… Для сокращения плеча мы запросто можем перевозить прокат в Балаклаву, где надо будет построить склад-накопитель. Турок скользит между высоких волн и смерчей, заходит в удобную тихую бухту, а дальше дело техники. Грузоподъёмной техники.

Только сейчас я заметил, что Селезнёва, практически не глядя в записную книжку, оказывается, что-то быстро в ней фиксирует, отмечает!

— Да… По второму варианту мы доставляем прокат на перевалку в Шанхай. Там продукция грузится на арендованные по договору со швейцарцами речные суда, то есть, на одну из самоходок. Свиссы за транспортные услуги получают валюту, мы — круглогодичный маршрут и опытных шкиперов… В таком случае склад-накопитель нужно делать в Канберре, самое место, ну, ты помнишь эти огромные ангары… Далее либо турки строят пару своих «санта-марий», прицепов, и добывают в Маниле тягач, если это возможно, либо же мы пригоняем туда свой спецвоз с пулемётом и доставляем продукцию прямо в Корабельную бухту!

— То есть, сами мы никак не можем доставлять металл морем, вдоль побережья?

— Большой риск и ещё больший геморрой для нас, участок от устья Ганга до Волги впервые прошёл Маурер, а вот к востоку побережье в принципе нам незнакомо. Белое пятно с пугалками, какой тут бизнес, одна сплошная… — вместо окончания фразы я широко развел от пояса руками — дескать, здесь все разумные люди.

Екатерина Матвеевна задумалась настолько основательно, что молчала минуты три.

— Слушай, Макс… Объясни мне, женщине с гуманитарным образованием, предельно просто, почему мы сами не можем построить эти чёртовы пароходы?

Теперь немного помолчал я.

— Хорошо. Катя, мы, без всякого сомнения, сможем построить этот «чёртов пароход». Лет через пять. А то и через вдвое больший срок. Нужно где-то взять новые или отвлечь от чего-то важного старые кадры, накопить компетенции и наломать дров, постоянно упираясь в адскую себестоимость… Сейчас наши верфи заняты обеспечением сугубо речных перевозок, потому что в зоне жизненных интересов Союза целых три крупные реки: Волга, Шпрее и Сена. И мелочь вроде Донца, Щитовой и Луары. Нет никакого сомнения, что по мере открытия северных земель список рек пополнится, подконтрольный бассейн увеличится. И, конечно же, нужно выполнять заказы ВМФ! Да, мы строим вторую двухмачтовую шхуну для разведки и прибрежного каботажа, потихоньку начинаем клепать маленькие речные паровые буксиры… Но у нас, насколько я знаю, даже в планах нет разработки большой паровой машины для морского «либерти»… Мы пытались наладить взаимодействие по строительству небольших речных судов с Манилой, но ничего не получилось. Не тянут они, не хватает технического уровня, оснащённости, производственных мощностей… Пока что у нас с Шанхаем и филиппинцами, по большому счёту, только фестивали и олимпиады хорошо мутить получается. Вот в футболе они мастера! Ох, что-то я устал уже рассказывать… Рюмку хлопнуть, что ли?

— Нет уж, ты продолжай! Рюмку ему… когда всё разберём, сама налью.

— Да? — обрадовался я. — Лады, катим дальше.

— Подожди. Чем турки будут расплачиваться за такое счастье?

А я ждал этого вопроса, Екатерина Матвеевна!

— В том-то и дело, что нам на хрен не нужна оплата всякими фантиками, а в конкретном случае даже золотом, тем более, что в таких количествах он его не найдут. Нам нужно, чтобы они строили серийные грузопассажирские «либерти»-пароходы и для нас! — я торжествующе посмотрел на присутствующих, хотя adottato смотрел на меня уже с некоторой тревогой, как доктор-психиатр на пациента.

— Нюанс в том, что «либерти» это не только тип судна, но ещё и технология судостроения, которая используется до сего времени. Основной идеей американцев было максимальное удешевление и ускорение процесса постройки грузовых кораблей. Американские судостроители решили отказаться от клёпаного корпуса и заменить его цельносварным, что в то время было весьма передовой идеей, существенно экономившей время и деньги. Необходимый эффект они получили, правда спешка и новый сварной метод сыграли на крупных и тяжелых корпусах свою негативную роль: Девятнадцать пароходов развалились прямо в море, представляешь? Ошибки учли, производственный процесс улучшили, а себестоимость одного парохода снизили практически в два раза! Понимаешь, почему я говорю о компетенциях? Турки занимаются серьёзным кораблестроением уже четыре года, у них огромный опыт.

— Ты меня ошарашил, Максим! — призналась Екатерина Матвеевна.

— Я старался. Ну и напоследок. Представь, что турки серией строят пароходы «один к трём». Или к четырём, это дело экономистов и менеджеров. Один нам, три себе. И мы получаем для начала два мореходных грузовоза, которые начнут совершать челночные рейсы по маршруту Балаклава — Полуденные острова — Форт Росс! Это же совсем другой уровень освоения Южного материка! А турки пусть осваивают свою часть. Но это уже про геополитику.

Увлечённо рассказывая Селезнёвой о сути вопроса, я приводил упрощённые схемы и примеры, стараясь не перегружать Екатерину технической информацией, личными соображениями и мечтаниями. Ведь далеко не факт, что в случае успешной сделки турки будут строить нам именно уменьшенные версии «либерти». Своё веское слово на совещаниях ещё не раз скажут имеющие огромное влияние речники и логисты. Насколько нам нужно делать акцент на морских перевозках с непонятным грузооборотом, если сейчас идёт экспансия на севера?

После окончания Великой Отечественной войны Советский Союз остро нуждался в транспортном флоте. Новые суда необходимы были стране для вывоза за границу природных ресурсов — в обмен на них СССР получал то, без чего невозможно было восстановление промышленности — машины, станки, оборудование.