Все приключения Ивидель Астер. Тетралогия (СИ) - Сокол Анна Сергеевна - Страница 32

— Зато в них разбираюсь я, — удовлетворенно сказала Аннабэль Криэ и повернулась к Крису. — Теперь вопрос к вам, барон. Жоэл Трит был так любезен, что рассказал мне почти все. И это «почти» меня очень удручает. Он не смог внятно объяснить, как вы оказались на набережной. Это в стороне от вашего обычного маршрута, я уточняла у капитана. Может быть, это объясните вы?

— Нам запрещено гулять по городу? — вопросом на вопрос ответил Оуэн.

— Нет, но я не люблю совпадения.

— Ваше дело.

— Смотрите, какая интересная картина вырисовывается, — серая жрица вернула рыцарю высокомерную улыбку. — У бандитов точно был информатор из личного круга Миэров. Откуда они узнали об «Оке»? О доме? О маршруте девушек?

— Вы мне льстите, — ответил Крис. — Я не вхожу в ближний круг Миэров.

— Ой ли? — Она подняла брови.

— А у меня сведения, что Гэли Миэр одно время очень активно пыталась завязать с вами… хм… дружбу.

— Так спросите у нее, а не у меня.

— Что вы там делали, барон? — с нажимом переспросила Аннабэль. — И как так получилось, что вы упустили подозреваемого? Два рыцаря не смогли справиться со стариком?

— Во-первых, я не подозревал, что у Миэров есть «Око Девы»…

— Всего лишь слова, — жрица демонстративно стянула перчатки. — Но я знаю, как их подтвердить. — Она положила руку на стол ладонью вверх. — Одно прикосновение, барон, и все подозрения будут сняты.

Крис продолжал рассматривать женщину, и от этого взгляда мне стало неудобно. Что это? Презрение? Заинтересованность? Злость — из тех, что долго тлеет, а потом вспыхивает подобно пожару? Или что-то другое, не менее обжигающее?

— Я позволю вам коснуться себя, — медленно проговорил он, протягивая руку. — И мало того, даже отвечу взаимностью, — рыцарь постучал пальцами по столу рядом с ладонью жрицы. — Но вам придется повторить свое предложение в более приватной обстановке.

Оуэн улыбнулся женщине так, что у меня кровь прилила к щекам. И одновременно с этим я ощутила новое, до сего дня неиспытанное чувство, жгучее, словно стебли крапивы под окнами. Я вдруг поняла, что хочу, чтобы Крис повторил эти слова для меня. И только для меня. Хочу и очень боюсь их услышать.

— Самоуверенный мальчишка, — нисколько не смутилась серая. Ее пальцы шевельнулись. — Я все равно получу ответы, — она приподняла ладонь.

— Нет, не получите. Если не хотите быть отлученной от дара богинь. Закон князя Имерта Третьего запрещает жрицам применять силу к наследникам рода без согласия оных, если только они не подозреваются в измене. Меня подозревают в нарушении вассальной клятвы князю? — Рыцарь нарочито медленно провел пальцем по столу вдоль ладони серой. Жжение внутри усилилось.

— Нет.

Оуэн убрал руку и откинулся обратно на спинку стула.

— Но это не единственное исключение. Проверка наследника может быть проведена, если получено разрешение действующего главы рода, — теперь пришел черед жрицыулыбаться. — Аристократы подстраховались, внесли в закон поправку — слишком часто нетерпеливые отпрыски отправляли их на тот свет. Как думаешь, разрешит ли нам барон Вейлир Оуэн, — она надела перчатку, — допросить наследника, которого он сослал в Академикум с глаз долой?

— Занятная формулировка.

— Точная. Думаешь, мы не знаем, что произошло в Совином Лабиринте[4]?

Крис не ответил, улыбка стала жесткой, почти злой.

— Отец лишил тебя содержания и сослал в Орден, потому что испугался за жизнь младшего сына. Сколько ему сейчас? Полтора года или около того. Твоя мать, Крис, умерла десять лет назад. Вейлир взял любовницу из неблагородных, потом еще одну, и еще. Твой брат Аарон — бастард, барон его признал. Насколько я знаю, по законам западных провинций незаконнорожденные дети могут наследовать титул при отсутствии законных. Ты увидел в нем угрозу, поэтому попытались убить? Натравить собак на годовалого ребенка — это чересчур жестоко даже для западных земель. Представляю твое разочарование, когда мальчика спасли, пусть он на всю жизнь остался калекой, — жрица встала. — Я не говорю уже о том, что предыдущую любовницу отца, когда та понесла, ты собственноручно запорол кнутом.

