Последняя из древнего рода (СИ) - Властная Ирина - Страница 73

— Лорд Рэдвел… — растерянно пробормотала я в ответ, всё же не до конца понимая, что именно кроется в его словах.

— Вы можете называть меня по имени, леди Эллия, если и мне будет дозволено обращаться к вам так же, это и будет ответом, — пришёл-таки мне на помощь тот, кто и озадачил.

— Хорошо, Виртэн, я счастлива назвать вас своим защитником, и я благодарна вам за вашу заботу, — как-то даже торжественно сказала я, словно клятву брачную принесла.

Кареглазый глава рода лучших телохранителей и воинов, лорд Виртэн Рэдвел, улыбнулся такой счастливой улыбкой, словно я ему какое-то сокровище подарила, о котором все знают, но никто никогда не видел.

— Эллия… — качнулся в мою сторону Виртэн и осторожно подхватил мои ледяные руки… просто холодно всё-таки в подземелье было, да и волнительно, чего уж скрывать… поднёс их к губам, согрел своим дыханием и бережно покрыл поцелуями… нежными и лёгкими, как ласковый летний ветер, совершенно не обращая внимания на их «натруженное» состояние. — Вы сделали меня самым счастливым человеком во всём мире… я не умею красиво говорить, моя прекрасная Эллия, но я готов каждый день доказывать свои чувства. Для меня честь, что вы назвали меня своим избранником!

Да? Когда это я успела? Нет, я совершенно не против, просто неожиданно как-то и место ещё такое… не романтичное. И что это теперь значит? Мы встречаемся или сразу клятвами обменяемся? Как-то всё очень быстро произошло, да и не знаю я лорда Рэдвела настолько хорошо, чтобы жизнь свою с ним связать. По сути, я его, вообще не знаю!

— Я понимаю, что мои слова стали для вас неожиданностью, и вы меня совсем не знаете, да и место для признания выбрано крайне неудачно, — лорд Рэдвел говорил так, словно мысли мои прочитал, а потом мягко меня в кольцо своих рук притянул, — но моё сердце бьётся быстрее лишь при одном взгляде на вас, а от вашей красоты у меня перехватывает дыхание… Возможно, это звучит глупо или смешно, но в моей душе зажглось пламя, а над жизненным путём засияла яркая звезда и она носит ваше имя, Эллия. И если в вашем сердце тлеет хоть несколько искр ответного чувства… хотя бы симпатии или расположения ко мне, я уберегу вас от любых опасностей, я укрою вас от всех бед, я отдам за вас жизнь без колебаний и раздумий и сделаю всё, чтобы разжечь эти искры до всепоглощающего огня любви...

И это он мне рассказывал, что красиво говорить не умеет?

— Виртэн, я… — я только хотела сказать, что он мне симпатичен, и поэтому нечего ему теперь лишний раз всех вокруг соблазнять, и на тренировочном поле лучше в полном боевом облачении упражняться, то есть доспехами с ног до головы закрыться, и в плащ укутаться.

Но лорд Рэдвел не дал мне и слова сказать, лишь крепче прижал к своему напряжённому телу и накрыл мои губы поцелуем… и в этот момент время, казалось, остановилось. Воздух вокруг нас сгустился, наполнился предвкушением и едва уловимым трепетом. Первое прикосновение было похоже на лёгкое касание бархатного лепестка… безграничная нежность царила в этом осторожном касание, и я покорно замерла в его власти, боясь вспугнуть это хрупкое мгновение и нарушить ту магию, которая брала своё начало с самого сотворения мира, и сейчас слабым сиянием разгоралась в ослепительную вспышку. Губы Виртэна осторожно изучали изгибы моих, и в этом первом, даже робком прикосновении, было столько невысказанных слов, что у меня перехватывало дыхание от ответной нежности.

Но спустя несколько мгновений, эта трогательная ласка начала переплетаться с чем-то более сильным, горячим, более страстным и откровенным. Мужчина чутко уловил и моё сбившееся дыхание, и то, что я ещё теснее прижалась к нему, без стыда поднимаясь ладонями по его твёрдой груди, проходясь в мимолётной ласке по его шеи и с наслаждением зарываясь пальцами в его волосы, открываясь навстречу его поцелую и его чувствам, которые до этого момента дремали глубоко внутри под грузом условностей, рамок и проблем, но сейчас разгорались в полную силу, снося всё в бездну и оставляя лишь кристально чистое удовольствие. Поцелуй стал напористей, глубже, будоражащим кровь и заставляющим забыть обо всём, кроме мужских губ, даривших удовольствие, и крепких рук, бережно сжимающих в объятиях. Поцелуй был наполнен желанием — желанием узнать больше, почувствовать глубже, поделиться своими чувствами и раствориться в эмоциях друг друга.

