Игра на смелость (ЛП) - Энн Ли - Страница 90

Может, мне стоило просто рискнуть в темноте и поехать автостопом?

Я вздыхаю с облегчением, когда мы наконец-то выезжаем на круговую дорожку перед домом. Еще до того, как Джейс останавливается, я отстегиваю ремень безопасности.

— Увидимся в школе.

Джейс ухмыляется.

— Повеселись с Илаем, и дай мне знать, если тебя нужно будет подвезти.

Он открывает багажник, но никто из них не выходит, чтобы помочь мне с чемоданом. Я устала, мои нервы расшатаны, я чувствую себя оскорбленной, и мне просто хочется оказаться как можно дальше от них. Я беру свой чемодан, подхожу к двери и звоню в звонок. Машина Джейса уезжает по дороге, прежде чем дверь открывается. Одна из горничных встречает меня с улыбкой, и я прохожу в прихожую.

Илай прислонился к двери гостиной, когда я вошла. Келлан стоит позади него и дружелюбно улыбается мне. При виде их обоих у меня сводит желудок.

Что он здесь делает?

Я ни на секунду не заблуждаюсь, что это не было запланировано.

Все внутри меня хочет бежать в другом направлении.

Из другой двери появляется Елена, одетая в облегающее бледно-голубое платье.

— Арабелла, где ты была? Ты опоздала.

Я крепче сжимаю ручку своего чемодана.

— Меня подвезла подруга.

— Илай давно вернулся домой.

У меня на языке вертится мысль сказать ей, что это не мой дом, но я проглатываю эти слова, как горькую пилюлю.

— Я пойду в свою комнату.

Ее глаза сужаются на моем лице.

— Ты выглядишь бледной.

Я заставляю себя слабо улыбнуться, понимая, что у нас все еще есть зрители.

— Меня немного укачало в машине.

— Иди и освежись, а потом мы сможем провести немного семейного времени вместе. В холодильнике есть миска клубники, если хочешь перекусить.

Последний раз, когда я попробовала клубнику, запечатлелся в моем мозгу. Я быстро моргаю, чтобы остановить слезы, и наклоняю голову.

— Нет, спасибо.

Я хватаюсь за ручку своего чемодана и спешу вверх по лестнице.

Илай

— Какого хрена? — я произношу эту фразу уже в четвертый раз после возвращения домой.

Я останавливаюсь в дверях. Елена, мать ее, Трэверс заново оформила столовую. Теперь она больше не оклеена серыми обоями, а полы в ней из темного дерева. Длинный стол, за которым могли разместиться двенадцать человек, заменен, а дорогие картины с пейзажами, украшавшие стены, исчезли.

Теперь в центре комнаты стоит небольшой черный стол, окруженный шестью светло-серыми стульями с высокими спинками. Деревянный пол все еще на месте, но фактурный бело-серый ковер разбавляет темноту. Все стены выкрашены в белый цвет, за исключением одной, которая теперь темно-ореховая. На этой стене по центру висит большая картина. Хрустальная люстра, висевшая над столом, также была заменена. Теперь это небольшое скопление подвесных светильников, придающих менее официальный вид всей комнате.

У меня сжимается челюсть. Мне чертовски неприятно это признавать, но выглядит это неплохо. Менее официальная столовая и более семейная. Мне больно это признавать. Но художник во мне ценит тонкую элегантность. Должно быть, она наняла декоратора. Женщина никак не могла придумать это сама. Здесь и кухня, и прихожая, и сад — все было обновлено, и я не смог раскритиковать ни одного из этих чертовых изменений.

Арабелла и мой отец уже сидят за столом. Она поднимает глаза, когда мы входим, но тут же отводит их, как только наши взгляды сталкиваются.

— Илай! Келлан! — мой отец поднимается на ноги и обходит стол, чтобы схватить нас обоих. Он заключает нас в крепкие объятия, а затем машет рукой на зал.

— Разве Елена не проделала потрясающую работу? Проходите, садитесь. Келлан, ты садишься справа. Илай, садись рядом с Арабеллой.

Она незаметно напряглась. Никто бы не заметил этого движения, но я следил за ним. Я выдвигаю стул рядом с ней и опускаюсь на него. Она так напряжена рядом со мной, что почти вибрирует. Я не обращаю на нее внимания и постукиваю пальцем по столешнице.

