Убить Бен Ладена (ЛП) - Фьюри Делтон - Страница 7

Эти действия сами по себе делали его личностью, заслуживающей внимания, но не настолько важной, чтобы поручать работу «Дельте». «Зеленые береты» из Алабамы были более чем в состоянии схватить Гюль Ахмеда и его родственников. Однако в этом человеке было кое-что особенное.

Одна ключевая деталь его биографии отдавала пас на поле «Дельты», — якобы в прошлом году Ахмед три дня укрывал в своем доме сильно ослабленного и раненого Усаму Бен Ладена, в то время как лидера «Аль-Каиды» кропотливо искали в горах сотни моджахедов и порядка сорока западных спецназовцев. В документах разведки также утверждалось, что к концу битвы гостеприимство Гюль Ахмеда и его племенные связи оказались хороши достаточно, чтобы тайно провести вдохновителя террористов через заснеженный горный перевал, который находился всего в семи милях к югу от его убежища и был вне нашей досягаемости.

Так-так. Это немного меняло ситуацию и делало ее чуть более личной. Господину Ахмеду присвоили название «известный сторонник “Аль-Каиды”», — обозначение, которое в формулировке боевой задачи обычно сопровождается фразой «убить или захватить». Опять же, само по себе это не имело большого значения, но его захват имел довольно приятный поворот, который заставил бы ребят из атакующих сил чуть посильнее затянуть свои подбородочные ремни на шлемах и чуть ровнее прикрепить на своих плечах, на липучках свои оливково-серые приглушенные американские флаги. Если сведения о Гюль Ахмеде окажутся верны, то они дадут нам первую реальную зацепку, которая поможет собрать воедино головоломку о том, как Бен Ладен смог сбежать из Тора-Бора.

Мысль о возвращении в Тора-Бора бодрила. Мы не могли быть более счастливы, посетив семью этого джентльмена и засвидетельствовав ему свое почтение.

Нам нужно было знать, действительно ли HUMINT[18] не соврала в том, что Бен Ладен нашел убежище, пусть даже на короткое время, в доме этого посредника «Аль-Каиды». Всем было бы хорошо, если бы мы могли просто заглянуть к нему днем. Сидеть, скрестив ноги, на красочном афганском ковре, попивать тепловатый чай и перекусывать орехами и сушеными финиками, и задавать ему ряд вопросов, но почему-то мы чувствовали, что это не сработает. Скорее всего, этот джентльмен отреагирует только на чуть бóльшую агрессию.

*

Первым делом нужно было определить спальню Ахмеда, и выполнить эту работу вызвался один из лучших спецназовцев. В «Дельте» он был известен как Шрек, ласково названный в честь персонажа мультфильма, с которым его роднило крупное и мускулистое телосложение. Он щеголял глубоким бронзовым загаром, полученным от солнечных лучей на заснеженных вершинах северного Афганистана, бóльшая часть его лица была покрыта густой каштановой бородой, которую он отрастил за много месяцев. Шрек мог бы привлечь внимание, стоя на перекрестке улиц где-нибудь в Айове, но также мог хорошо вписаться и в среду местных афганцев. Он вновь и вновь доказывал свое мастерство, и точно так же, как любой оперативник «Дельты», выработал хорошее отношение к людям в этом районе, научившись понимать совершенно другую культуру, в которой честь, гостеприимство и месть ценятся так же, как среди американцев ценятся бейсбол, хот-доги и яблочный пирог. За свою доблесть, проявленную при преследовании Бен Ладена в горах почти год назад, он был награжден и, по моему мнению, для этой работы не было лучшего человека.

У нас было много информации, но мы надеялись, что Шрек предоставит нам разведданные, необходимые для представления обстановки для нанесения удара нашему вышестоящему командованию. Разведывательная информация должна быть реализуемой, — чтобы получить «добро» на реализацию, не должно быть догадок, слишком отрывочной или слишком старой информации. Отсутствие реализуемых разведывательных данных означает отсутствие старта миссии, что, как правило, отправляет всех нас обратно в расположение с целью вставить еще один фильм в DVD-плеер или потягать еще больше железа в большой палатке.

