Шторм серебряных клятв - Новэн Талия - Страница 1

Annotation

Селин Дэвис привыкла считать свои видения проклятием, пока они не начали оживать.

В поисках ответов она пересекает полмира — от пыльных улиц Индии до древностей Каира. Но вместо обещанного исцеления Селин находит труп единственного человека, знавшего правду, и сама оказывается на волосок от смерти.

Её спасают двое незнакомцев, которые знают больше, чем говорят. Но когда Селин возвращается в Чикаго, надеясь всё забыть, таинственный мужчина из Каира находит её сам. Он раскрывает секреты, в которые невозможно поверить: существует мир за пределами нашего, скрытый за магическими Арками. И Селин принадлежит ему.

Теперь ей приходится балансировать между привычным миром и древней силой, которая рвется наружу. Каждый выбор приближает её к разгадке, но чем больше она вспоминает, тем страшнее становится правда. Оказывается, когда-то она сама отчаянно искала способ умереть навсегда.

Сможет ли она понять, кто на самом деле стоит за ее убийством? Хватит ли у Селин сил спасти потусторонний мир?

Талия Новэн

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Конец ознакомительного фрагмента.

Талия Новэн

Шторм серебряных клятв

Глава 1

Удайпур, Индия

8 утра по местному времени

Беги. Борись. Выживи. Сердце колотится, стремясь пробить грудную клетку и убежать прочь. Воздуха в легких не хватает, и вместо этого я вдыхаю густую горячую пыль. В висках гул, а перед глазами медленно темнеет, как будто кто-то ввинчивает ночь прямо мне в глаза.

Еще немного, и я отключусь. Я знаю этот момент до мельчайшей дрожи в пальцах: дальше будут картинки, отрывки чужих и своих кошмаров, обрывки голосов. Ради их расшифровки я и пересекла полмира. И было бы особенно глупо рухнуть в обморок посреди душного коридора частной клиники доктора Раан.

Я делаю глубокий вдох и считаю до пяти, надеясь, что это сработает. Этот трюк помогал мне раньше, когда накатывали… ну, как говорит мой друг, «твои странные видения, после которых ты потом час заторможенная». Но здесь, в Индии, в этом старом здании с облупленной штукатуркой и потолочными вентиляторами, воздух пахнет приторными духами, пряными специями и антисептиком. И ощущение, что от этой смеси меня укачивает еще сильнее, чем от самого приступа.

Мой психиатр из Чикаго наконец сдался после десятков лет анализов, таблеток, бесконечных разговоров в его кабинете. «Поезжайте к Раану, он единственный, кто…» — он не договорил, но я поняла: кто еще согласится возиться с безнадежным случаем. Родители бы сказали, что все это наказание за то, что я редко захожу в церковь. Может, и так. Иногда я сама верю, что в мою голову кто-то шепчет что-то не из этого мира.

Спину обжигает жар, точно от кипятка. Я сижу, вцепившись в деревянное сиденье, и думаю, что, может, смерть все-таки выглядит именно так — медленной, липкой, с жгучим запахом пыли.

— Мисс Дэвис, ваш прием немного задерживается. Нам очень жаль, но мистер Раан попал в пробку, — раздается откуда-то сверху, и я вынужденно поднимаю голову. — Принести вам воды?

Девушка из регистратуры, которая принимала у меня документы полчаса назад, теперь стоит передо мной, и по выражению ее лица мне верится: ей действительно жаль. А еще она смотрит на меня обеспокоенно, боясь, что прибывшая пациентка из Чикаго прямо на этих деревянных стульях умрет от жары.

— Да, бутилированную, пожалуйста, — хриплю я и слегка киваю в знак благодарности.

Администратор радуется моему ответу и быстро разворачивается, уходя за водой.

Только сейчас понимаю, насколько у меня пересохло во рту. Даже слюна не вырабатывается. Адское пекло, кажется, способны выдержать только местные. Сколько бы воды я ни выпила, ее всегда недостаточно.

«Скоро вернемся в наш Город Ветров», — шепчет внутренний голос.

