Игра на смелость (ЛП) - Энн Ли - Страница 45

Похоть?

Илай

— Я думал, ты с ней покончил? — говорит Келлан после того, как я сказал ему, что мы направляемся в лес, чтобы снова встретиться с Арабеллой.

— Я хотел.

— А потом она нарисовала баллончиком член на твоем шкафчике, — он усмехается. — Я не думаю, что таким образом она хотела сказать, что хочет играть еще в игры, Илай.

— И все же она хочет, — я прикасаюсь сотовым телефоном к губам.

— Итак, какой у тебя план?

— Сегодня вечером мы установим некоторые правила игры, — я приседаю и вытаскиваю ее дневник из-под кровати.

— Ищешь вдохновение? — он садится рядом со мной, и мы оба смотрим на страницы. — Что насчет этого? Это звучит чертовски горячо.

Он указывает на абзац.

— Я не буду сосать твой член, пока она смотрит, — переворачиваю страницу.

— Я отсосу твой член, — он переворачивает страницу обратно, — посмотри, как она возбуждается от мысли увидеть, как двое парней занимаются этим.

— Не в этой жизни.

Келлан вздыхает.

— Ты не умеешь веселиться, Илай. Рот есть рот. Они все чувствуются одинаково, независимо от того, кому он принадлежит.

— И все же мой ответ по-прежнему отрицательный.

Я просматриваю страницы в поисках чего-нибудь, что могло бы привлечь мое внимание.

— Она действительно не поняла весь этот разговор об опасности незнакомца, не так ли? — Келлан постукивает по написанным словам, разбросанным по странице. — Ей очень нравится идея, что за ней наблюдает кто-то неизвестный.

— И хвалят, — я провожу пальцами по предложению внизу страницы.

«Все, что я хочу, это чтобы кто-то сказал мне, что я в порядке, что я все делаю правильно. Неужели я прошу так много?»

Слова размазаны. Вскоре после того, как она написала, что-то намочило страницу и размазало чернила. Интересно, что происходило у нее в голове в момент написания? Не то чтобы это имело для меня значение. Это просто то, что я могу использовать.

— Почти пора. Ты готов идти? — голос Келлана вырывает меня из мыслей

— Который сейчас час?

— Еще десять пятнадцать. Она не покинет общежитие до окончания комендантского часа. У нас есть время, чтобы добраться туда и подготовиться.

Хорошо, что мы идем тихо, потому что, когда мы приходим, Арабелла уже ждет на скамейке. Она сидит прямо, плечи расправлены, голова поднята, глаза завязаны, руки зажаты между бедрами. Я переглядываюсь с Келланом, и мы натягиваем на головы лыжные маски, прежде чем подходим к ней.

Ее голова поворачивается в нашу сторону, когда я наступаю на листья, которые хрустят под моими ногами.

— Это мы, — говорю я, прежде чем она успевает спросить, углубляя и понижая тон, чтобы она меня не узнала.

— Мы? Вас двое? — ее мягкий голос скользит по моей коже.

— Это проблема?

— Нет, — отвечает она без колебаний.

Я приближаюсь и протягиваю руку, чтобы провести пальцем в перчатке по ее губам. Они раскрываются, как только я прикасаюсь к ней.

— Почему ты здесь, котенок?

— Потому что ты сказал мне быть здесь.

Я постукиваю пальцем по ее нижней губе.

— Неверный ответ. Я не это имею в виду, и ты это знаешь.

Ее язык высовывается и касается кожи, покрывающей мой палец.

— Я хочу сыграть снова.

— Почему? Ты могла бы поиграть со своим парнем? Майлзом, не так ли?

— Это не одно и то же.

Она не отрицает, что он ее парень, и у меня в животе разгорается гнев.

— Я не уверен, что ты того стоишь. Ты даже не можешь следовать простым инструкциям.

— Я буду лучше. Клянусь. Но… ты не можешь заставить меня делать вещи, из-за которых у меня будут проблемы в школе, — слова вырываются в спешке.

— Ты в лесу после комендантского часа. Если тебя поймают, это принесет неприятности.

— Это не то, что я имею в виду. Ничего… экстремального.

— Не так уж и смело, если нет риска, котенок, — я отпускаю палец с ее губ и делаю шаг назад. — Я думаю, здесь мы попрощаемся.

