Заточи свой клинок и Вперед! 3 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 49

Сутки я провёл в блаженном безделье. Вылез из ванны ближе к вечеру, съел двойную порцию ужина, проверил доклады полков и завалился на тахту.

Потом в трофеях из замка Кракуса обнаружилась стойка бутылок. Пыльные этикетки на мёртвых языках, настойки на чём-то фосфоресцирующем, вина с пометкой «Урожай 347-го года». Первый глоток заставил моё лицо перекоситься, да так сильно, что его изображение можно было бы продать скульптору для статуи «Человек, укушенный собственным напитком», так что откинул это пойло в сторону и заварил себе чашку кордия. Красота…

Дальше время начало сливаться в одну большую тёплую лужу. Джакузи, кордий, доклады раз в шесть часов, ужин, снова джакузи. Сиси готовила из запасов Кракуса, и каждое новое блюдо выходило лучше предыдущего, потому что вампирский князь копил специи с тем же упорством, с каким заказывал собственные портреты.

Опыт капал, армия росла, двадцать шестой уровень полз к двадцать седьмому, и Система отлично справлялась без меня.

В этом и заключалась проблема.

В какой-то момент я поймал себя на том, что двадцать минут лежу в ванне и пересчитываю количество плиток на потолке. Сорок семь. Для надёжности пересчитал ещё раз.

Чуть позже я полез в тумбочку под раковиной за новым полотенцем и наткнулся на картонную коробку. Внутри лежал целый набор резиновых игрушек для купания. Жёлтая уточка с дурацкой ухмылкой, синий кит с фонтанчиком на спине, розовый осьминог, зелёная лягушка и пара рыбёшек с выпученными глазами.

Видимо, какая-то стандартная комплектация от Системы к новому джакузи. Спасибо, конечно, но я вроде бы давно вышел из этого возраста…

Достал уточку и пристроил её на бортик. Уточка посмотрела на меня.

Я посмотрел на уточку.

Через минуту в одной руке у меня оказался точильный кирпич, а в другой эта жёлтая нахалка.

Заточить.

Вспышка.

Резиновая уточка (+11)

Урон: 11

Чистый урон: +11

Эффект: 0,01 % — Разрыв души

Уточка продолжала ухмыляться. Только теперь от неё исходило слабое оранжевое свечение, а в ладони ощущалось лёгкое покалывание. Абсолютное оружие массового поражения в формате детской игрушки. Я поставил её обратно, и она мягко клюнула носом воду.

К концу недели санаторий имени покойного Кракуса вступил в терминальную стадию. Стены давили, потолок давил, а собственные мысли превратились в жидкую кашу, так как думать стало уже просто не о чем. Все задачи делегированы, все трофеи разобраны, все бутылки перепробованы, а с бортика на меня скалилась уже целая банда: уточка, кит, осьминог, лягушка и две рыбёшки.

Каждый со своим оранжевым свечением и шансом на Разрыв души. Весёлая компания наблюдала за моей медленной, но уверенной деградацией с молчаливым одобрением.

Я лежал в джакузи и подбрасывал над собой золотую монету, ловя её мокрыми пальцами. Орёл. Решка. Орёл. Ещё немного такой жизни, и я начну разговаривать с уточкой. А она, чего доброго, ещё и ответит.

Медальон на бортике завибрировал.

Я поймал монету и сел. Вода плеснула через край.

— Милорд, — голос Виктории прорезался сквозь бульканье пузырьков. — Разведчики восточного полка обнаружили людское поселение. Каменный каньон в ста семнадцати километрах к юго-востоку от вашей точки входа на этаж. Укреплённые стены, сторожевые башни, торговые палатки у ворот. Население от двухсот до четырёхсот искателей.

Монета упала в воду.

Поселение. Торговцы, которые могут знать, где раздобыть магическую почву. Лавки с нормальными товарами для быта. Свежие карты этажа и расклады сил. Информация, которой мне остро не хватало.

Наконец-то.

Выскочил из ванны. Вода хлынула на пол, и я пронёсся мимо кухни, оставляя за собой мокрые следы на камне. За спиной звякнула упавшая ложка.

— Геральт⁈ Ты… ты хоть полотенце возьми!

— Поселение! — крикнул я уже из жилой зоны, натягивая штаны на мокрые ноги. Рубаха прилипла к спине, сапоги пришлось надевать на сырую кожу. Волосы стояли дыбом и текли на шею.

