Камелия. Княжна соляных пустошей 2 (СИ) - Кароль Елена - Страница 26

Интересно, сколько сотен и даже тысяч женщин до сих пор вспоминают его неотразимую улыбку и ласковый взгляд с хитринкой. Таких донжуанов еще поискать!

При этом танцевать мы выходили ещё пару раз, легкомысленно болтая о такой непростой магии, как ментал, который Тихомиров вроде бы и пытался освоить, но тот ему никак не давался, пробудившись многим позже воздуха, и в итоге мужчина мог лишь призывать парочку воздушных элементалей, а тех же призраков подчинить или изгнать уже не мог, да и элементарное общение с потусторонним давалось с трудом.

– Почему так? - удивилась я. - Разве это не один раздел магии?

– Умные мужи считают, что да, - обманчиво небрежно пожал плечами Тихомиров. - А на практике всё намного сложнее. Видимо, мне просто не дано. Это как уметь петь. Либо не уметь совершенно и, сколько ни тренируйся, оперным певцом не стать. К тому же магия не любит тех, кто уделяет ей время поскольку постольку, я же вечно нахожу, чем заняться, лишь бы не заниматься магией. В каком-то смысле это моя личная психологическая проблема, - он усмехнулся, выразительно закатывая глаза, - но я уже свыкся с этим и не комплексую. Я не боец, я делец. И мне вполне хватает того, что я уже умею.

– И совсем не хотите стать сильнее и могущественнее? - не поверила.

– Камелия, я знаю свой потолок, - качнул головой Тихомиров. - Я до него добрался. К чему рвать жилы, если меня и так всё устраивает? Да, я догадываюсь, что если потратить на ежедневные тренировки лет так пять-семь жизни (а то и все десять!), то преодолею этот барьер, но… Зачем? Что мне это даст? И кто вернет мне самые лучшие годы жизни, которые уйдут безвозвратно? А ведь я могу потратить их с куда большим удовольствием. Согласны?

Подумав, кивнула. Реально оценивать свои силы тоже нужно уметь. Тимофей - реалист.

А вот я… Я до своего потолка ещё не добралась. Я, можно сказать, чуть ли не в самом начале своего пути. И это прекрасно!

В общем, как ни крути, а вечер протекал великолепно, так что закончили мы его только ближе к десяти, безо всякого стеснения обменявшись номерами телефонов с Тимофеем, договорившись созвониться завтра, и я искренне порадовалась, что за руль моей машины сел Бобров.

Нет, я не была пьяна. Просто… Мне было лень. И я охотно села сзади, пользуясь всем, что мне было доступно: и мягким сидением, и наличием трезвого спутника.

А через семь минут после того, как мы покинули город и выехали на загородную трассу, Бобров абсолютно спокойным тоном сообщил:

– У нас хвост.

Раздраженно поморщившись (ну что опять?!), я обернулась и попыталась рассмотреть, кому неймется на этот раз. К сожалению, следующая за нами машина ехала довольно далеко и в сгущающихся сумерках я не могла рассмотреть людей, которые в ней ехали, но уточнять у начбеза, почему он решил, что это именно хвост, не стала. В этом вопросе я ему доверяла.

Но всё равно спросила:

– Как думаете, кто?

– Точно местные. Сильнее всех подозреваю посланцев князя. Видели его в театре? Чуть зубы в порошок не стер. В чем причина?

Дядя! Скривившись так, словно съела лимон, причем одну кожуру, мысленно признала, что Бобров скорее всего прав. Сегодня кандидатом мог быть только князь. И что ему неймется?

Впрочем, это уже риторический вопрос. Кажется, ему в принципе повод не нужен, чтобы быть в дурном настроении и выплескивать это на меня. Другой вопрос: какова цель наших преследователей? Пленить, напугать или всё-таки убить? От этого зависит, как мы будем действовать.

– Сможем оторваться?

– Легко, - уверенно заявил Бобров уже кого-то набирая на телефоне. - Но я предлагаю загнать их в ловушку и допросить. Лучше понимать, что задумал враг.

Да, лучше понимать.

В этом вопросе я была абсолютно солидарна с Харитоном Демьяновичем, предпочтя откинуться на спинку заднего сидения и расслабиться, но всё равно задумалась о том, что надо как можно скорее освоить энергетический покров.