Меня ещё никогда в жизни так не целовали, и я ещё никогда не испытывала столь ярких впечатлений от обычного поцелуя… когда Виртэн отстранился, всматриваясь в моё лицо потемневшими до черноты глазами, у меня слегка кружилась голова и на губах остался привкус чего-то волнующе волшебного, и обещание, что это только начало.

— Эллия… — выдохнул мужчина, словно не в силах оторваться от меня, и вновь прижимая к своей груди, — моя спасительница…

— Да, ладно, — тихо буркнула я куда-то в мужскую грудь, — это был всего лишь паучий яд…

— Я не об этом, солнце моё… Всю свою сознательную жизнь я был наёмником, и слишком хорошо знаю, насколько коротка может быть жизнь, — нежно провёл он по моим волосам, пропуская рыжие пряди сквозь пальцы и явно получая от этого удовольствие, — а ещё я знаю, что встретить такое редкое сокровище, как вы, один шанс из тысячи…

— Сокровище? — я недоверчиво хмыкнула, напрашиваясь на комплимент.

— Именно, — с полной уверенностью в моей ценности заявил мой… избранник? Слово-то какое непривычное, как и факт того, что лорд Виртэн Рэдвел испытывает ко мне чувства, намного глубже обычной симпатии. — Прекрасная дева из древних сказаний, чей блеск волос затмевает свет дневного светила, небесно-голубые глаза покоряют своей чистотой, а нежные уста настолько сладки, что, прикоснувшись к ним однажды, будешь ночами грезить о ещё одном прикосновении…

— Виртэн, вы же сказали, что не умеете красиво говорить…

— Это не мои слова, это строчки из баллады, — он улыбнулся так светло и искренне, что невозможно было не залюбоваться этим невозможным мужчиной, — но они полностью выражают моё восхищение вами, Эллия.

— Я не настолько хороша, как вы обо мне говорите, — засмущалась я от его взгляда… поздновато, конечно, смущаться, но что есть. Просто я какой-то слишком идеальной в его глазах получалась, а я такой совершенно не была.

— Вы намного лучше, — глава рода Рэдвел не изменял себе, если сказал, что я сокровище, значит, на своём до последнего стоять будет. — Сегодня Дарвурд откроет портал в Несокрушимый, раз он уже удовлетворил своё любопытство, уверен, теперь он не откажет, и я вернусь с кольцом избранницы рода Рэдвел, чтобы надеть его на ваш палец, Эллия, и всем объявить о вашем согласии. Лорд Гэррош был совершенно прав — зачем тянуть, если уверен в своих чувствах.

— Лорд Гэррош значит… а он каким боком здесь оказался?

— Поделился мудростью, что нельзя упускать своего счастья и отвагу можно проявить не только на поле боя, — хмыкнул мой кареглазый лорд, — чтобы признаться в чувствах не меньшая смелость нужна… и я рад, что решился на это. Раны, полученные в бою, заживают, оставляя шрамы, но боль от неразделённой любви кровоточит всю жизнь… вы избавили меня от бесконечных страданий, моя леди, и от чувства полного бессилия, когда видишь в любимых глазах холодный лёд отчуждения…

Всемилостивые Боги, ну нельзя же быть настолько прямолинейным! От каждого нового признания Виртэна у меня дыхание перехватывало, с его потоком откровений, мне смерть от счастливого удушья грозит… А к дедушке Дарту у меня просто тьма вопросов, с чего это он на себя роль свахи примерил? Или он угрожал Виртэну? Так, вроде лорд Рэдвел не тот человек, которого пустыми словами можно пронять.

— Не хочу отпускать вас, Эллия, но понимаю, что и так отнял у вас непозволительно много времени, и вас ждут дела, — тяжёлый вздох вырвался из мужской груди, на которой я вполне себе уютно устроилась… в объятиях Виртэна, вообще, очень удобно было, и тепло, и чувство защищённости со всех сторон окружало. — Буду ждать нашей вечерней прогулки. Вас проводить?