Плевать.

Вылетел из мастерской на шестой этаж. Сухой воздух ударил в лицо.

— Явись.

Щит «Эгида Небесного Рыцаря» материализовался под ногами. Я запрыгнул на него и рванул на юго-восток. Ветер сушил волосы на лету, забрасывая чёрные пряди на глаза, и по спине ползли капли воды из джакузи.

А я радостно улыбался. Впервые за неделю.

Глава 23

Ветер трепал мокрые волосы, забрасывая чёрные пряди мне на лицо. Я летел над каменной пустошью шестого этажа на скорости, от которой рубаха высыхала прямо на коже, и наконец-то занимался хоть что-то осмысленным, чем пересчитывание плиток на потолке ванной.

На горизонте проступила тёмная полоса. Сбавил высоту, и полоса разрослась в каньон.

Посёлок вбивался в расщелину между двумя скалами массивным клином. Крепостные стены из серого камня поднимались метров на восемь, по углам торчали башни с лучниками и котлами для кипящего масла.

Вокруг основания вился глубокий ров, перекрытый подъёмным мостом у ворот. За стенами теснились покатые крыши и узкие улочки, а в центре торчал шпиль чего-то вроде ратуши. Над аркой главных ворот чернела выбитая в камне надпись: «Каменный Рубеж».

Интересная архитектура. Буферные зоны, в которых я успел побывать, устраивались иначе: открытые торговые площади, широкие улицы, минимум укреплений. Ну да это и логично, ведь там и защищаться было не от кого, потому что сами зоны висели в отдельном измерении между этажами, и монстры в них не водились по определению.

Здесь же обычный людской посёлок прямо на территории Лабиринта, бок о бок с тварями шестого этажа. Отсюда и размах фортификации.

Неделей раньше в лагере циклопов я наглядно убедился, на что способны четырёхметровые твари с дубинами из цельных стволов: деревянный частокол такие твари сломают одним чихом. Против них, действительно, спасут разве что вот такие каменные стены в полтора обхвата, ров и лучники с осветительными стрелами.

Снизился ещё и заложил вираж к воротам.

Приземлился метрах в пятидесяти от моста и убрал щит в инвентарь.

Пошёл к поселению.

Стражники у моста приметили меня сразу. Двое в стальных кольчугах, с алебардами, с бандитской наружности, было видно по их мордам, что они живут далеко на на жаловании. Один пузатый, с короткой бородой клином, второй повыше, рыжий, с щербатой ухмылкой. Оба тридцать пятого уровня.

Пузатый окинул меня довольным взглядом, и его ухмылка сползла куда-то в бороду.

Рыжий сплюнул под ноги.

— Двадцать пятый уровень на шестом этаже. Ты на карте не ошибся, юный искатель?

— Вход в посёлок здесь?

— Вход-то здесь, — пузатый оттёр меня плечом от моста. — Только пускают не всех. Ты один?

— Один.

Рыжий хохотнул.

— Один он пришёл. Слышь, Харт, один пришёл. Кто ж тебя сюда приволок, гений? Папаша-искатель на горбу тащил? Старший братик на ослике прокатил?

— Своими ногами. Не знал, что у вас здесь принято за ручку парами ходить.

Щербатая ухмылка рыжего слегка подвяла. Пузатый сделал строгое лицо.

— Пошлина двести золотых.

Я бросил взгляд на каменную табличку, вмурованную в столб у моста. Аккуратная резьба, подновлённая краской: «Пошлина за вход — 20 золотых с человека».

— А табличка утверждает другое.

— Табличка — для тех, у кого за спиной клан или гильдия, — пузатый развёл руками с терпением воспитателя младшей группы. — А водиночке двадцать пятого уровня нам по уставу положено заворачивать.

— Случись с тобой что в поселении, — подхватил рыжий, — нам потом с главой объясняться. А глава у нас не любит, когда из-за всяких доходяг пишут рапорта. Так что либо поручитель от клана, либо…

— … либо двести золотых лично нам, — пузатый похлопал меня по плечу потной ладонью. — Закроем глаза. Считай, услуга.

— Услуга, значит.

Я посмотрел на его ладонь. Потом на его физиономию. Прикинул, как «Эхо Удара» поглощает этот дружеский шлепок, копит энергию и возвращает её в лоб пузатому одним касанием. И от него остаётся облачко кровавой пыли и щербатая пряжка от ремня.