— Вы смущаете графиню, — проговорил Крис. Его акцент, почти незаметный в обычное время, стал еще более явным, согласные тверже, а гласные короче.

— О да, — серая посмотрела на меня. — Но она должна ужасаться, а не смущаться.

— Готов примерить кандалы, — Оуэн тоже встал. — Всеблагороднейший барон дал разрешение на проверку?

— Нет, — с сожалением проговорила Аннабэль Криэ. — Но если у нас появятся новые основания, я лично вызову вашего отца в Льеж.

— Желаю удачи, — рыцарь развернулся, задел ногой стул, отчего тот опрокинулся. Крис вышел, даже не оглянувшись ни на меня, ни на жрицу.

— Я… я… — понятия не имею, что я хотела сказать, и оттого повторяла бессмысленно одно и то же.

— Напугала вас? — проницательно спросила серая. — Это хорошо. Поверьте, барон Кристофер Оуэн — совсем не тот человек, общение с которым принесет пользу юной леди.

— Я могу идти?

— Посмотрите на меня, Ивидель. — Я не врала, отец оплатил его обучение в Ордене, но лишил содержания. Вы слышали, младший Оуэн ничего не отрицал. — Я хотела возразить, но она подняла руку и продолжила. — Только на прошлой неделе Кристофер приобрел два меховых плаща и заказал парные клинки оружейнику, не из чирийского железа, но тоже удовольствие недешевое. Я уж не говорю об их с Жоэлом прогулках по кабакам и борделям, и платит всегда Оуэн. Откуда у него деньги? Из-за него у нас пропал один подозреваемый. Второй при смерти. И мы даже не знаем, как они выглядели, — она вздохнула. — Идите, леди Астер, но не забывайте того, что услышали.

— Лицо толстяку сжег не он, — проговорила я, наверное, из чувства противоречия. Мне не хотелось слышать то, что говорила жрица. Не хотелось верить, не хотелось представлять себе жестокости Криса. Я прижала к груди сверток, вытащила из кармана скомканный лист бумаги — единственный результат прошедшего экзамена — и положила на стол. — Вот так они выглядели.

Потом поднялась и пошла к выходу, спиной чувствуя напряженный взгляд серой жрицы, разворачивающей бумажный набросок. И ее изумление.

На улице ни Криса, ни Жоэла уже не было. Пошел снег, мелкий, словно крупа, и колючий, словно битое стекло. Пальцы тут же стали замерзать. Одно хорошо, разговор с бывшей баронессой заставил меня хоть на время забыть про экзамен, и желание спрятаться тоже испарилось.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — произнесла я вслух, заслужив недоуменный взгляд жрицы в алом плаще.

Шпили замка заносило снегом, ветер гудел на крышах, вращая флюгер на ближайшей башне, погода ухудшалась с каждой минутой.

— А первая проблема у меня в руках, — я посмотрела на сверток и торопливо натянула перчатки.

В одном серая была права: экзаменов сегодня больше не планировалось, и мы могли использовать вторую половину дня по собственному усмотрению. То есть, готовиться.

Я снова посмотрела на небо и зашагала к воздушной гавани.

— Это последняя гондола, — предупредил стюард, выдавая билет. — Воздушное сообщение будет возобновлено только после прекращения снегопада.

— Благодарю, — кивнула я, усаживаясь на лавку. — Будем надеяться, что это ненадолго.

— Будем, леди, — он подал мне сверток со шпагой. — Но если нет, списки застрявших на земле учеников сразу же отправят главам факультетов.

Он коснулся фуражки и отошел, проверяя запорные механизмы двери.

Очень надеюсь, что много времени мне не потребуется. Доберусь до лавки Гикара и верну подарок. Конечно, клинок уже настроен, останется только выбросить его в Разлом, но это уже не мои проблемы.

Рука дрогнула, я вспомнила, как удобно рукоять этой шпаги ложилась в ладонь, как порхало острие клинка. Кольнуло сожаление. Но иногда, чтобы поступить правильно, нужно чем-то поступиться. Я не платила за покупку, и требовать деньги не вправе. Если Гикар не захочет назвать мне имя покупателя, что ж… Не беда, пусть сами разбираются. Без меня. Я сыта этим по горло.