Все приключения Ивидель Астер. Тетралогия (СИ) - Сокол Анна Сергеевна - Страница 10

— Печально, — покачал головой магистр. — Любой мало-мальски обученный рыцарь метнет хоть нож, хоть изолированное заклинание, — он катнул по столу сферу из одной руки в другую, — как минимум на сорок. Подумайте об этом, прежде чем дурно отзываться о бойцах Ордена. — За прозрачными стенками сферы клубиласьподвижная зеленоватая дымка. — А с этим, — магистр остановил шарик и поднял метатель, — даже вы, Эсток, способны отправить зерна изменений на сотню шагов. Еще вопросы?

— Да, милорд, — не желала сдаваться Алисия. — Но зачем разбирать и собирать этот… метатель? Заряды? — Она потерла руки, словно они все еще были перемазаны маслом. — Дело мага — колдовать, а железки пусть рыцари заряжают и подносят…

С задних рядов раздалось несколько одобрительных выкриков. Вьер даже приподнялся, а молчун Отес, сидевший сразу за мной, многозначительно хмыкнул.

— Отлично, — магистр закатил шарик в дуло метателя, повернул колесико, выставляя минимальную мощность, и взвел курок. Тускло блеснуло учительское кольцо. — Заряжают и подносят, еще и мечами машут. Зачем вы им в таком случае? — пробормотал мужчина. — А что вы будете делать, если не поднесут? Или еще хуже — обернут против вас? — Он направил дуло на девушку. — Ваши действия, Эсток? Три, два…

— Ми… ми… милорд? — Она побледнела.

— Один! — Магистр Виттерн выстрелил.

Раздалось тихое «пххх», и Алисию окутало ядовито зеленое облако учебного заряда. Вскочили все, даже я. А вот девушка, наоборот, плавно опустилась на пол. У меня так никогда не получалось, если уж обморок, то обязательно с задранными юбками игромким стуком.

Узкое лицо дочери первого советника князя покрывал ровный слой сухой краски из клевера, вещь абсолютно безвредная, но неприятная. Во-первых, одежду придется выкинуть, и это меньшее из зол. Кожа и волосы отмоются только раза с третьего.А до этого девушка будет сильно напоминать больную болотным лишаем.

Мерьем сделала шаг к подружке и остановилась, не решаясь ни наступить на краску атласной туфелькой, ни подать руку. Мэрдок оказался не столь брезглив, он склонился над девушкой, легко коснулся щеки.

— Милорд, — Дженнет встала. — Не сомневайтесь, первый советник будет поставлен в известность о произошедшем.

— Сделайте милость, леди Альвон Трид. Может он окажет всем нам услугу и заберет свое чадо, — мужчина опустил пистолет. — А теперь замолчите и сядьте на место. Я не давал вам слово. Тебя, Мэрдок Ирс Хоторн, это тоже касается.

Мы неохотно вернулись к столам, и Мэрдок, бросивший на магистра обеспокоенный взгляд, тоже. Отес взялся за метатель и стал с тихим щелкающим звуком прокручивать колесико настройки.

Веки девушки затрепетали, Алисия обвела взглядом аудиторию: коричневые стены, высокий потолок с покачивающими плафонами, ряды столов и стульев, сокурсники… Она не понимала, почему ей никто не помогает встать, не хлопочет, не сует под нос нюхательные соли. А потом увидела свои зеленые руки, резво села, возможно, даже слишком резво для обморочной, рот округлился, и девушка разрыдалась.

— Встаньте и выйдите, Эсток. Сырость перед папенькой разводить будете, — Виттерн проводил взглядом выбегающую из аудитории девушку. — Кто еще хочет попробовать?

— Вон, Астер жаждет, — фыркнула Дженнет. — Привыкла у рыцарей быть девочкой для битья.

— Астер? — Магистр поморщился и поднял очередной заряд. — А может быть вы, Дженнет? Мэрдок? Вьер?

— Милорд, — я сама не поняла, почему встала.

— Иви, — простонала Гэли, вцепившись мне в руку.

— Я хочу попробовать, милорд, — сказала я.

Во взгляде Дженнет появилось что-то новое, не презрение и не беспокойство, а легкая растерянность. Матушка так же смотрела на деревенского дурачка Ильку, со смесью жалости и опасения...

— Астер, — нахмурился магистр, опуская в дуло еще один заряд. — Уверены?

— А у Алисии не спрашивали, — пробормотала Мерьем.

— Да, — я выпрямилась и положила пальцы на пояс.

— Что ж, — он поднял метатель. — Три…

Я потянулась силой вперед, трогая нити, частицы, связи веществ. Дерево, металл, плоть, к которой запрещено прикасаться.