— Нет! Подожди!

Она вскакивает со скамейки и вытягивает руку.

Келлан отступает на шаг, едва избежав удара в грудь.

— Ты все еще здесь?

Я раздумываю, отвечать или нет.

— Я буду отвечать на твои вызовы, буду участвовать в них… здесь или где-нибудь еще… только между нами. Я пойду навстречу тебе. Я буду играть в твои игры. Я сделаю все, что ты скажешь, если это не помешает моей учебе. Мне нельзя быть выгнанной из школы.

— Опасно так говорить, котенок. Все, что я скажу? Без ограничений?

Возможности безграничны, я не должен впасть в эйфорию от этой идеи, но именно это происходит. Мне не нравится отчаяние в ее голосе.

— Зачем тебе это нужно?

Она не отвечает, прикусывая нижнюю губу.

— Мне нужен ответ. Если ты не можешь назвать мне причину, то мы закончили.

— Потому что от того, что ты говоришь мне делать, мне становится хорошо, — шепчет она.

Мой позвоночник напрягается, а пальцы сжимаются в кулаки по бокам. Келлан хмуро смотрит на меня.

— Возвращайся в свою комнату, котенок.

Я делаю шаг назад, затем поворачиваюсь к тропе, которая ведет к гробнице.

— Означает ли это, что ты согласен? — зовет она. — Подожди! Ты все еще здесь?

Я ей не отвечаю. Келлан смотрит на меня. Я качаю головой и продолжаю идти.

Глава 29

Арабелла

— Просто черный? — спрашивает Майлз, листая цветные карточки.

Я отрываю взгляд от кучи, которую разбираю.

— Я не думаю, что Лейси представляет себе розовых летучих мышей, украшающих ее жуткую вечеринку.

— Ее потеря, — он вытаскивает несколько листов, чтобы добавить их в нашу коллекцию.

Художественная комната пуста. Неудивительно для субботнего дня. Прошла целая неделя, а мой незнакомец не отвечал с понедельника. Он оставил меня одну на скамейке, и после того, как он снова меня проигнорировал… Думаю, у меня есть ответ.

Прикусив внутреннюю часть щеки, я быстро моргаю, на мои глаза наворачиваются слезы…

Мне не следует проверять телефон каждые пять минут. Я такая идиотка. Чего я ожидала? Я снова унизила себя. Я не знаю, почему продолжаю это делать.

Если этого было недостаточно, то в среду я нашла в своем шкафчике мертвого кролика. Бедняжка со сломанной шеей вызвал у меня тошноту. Никто из учителей ничего не сказал, но я заметила, что Илая в тот день не было ни на одном уроке.

За обедом Брэд сказал мне, что преподаватели подозревают, что виновником является Илай, и поместили его во временную изоляцию. Мне не грустно, что до конца недели ему пришлось сидеть в своей комнате и заниматься за компьютером. Когда ему нужно выйти из комнаты, его сопровождает охранник.

Как долго это будет продолжаться? Он скоро снова начнет приставать ко мне.

Эта мысль подпитывает мое беспокойство, пока мои руки не трясутся, и я чуть не роняю кусочки картона, которые держу в руках.

— Думаю, нам хватит.

Голос Майлза вырывает меня из моих мыслей.

Я прижимаю листы бумаги к груди.

— У меня есть ножницы и маркеры, так что мы можем нарисовать трафарет.

— Хорошо, пойдем в мою комнату. Там нам никто не помешает.

Я придерживаю для него дверь плечом, оно болит так сильно, что я стону от боли.

Майлз бросает обеспокоенный взгляд в мою сторону.

— Это звучит нехорошо.

— Лейси заставляла меня делать колесо, вращение и стойку на руках. Все это время мне приходилось улыбаться и вспоминать кучу кричалок, — я гримасничаю.

— Я думал, что ты в хорошей форме для всего этого.

— Но я не гимнастка.

Мы выходим из здания. Дождь, который был раньше, утих, но капли все еще падают, поэтому мы сгибаем плечи, чтобы защитить листы, и бросаемся к зданию общежития.

Майлз качает головой, когда мы вбегаем внутрь, разбрызгивая повсюду воду.

— Хочешь зайти в свою комнату и обсохнуть?