Боярский сын. Отрок (СИ) - Калинин Алексей - Страница 46

— Уважаемая публика! Сегодня на Императорской Арене состоится исключительное событие! Глава рода Мезинцевых вызвал на Суд чести главу рода Ярославских. Константин Егорович сам выбрал бойца из рода Ярославских и это… В красном углу Арены! Адепт Академии Боевых Искусств и Чародейства! Молодой, но подающий большие надежды — Елисей Станиславович Ярославский!!!

Зрители на трибунах взорвались приветственными криками. Я помахал руками, оглянулся вокруг и заметил ребят со своего курса. Больше половины пришло. Даже Любава явилась. Вон, сидит рядом с Глебом Долгополовым. Делает вид, что разглядывает свои ногти и кроме маникюра её ничего не интересует.

Мизуки расположилась рядом со своей семьёй. Сестрёнка Мизуки помахала рукой в ответ, когда увидела, что я на неё смотрю. Отец и мать Мизуки чуть поклонились. Я улыбнулся в ответ.

— В синем углу Арены! Слуга рода Мезинцевых! Сильнейший боец ранга Отрок, прошедший огонь Опасных земель, непревзойдённый и непобедимый… Го-о-олиа-а-аф!

Здоровяк поднял вверх руки. На них вздулись канаты мышц, перетянутых крупными венами. Он глухо зарычал, как будто львиным рыком предупреждал всех присутствующих не приближаться и не подходить. Он считал меня своей добычей! Ага, только хрен он угадал!

— И два этих бойца! Два невероятно могучих для своего ранга воителя сойдутся на Суде чести! Бой пройдёт до признания поражения одной из сторон или до смерти. Так как Император воспользовался правом судьи и предложил выбрать одному из участников оружие на его усмотрение, то второй тоже может выбрать оружие для себя. Елисей Святославович, вы выбрали оружие?

Я чуть поклонился и поднял вверх вытащенный из ножен нож. На миг мне показалось, что его сталь звенит от нетерпения.

— Голиаф, а вы?

— Мне не нужны железяки! — прорычал он громко. — Я справлюсь с этим мальцом голыми руками! Перекушу его пополам!

— Ну ничего себе! — воскликнул глашатай. — Один из бойцов отказывается от оружия! Это его право, но… От этого бой станет только более увлекательным! Ваше Императорское Величество, вы разрешаете выйти одному из бойцов на Суд чести без оружия?

Все взоры направились на императора. Тот склонил голову и проговорил негромко, но его слова услышали все:

— Это выбор бойца!

Арена взревела после его слов. Люди начали рукоплескать словам императора. Они видели, что против здоровяка вышел худенький юноша, и что этот здоровяк может скрутить противника в бараний рог без особых усилий.

— Да! Наш милостивый и справедливый император сказал, что это выбор бойца! — прозвенел голос глашатая. — И да будет так! Да начнётся честная битва! И пусть бойцы покажут отличный бой! Бойцы, вы готовы?

Я чуть поклонился в ответ. Внутри меня уже разгоралась энергия зелья. Пламя как будто заменило кровь, так меня жгло и распирало изнутри. Правда, в отличие от крысы, у меня не было золотистого свечения. Морозов чуть-чуть напутал с пропорциями и теперь недоумённо смотрел на меня с высоты. Мишка же прыгал и кричал вместе со всеми, приветствуя меня.

Голиаф коротко кивнул, а после ухмыльнулся. Он явно предвкушал лёгкую победу. Ха! Наивный чукотский юноша…

— Бойцы готовы! Тогда пусть начнётся Суд чести! Три! — выкрикнул глашатай и сделал скользящий шаг назад.

— Два!!! — вместе с ним грохнули трибуны.

— Один!!! Да начнётся бой!!! — истошно заорал глашатай и убрался прочь с Арены.

В ту же секунду нас накрыл огромный силовой купол, усиленный десятком людей с разных сторон Арены. Весьма нужная вещь, когда сталкиваются бойцы, которые могли убить друг друга. В таком бою не сдерживаются, а бьют на полную мощь! И я сдерживаться тоже не собирался!

Я собирался надрать этому здоровяку задницу, а потом посмотреть на рожу подлеца Мезинцева. Посмотреть, как он будет извиваться и корчиться от осознания проигрыша своего бойца!

Что же, тогда приступим! Но прежде…

— У меня нет к тебе вражды! — крикнул я противнику. — И я вовсе не хочу тебя убивать или калечить!

— Тебе же хуже! — прорычал он в ответ.