— Два…

Представила, как боек ударяет по капсулю, высвобождая энергию, выталкивая шар из дула. Заклинание в сфере, с виду похожей на стекло, но она исчезнет, стоит только заряду соприкоснуться с препятствием. Где слабое звено? Метатель? Металл огрызнулся голубоватыми всполохами. Защищен. Снаряд? Или его содержимое?

— Три.

Любой компонент бесполезен. Краска сама по себе не опасна. Чем нейтрализовать безвредный порошок? Он ничего не сделает, лишь покроет с головы до ног.

Я подняла ладонь навстречу метателю, второй коснулась стеклянных пузырьков на поясе, скорее инстинктивно, чем реально представляя, что можно сделать. Склянки из того же самого стекла, что и шар заклинания, а значит… Ладонь кольнуло в предчувствии изменений.

Магистр нажал на курок, и времени на раздумья не осталось.

Одна из склянок лопнула, но на пол упали только неактивные кристаллы ржавчины, которая так любит поедать металл. Изменение было направлено не на них. А на частицы пузырька. Осколки осели на ладони, покрыв кожу сверкающей пылью. И в тот момент, когда оболочка заряда лопнула, коснувшись вытянутой руки, я собрала ее вновь. Но уже свою, не дав зеленой пыли разлететься по воздуху. Поймала заряд в капкан, в новое стеклянное вместилище. Пузырек на поясе раскололся и снова собрался вокруг комка краски.

Абсолютно целый шар заклинания упал к моим ногам и разлетелся уже там, оседая зеленой пылью на подоле, ножках столов и стульев, а также ботинках сидевшего через проход Вьера и моих туфлях.

— Неуд по безопасности, — оценил мои действия магистр. — Опять. И пять баллов за находчивость. Пояснить? Или сама поняла свою ошибку?

— Будь это боевое заклинание, — я закусила губу, — к примеру, с огнем, — Виттерн кивнул, — я все равно бы сгорела. Не сверху вниз, а снизу вверх.

— Рад, что ты понимаешь. Изменение магического стекла годится только для временного, повторяю, временного сдерживания. Садитесь, Ивидель. Продолжаем.

Я вернулась за стол, чувствуя, как дрожат коленки.

— Ну, ты даешь, — прошептала Гэли.

— Тот, кто найдет способ нейтрализовать заряд, получит право выбрать себе соперника на экзаменовке, остальным назначу сам. — Учитель положилоружие на стол и вновь спустился с кафедры. — Времени вам, — он задумался, — до Зимнего танца Дев.

— А что будет после излома зимы? — спросила Гэли.

— Начнем изучать защиту.

— В библиотеку сходить можно? — робко спросила Мэри.

— Нужно.

Сидящий впереди Мэрдок почесал русую голову, щелкнул планкой предохранителя, стопоря курок, и принялся разбирать метатель. Остальные последовали его примеру. И я в том числе.

Больше магистра не прерывали, до конца урока ловили каждое слово.

После обеда почти весь первый поток, к вящему ужасу библиотекаря, разбрелся по библиотечным башням. Всего их было пять, и каждая хранила книги своего года обучения. Знания, собранные не одним поколением магов, воинов, жриц, целителей и менестрелей. Многие, попав в башни впервые, замирали, оглядывая бесконечные ряды и полки. Замирали, и были не в силах вымолвить ни слова. Столько книг просто не могло существовать! Как представишь, сколько трудов стоило людям узнать, записать и собрать все это здесь, чтобы мы хватались за теплые корешки, небрежно листали страницы, бросали тома обратно на полки и тут же забывали.

Стены башен представляли собой один большой стеллаж, на полках которого гигантские распухшие от времени тетради соседствовали с тоненькими листами из рисовой бумаги, справочники по чувствительности компонентов — с пособиями о ловкости рук. История Аэры стояла рядом с собранием легенд Проклятых островов. Несколько листков с упоминаниями Тиэры забились в щель между стеллажами и медленно покрывались пылью и грязью, Нижний мир интересовал магов не часто. Зачем? Они уже проиграли свою битву.

Спиральные лестницы извивались внутри, как гигантские змеи, гудели под нашими ногами. Десять каменных переходов связывали подпирающие небо башни, словно канатные мосты, переброшенные через извилистое ущелье. Здесь, в царстве пыли, времени и старой, пахнущей тленом бумаги запрещалось использовать магию. Под угрозой исключения. Но каждый год находился смельчак, пытающийся протянуть нити изменения к холодным стенам. К защищенным камням. Так наш первый поток месяц назад лишился Леона, весельчака и балагура, который способен был рассмешить даже Дженнет.