Увы, он мне до сих пор не давался.

Следующие двадцать минут мы ехали с большой скоростью, периодически ускоряясь, когда расстояние между нами и преследователями начинало стремительно сокращаться, но догнать нас они не могли, как ни старались. А они старались!

Мой начбез, оказавшийся ко всему прочему и асом вождения, выдерживал идеальный скоростной режим, безупречно вписываясь в повороты, тогда как наш хвост был вынужден сбрасывать скорость. Видимо, за рулем сидел далеко не профи. Но вот мы вышли на длинную прямую, идущую меж небольших холмов, и Харитон Демьянович не стал ускоряться, наоборот, слегка сбавив скорость.

Наши преследователи не почувствовали подвоха и начали резко догонять, а когда поравнялись с нами и попытались бортануть, Бобров резко вывернул руль, не допуская столкновения, и даже сдал немного назад, отчего меня неприятно мотнуло по салону, даже с учетом того, что я уже давно пристегнулась.

А вот преследователей занесло.

Хах!

И не просто занесло, а даже немного в кювет, после чего одним махом произошло сразу несколько вещей: Бобров сдал ещё немного назад, а вокруг машины преследователей словно из ниоткуда появились целых три бронетранспортера Тихомировых, взявших авто в клещи, замерцал некий артефакт и из громкоговорителя донеслось:

– Выйти из машины, поднять руки! В случае сопротивления будет открыт огонь на поражение!

Ха!

Я вот только одного не пойму… Ладно, два момента.

Как они добрались до места так быстро (не припомню, чтобы БРТ стояли на хуторе!) и как прятались. В этом мире уже изобрели покров невидимости? Почему я не в курсе?!

Искренне недоумевая, но пока молча, я предпочитала внимательно наблюдать за происходящим и увидела, как из машины один за другим выходят четыре человека с поднятыми руками. Четыре громилы довольно бандитской наружности. Не в форме, то есть не слуги рода.

А кто?

Я слышала, преступники пытаются призвать Тихомировских бойцов к благоразумию, крича, что это недоразумение и они просто ехали мимо по своим делам, но всех четверых просто уложили мордой в землю, досмотрели, обезоружили, для надежности надавав по почкам, после чего связали и, погрузив в одну из машин, отправились обратно на хутор. За руль чужого авто сел мой человек.

До дома добрались без приключений и Бобров сразу твердо заявил, что на допросе мне делать нечего - он справится сам, так что мне не оставалось ничего другого, как пойти спать. Но вопросы, которые продолжали разжигать мое любопытство, я всё равно задала!

– А откуда у нас бронетранспортеры?

– Я распорядился подогнать, и майор Леонов был полностью со мной согласен. У вас как ни выезд в город, то приключение. Как видите, я не ошибся.

– Так, погодите! - Я аж рассердилась. - Вы за моей спиной обсуждаете с посторонним человеком мою безопасность? Ещё и военную технику у него просите! В долг или за деньги? А может за ответную услугу?! Вам не кажется, что вы должны прежде всего обсуждать это со мной?

Чуть нахмурившись, Бобров прикрыл глаза, явно старательно размышляя о том, что я сказала, после чего коротко кивнул.

– Согласен. Справедливый укор. Прошу простить, подобного больше не повторится. Но это было не в долг и не за деньги. Ещё несколько дней назад майор осветил допустимые границы безвозмездной помощи, которую Тихомировы готовы предоставить, пока вы не обзаведетесь своей гвардией, способной защитить вас от любой опасности, и бронетранспортеры вместе с экипажами входят в этот список.

– Харитон Демьянович, - я посмотрела на него с ещё большим недовольством. - Я хочу знать все подобные нюансы. Вы обязаны обсуждать их прежде всего со мной. Я не маленький ребенок, а ваш непосредственный начальник. И поверьте, я разбираюсь очень во многом, не надо скрывать от меня настолько важные моменты.

– Простите. Не буду.

Ещё раз внимательно изучив Боброва и вроде как поверив, спросила ещё, но уже более доброжелательно:

– А каким образом машины стали невидимыми?

– Артефакт воздушного искажения. Это не реальная невидимость, а скорее иллюзия, и действует только на неподвижные предметы. Лучше всего в сумерках.