Никогда не думала, что буду так скучать по ветрам, способным утащить на пару метров в любое направление. В Удайпуре настолько не хватает свежего воздуха, что в топе моих проблем теперь не жуткие видения, а убийственная сауна, вонь и жажда.

— Выглядишь еще хуже, чем когда я тебя оставил, — смеется Джеймс и плюхается на соседний деревянный стул с таким грохотом, что, кажется, тот сейчас развалится.

Джеймс Миллер — мой лучший друг детства и по совместительству партнер в турагентстве. Мы вместе создаем туры для одиноких путешественников. Я отвечаю за организацию, а он за фотографии и видеоотчеты.

— Мог прийти еще позже и нашел бы мой труп, — бурчу я, но замечаю у него в руках две бутылки воды. Не дожидаясь приглашения, выхватываю одну и выпиваю залпом.

— Дикарка, — фыркает он.

Вода холодная — то, что нужно. И я не отказываюсь от следующей бутылки, которую любезно протягивает темноволосая сотрудница клиники.

Доктор Раан, похоже, не спешит. Вероятно, предпочел сидеть в пробке, чем обсуждать, когда именно я окончательно сойду с ума.

Еще по пути сюда, пролетая над Атлантикой, я размышляла, с чего начать разговор: пугать постепенно или сразу обрушить на него истории о своих видениях.

Обычно я вижу одно и то же. Огромные каменные глыбы, уходящие в небо так высоко, что не вижу вершин. Они стоят парами напротив друг друга, похожие на ворота. А между ними белая плотная пелена: пульсирующая, живая и зловещая. Все сопровождается нечеловеческими криками, резким ревом, от которого сводит желудок.

Вокруг высохшая пустошь. Земля потрескавшаяся, выжженная, лишенная дождя веками. Над головой серое вязкое небо. Такой серости я не знала: ни дымка, ни туман, а что-то мертвое и неподвижное. Иногда ветер поднимает смерчи и часто их десятки.

И разум кричит: нельзя! Опасно! Это ловушка! Но руки тянутся. Я хочу знать, что там так же отчаянно, как зовущий голос хочет, чтобы я вошла.Но страшнее всего — арка. Она знает мое имя. Шепчет и просит подойти с такой отчаянной жаждой, что само ее существование дрожит на грани.

Думаю, это единственное, что мне стоит сегодня рассказать.

Часы показывают ровно десять и я близка к тому, чтобы закатить скандал. Но у доктора Раан сильный ангел-хранитель, потому что именно в тот момент, когда у меня нет сил терпеть это безобразие и я в полной готовности учинить дебош, он показывается в дверях.

Мужчина весь мокрый, уставший и бледный. Солнцезащитные очки на голове, рубашка в полоску расстегнута на верхние пуговицы, а в руках уже моя папка с документами. Он изможден. Его вид прямо говорит: он сам прошел все круги ада. На секунду мне даже его жаль.

— Селин Дэвис, — бодро начинает он и несколькими длинными шагами сокращает расстояние между нами. — Безумные пробки. Спасибо, что дождались.

— У меня не было выбора.

Друг пихает меня локтем, как бы намекая, что я должна вести себя воспитанно. Но мне плевать. Я злая и голодная, а жара выжигает остатки терпения.

— Я Джеймс. Сопровождаю мисс Дэвис в этом путешествии, — с самой обаятельной улыбкой он протягивает руку.

Раан жмет ее с легким кивком.

Мой компаньон — добрейший из всех, кого я знаю. Лабрадор в человеческом теле. Всегда сгладит углы, прикроет, когда я на грани, извинится за мою резкость и сделает так, что нас потом пригласят еще раз.

Знаете, это убийственное обаяние?

Которого у меня нет.

— Прошу в мой кабинет. Нам необходим кондиционер — поможет в этот жаркий день, — чуть ли не задыхаясь, доктор ведет нас по коридору.

Внутри уютнее, чем ожидалось, на фоне старой поликлиники. Ремонт, очевидно, сделан недавно: мебель новая, а огромные окна в пол выходят на юг и комната залита светом. Стол Раана загроможден бумагами. И пока мы топчемся у входа, он распихивает папки в шкафы и прячет беспорядок.