Голиаф не стал тратить время на аристократические расшаркивания и поклоны. Он рявкнул так, что воздух вокруг него завибрировал, и рванул на меня.

Земля под его ногами задрожала. Эта туша весом килограммов в двести понеслась со скоростью гоночного болида. И этот хренов болид собрался смести меня с Арены!

Я не стал проверять свою Кольчугу Души на прочность. Жить мне еще, знаете ли, очень хотелось.

«Скольжение!»

Мир вокруг привычно замедлился. Я плавно, словно по идеально гладкому льду, сместился влево. Голиаф пронесся мимо, обдав меня тошнотворным запахом формалина, сырого мяса и старого пота.

Чего же он такое жрал? Фу!

Ой! Влево! Ещё влево!

Его пудовый кулак со свистом пропорол воздух ровно там, где долю секунды назад находилась моя голова.

Какой же быстрый!

Но этот монстр оказался не только огромным, но и поразительно юрким для своих габаритов. Он затормозил, глубоко вспахав песок ногами, и мгновенно развернулся, нанося размашистый удар назад.

Я нырком ушёл перекат. Песок скрипнул на зубах.

Быстрый, очень быстрый. Если бы не среагировал, то мог бы остаться без челюсти.

Ну что же, это игра не должна идти в одни ворота! Надо тоже проверить его толстую шкурку.

Я резко вскинул левую руку, формируя в ладони плотный сгусток пламени, и швырнул прямо в широкую грудь. Огненный шар врезался в серую кожу со смачным, сочным шлепком. Белое пламя жадно лизнуло бугристые мышцы… и через секунду потухло. На груди Голиафа остался лишь легкий, дымящийся ожог, который тут же начал затягиваться прямо на глазах с шипением зеленоватого дыма.

Регенерация! Да ещё какая быстрая!

Ядрёна медь! И впрямь читерство чистой воды. Мезинцев влил в него целое состояние! И как его только пропустили в таком виде на Арену?

Впрочем, бой не остановили. А это значит, что ничего из ряда вон выходящего не происходило!

— Ну, раз так не хочешь, давай по-взрослому, — прорычал я, выхватывая Божественный Танто.

Клинок в руке радостно, почти хищно запел. Я помнил уроки Яромира в спортзале. Глубокий вдох. Живица из основы бурным потоком через руку устремляется в лезвие, раскаляя древнюю вороненую сталь до ослепительно белого свечения.

Голиаф снова бросился в атаку, подняв обе руки-кувалды, желая просто раздавить меня. Собрался хлопнуть в ладоши и прихлопнуть, как комара?

Если попадусь между этими кувалдами, то голова разлетится спелым арбузом!

Я сделал резкий выпад всем корпусом и с оттягом рубанул раскаленным клинком воздух перед собой.

«Огненный Клинок!»

С лезвия с пронзительным, свистом сорвался ослепительный огненный полумесяц. Он пролетел разделяющие нас метры за долю секунды и с чавканьем врезался Голиафу в плечо.

— Аггграх!!!

Пламя прожгло уплотненную серую кожу на несколько сантиметров, в воздухе остро запахло паленым мясом и химией. Но мутант даже не сбавил ход! Он просто отмахнулся от боли, словно от назойливой мухи. Только его красные глаза налились еще большей яростью.

Еще дуга! И еще одна!

Я кидал огненные лезвия, отступая по широкому кругу. Одно попало мутанту в бедро, другое опасно чиркнуло по скуле, срезав кусок плоти. Голиаф ревел, из рваных ран сочилась густая зеленоватая кровь, но они затягивались, восстанавливая поврежденные волокна.

Он прыгнул на меня и начал бить кулачищами с такой скоростью, что я едва успевал уклониться. К кулакам прибавились ноги и вот тут-то мне стало совсем худо. Мягкая блокировка и уходы выматывали так сильно, что совсем скоро я могу превратиться в обычную грушу для битья.

Но пока что момент не пришёл. Пока что рано! Рано!

Надо уклоняться! Надо уворачиваться и ждать!

Ждать!!

Ждать!!!

Кулачище прошлось у меня по скуле, сдирая кожу. Кровь брызнула на песок алыми рубинами.

Сука! Да как он так легко пробил Кольчугу Души? Что это за монстр?

Мои удары по телу Голиафа походили на атаку насекомых на лобовое стекло машины. То есть вообще никакого вреда не приносили. Лишь раз я сумел заставить его чуть покачнуться, когда удалось провести апперкот.