Мы попросили Шрека отложить все это, и взять на себя миссию, которую большинство американских мужчин могут испытать только опосредованно через романы Тома Клэнси или голливудские триллеры с Томом Крузом. В одиночку ему придется зарыться в опасный «стог сена», состоящий из дюжины бревенчатых и глинобитных саманных построек, теснящихся друг к другу на крутом, террасированном горном хребте, чтобы обнаружить «иголку» в виде дома Гюль Ахмеда.

— Да, и еще, — добавил я во время первого инструктажа, взваливая на его широкие плечи еще одну немаловажную задачу. — Нам нужно, чтобы ты, пока будешь там, подтвердил, что мистер Ахмед находится дома, а не делает покупки по ту сторону границы в Пакистане.

*

Пока Шрек занимался последними приготовлениями, я зашел к нему в палатку и увидел, что ради успеха миссии он одевается в поношенную одежду афганских моджахедов, включая мешковатые штаны на завязках и рубашку до колен. Единственное, что было не так с его одеждой, так это красно-зеленая бейсболка с эмблемой Хард-Рок-кафе в Вашингтоне, округ Колумбия, сидевшая у него на голове — сувенир, который он купил, когда мы были в столице полгода назад. Он сменил ее на старую, мягкую шерстяную шапку-паколь, которые носят «духи».

Для нас обоих это была уже третья поездка в Афганистан, и хотя мы несколько раз обсуждали и отрабатывали план, мы чувствовали себя более комфортно, когда могли посмотреть друг другу в глаза в крайний раз перед выходом. Было важно, чтобы он точно понял, как мы собираемся поддерживать связь, что важно сообщать немедленно, а что может подождать. И что еще важнее, я хотел дать Шреку то теплое и пушистое подтверждение того, что, если что-то пойдет не так, то парни оставят просмотр «Клана Сопрано» и придут ему на помощь. Он мог работать один, но он был частью «Дельты», то есть частью команды, но в то же время мы оба знали, что правда состоит в том, что мы не сможем волшебным образом появляться рядом с ним, когда он будет тереть волшебную лампу. Нам понадобится два часа полета на вертолете из Баграма, летящем настолько быстро, насколько только могли разогнаться пилоты, и мы ничего не можем сделать, чтобы это поменять.

В небольшую сумку дотошный профессионал аккуратно поместил мини-видеокамеру, которая была ему нужна, чтобы запечатлеть важную для штурмовой группы информацию: состав и структуру стен, тип дверей, расположение дверных петель, высоту подоконников, наличие проволоки, возможные маршруты подхода, расположение вооруженной охраны, возможные пути эвакуации и еще десяток других вещей. Он добавил небольшой портативный прибор системы глобального позиционирования, или, по-другому говоря, GPS-приемник, которая обеспечит точные координаты, которые имеют решающее значение для любой точечной тайной операции. Последним в сумке лежал маленький спутниковый телефон, который служил ему единственной связью с нами, эдаким спасательным кругом для безопасности и его товарищей по команде.

Наконец, Шрек взял свое самое ценное оружие, свое дитя, — 7,62-мм штурмовую винтовку немецкого производства H&K G3, увенчанную коллиматорным голографическим прицелом с красной точкой, инфракрасным лазерным целеуказателем IPTAL и мощным тактическим фонарем для ближнего боя. Он с теплотой потер ее.

— Эй, приятель, разве тебе не придется чертовски долго прятать это оружие от любопытных местных жителей и «духов», с которыми ты будешь общаться? — спросил я.

Шрек искоса взглянул на меня своими пронзительными глазами, почти скрытыми за густыми волосами. Выглядел он страшно. Потом бережно уложил свою ценную винтовку под спальный мешок, чтобы защитить ее от чудовищной мелкой пыли, которая неизбежно покрывала все вокруг.

— Делтон, я прощаюсь всего на несколько дней, но, как и некоторые наши подружки дома, она разозлится на меня за то, что я ее оставил.

Его личным оружием самозащиты в этой поездке будет 7,62-мм автомат АК-47 со складывающимся прикладом, который можно будет легко спрятать под одеждой.

Шрек был счастлив. Интересно, увидим ли мы его когда-нибудь снова?