— Уверен, дизайнер интерьера, которого она наняла, потрудился на славу.

— О, нет, сынок, — мой отец качает головой. — Это все Елена. Она даже покрасила стены, — он смеется. — Видел бы ты ее. Однажды вечером я пришел домой с работы, а у нее волосы были синие.

— Елена занималась оформлением? — я не могу сдержать недоверие в своем тоне.

Арабелла шевелится рядом со мной.

— Моей маме всегда нравилось украшать дом, — она говорит так, будто слова вырываются из нее. — Просто у нас никогда не было возможности, — ее рот закрывается со слышимым щелчком зубов, но я догадываюсь, что она собиралась сказать.

У них никогда не было денег, чтобы сделать это. Знакомый гнев поднимается, но на этот раз не потому, что я все еще думаю, что она использует моего отца ради денег, которые у него есть. Возможно, это делает ее мать, но я уверен, что Арабелла не принимала участия в ее заговоре. Нет, на этот раз мой гнев вызван тем, что она не воспользовалась тем, к чему получила доступ. Несмотря на то, что отец подарил ей кредитную карту с огромным лимитом расходов, она почти ни на что ее не тратила. Я знаю это, потому что видел выписку на столе в папином кабинете, когда заходил туда раньше, чтобы узнать, дома ли он.

— Где Елена?

— Она скоро будет здесь, — голос отца был более спокойным, чем я слышал за долгое время. — Арабелла, как тебе Чёрчилль Брэдли? Илай присматривает за тобой?

Келлан фыркает из-за стола, его плечи трясутся, когда он пытается заглушить смех. Я размахиваю ногой и задеваю его лодыжку. Это только заставляет его смеяться сильнее.

— Что-то смешное, Келлан? — спрашивает папа.

— Нет, сэр. Ничего особенного, — он делает глоток воды. — Арабелла с нами не тусуется. Она предпочитает группу поддержки и качков.

— Ты в группе поддержки? — Елена хлопает в ладоши, входя в комнату. — Это замечательно!

Если бы взгляды могли убивать, Келлан замер бы на полу от взгляда Арабеллы, но она ничего не говорит.

— А что насчет тебя, Илай? Твой папа сказал, что ты работаешь над чем-то большим для своего художественного проекта? — блондинка подходит к столу, кладет руку на плечо отца и прижимается поцелуем к его щеке. — Простите, я опоздала. Повар хотел, чтобы я попробовала суп, который она приготовила.

— Ну и как? — он протягивает руку, чтобы сжать ее пальцы.

— Боже мой. Великолепно! Мне пришлось признать, что она была права, а я ошибалась, — она смеется и идет на другой конец стола, чтобы сесть. — Расскажи нам о своем искусстве, Илай.

Я пожимаю плечами.

— Мне нечего рассказывать.

— Ну и что же?

— Скульптура.

— Это интересно. Из глины?

— Нет, мрамора.

Ее глаза округлились.

— Разве это не сложно? А если ты ошибешься?

— Тогда я зря потрачу десять тысяч долларов на камень, — я говорю об этом гораздо более непринужденно, чем чувствую. Если я все испорчу, то буду в ярости. Ей не нужно об этом знать.

— Это большие деньги.

— Все в порядке. Школа может себе это позволить. Разве ты не должна спросить, что твоя дочь делает для своего проекта?

Глава 59

Арабелла

— Это просто платье, — бормочу я, когда все смотрят в мою сторону.

— Ты всегда любила играть в переодевания и мастерить. — Елена улыбается. — Помнишь, когда тебе было шесть, ты надела одно из моих платьев и притворилась принцессой?

— Да, это было в ту же ночь… — мои слова обрываются, прежде чем я успеваю закончить, и я прикасаюсь к двум следам от ожогов над правым запястьем.

Глаза мамы расширяются, и она бледнеет.

— Я уверена, что это будет так же впечатляюще, как статуя Илая.

Уголком глаза я вижу, как Илай и Келлан пристально наблюдают за нами. Я была бы более счастлива, если бы их не было рядом. Учитывая изменения, которые Елена внесла в дом, я уверена, что Илай презирает ее еще больше, чем раньше. Это еще одна причина для его ненависти ко мне.