Некромант на страже человечества. Том 8 (СИ) - Клеванский Никита - Страница 52

— Как же так? — растерянно произнес Кай, заглядывая в лица соседей.

— Но это не значит, что я перестал верить! — решительно заявил Леуштилат, сев при помощи Анны. — Уверен, настоящий бог есть. И я его найду! А пока… — он поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. — Я буду верить в тебя!

Взгляды сотен, нет, даже скорее тысяч людей сосредоточились на мне. И этот миг у меня в груди не просто растеклось непонятное тепло, а вспыхнул настоящий всепоглощающий пожар! В меня словно выстрелили тугой струей напалма. Но она не пыталась меня уничтожить, а будто… будто… хотела помочь преобразиться. Сбросить личину уродливой гусеницы и стать прекрасной бабочкой, способной воспарить к небесам.

— Леон, что с тобой? — встревоженно спросила Жоржетта, первая заметившая неладное.

— Братишка?

— Дружище?

— Ваше Высочество?

— Некромант-Освободитель?

— Брат? — поддержали ее остальные каждый на свой лад.

— Подождите. — отмахнулся от них я, пытаясь остановить или хотя бы замедлить происходящее.

Вот только запущенный процесс лишь набирал обороты, с каждой секундой захлестывая меня все сильнее. Причем теперь к нему добавилась еще новая сила, принявшаяся тянуть меня куда-то вбок. Но не просто в сторону, а как будто вглубь самой реальности. Или, скорее, вовне?

Однако самое поганое во всем этом, что мое мертвое тело отвергало изменения, не давая им идти естественным путем. Продолжавшая вливаться в меня сила, смешивалась в море души с преобразованной Межмировой Энергией и заставляла плоть и все мое естество кипеть, но это практически ни к чему не приводило, лишь вызывая у меня все больше страданий.

Таким образом я не мог ни обратить метаморфозу вспять, ни завершить ее. А давление реальности все нарастало…

При этом я прекрасно понимал, что будь я живым, все бы прошло, как по маслу. Но, в то же время, не стань я личом, я бы вообще не дожил до этого дня.

Я осознал, что сопротивляться преображению бессмысленно и наоборот попытался вручную воздействовать на собственное тело. Примерно также, как делал это во время подготовки к третьей эволюции.

Помогло.

Дело сдвинулось с мертвой точки.

Кожа и мышцы стали полупрозрачными, обнажив вены с застывшей кровью и кости, что могли выдержать на себе целый танк. Море души выплеснулось наружу, оставаясь одновременно внутри меня и в то же время обволакивая извне. По крайней мере так я это ощущал.

В каждую секунду времени меня будто разрывало и сжимало, растягивало и скручивало, поджаривало и морозило, коло и резало… И при этом все сильнее выдавливало прочь за пределы текущей реальности.

Каждая клеточка моего тела и каждая частица естества горели в агонии, и мне стоило чудовищных усилий сохранить рассудок. Понимая, что скоро случится что-то непоправимое, я достал из кольца Краеугольный Камень и бросил его Анне, тем самым возложив на нее ответственность за все человечество. Сильнее нее Разделивших я не встречал.

Не забыл я и о Древе столицы. Выхватив нож, я резанул себя по запястью, но острое лезвие прошло насквозь, не причинив мне вреда. Пришлось напитать его силой и повторить процесс. Появилась крохотная рана, из которой я титаническим усилием воли выдавил несколько капель тусклой крови. Я собрал их в пробирку и бросил Филу. Император не должен лишиться возможности управлять Куполом собственного города.

Что еще?

Черт, как же все внезапно!

— Лео! — воскликнула Жоржетта, глядя на меня полными слез глазами.

«Лео». Раньше меня так называла только Мари. И вот появилась еще одна женщина, подобравшая ключик к моему сердцу, а я даже последних слов ей сказать не мог. Лишь тянуться к ней. Не телом и даже не душой, а чем-то большим.

И последний момент мне удалось к ней прикоснуться. Я понял это. И она это поняла. За один краткий миг мы без слов сказали друг-другу больше, чем могли бы наговорить за год. А затем я исчез!

Чтобы появиться в кромешной черноте, где я парил среди звезд и с высоты взирал на старушку-Землю до неузнаваемости измененную тремя Катаклизмами. Но то был не космос. А скорее иной пласт реальности, где Земля являлась не планетой, а олицетворением нашего мира. И к нему с разных сторон тянулись другие миры, соединенные с нашим толстыми канатами Межмировой Энергии.

Миры постепенно сближались.

Но если большая их часть оставалась где-то далеко, то один подобрался уже практически вплотную. Еще немного и Землю сотрясет очередное Вторжение, вместе с которым на голову человечеству свалится новая порция чертовых нелюдей. А я так до сих пор и не разделался предыдущими!

Я потянулся рукой к самому короткому канату, но понял, что руки у меня нет. Процесс метаморфозы еще не завершился. Но при этом и продолжаться он не спешил. Возвращаясь к прежней аналогии, я словно застыл на одном из этапов перехода между гусеницей и бабочкой. Ни туда, ни сюда. Уродливое нечто, способное лишь дрейфовать на обочине реальности.

Из меня по капле сочилась сила, и я чувствовал, что должен сформировать вокруг себя некую область, неразделимо связанную с моей сущностью, но я не мог этого сделать, не закончив собственное преобразование. Чем мне и пришлось заняться, буквально по атомам вылепливая себя самого из аморфного нечто.

Именно за этим процессом меня застал обладатель знакомого голоса, произнесший:

— Все-таки получилось. Удивительно… Но как же мерзко ты выглядишь!

Глава 27

Я обернулся. Если так можно сказать про кого-то, не имеющего полностью сформированного тела. Я ни на мгновение не прекращал процесс его воссоздания, но мирозданье уже в который раз решило не давать мне времени на передышку и требовало немедленно реагировать на возникшую ситуацию.

Передо мной в черноте пустоты висела фигура существа, будто завернутого в бабушкин ковер. Телосложение не позволяло определить принадлежность к полу или расе, а лицо полностью скрывал низко надвинутый капюшон. Голос же запросто мог принадлежать вообще кому угодно.

И тем не менее, я его узнал. Сацсадас. Повелитель несчастий и «демон» злого рока. Первый «небожитель», встреченный мной после перерождения. И он же первым прибыл меня поприветствовать. Причем не в виде аватара, а лично!

— Кто бы мог подумать, что моя ставка сыграет, и ты действительно доберешься до сюда. — произнесло существо, продолжая меня разглядывать. — Да еще и так быстро. Сколько прошло? Год? Два? Пять? Когда перед тобой целая вечность, время перестает иметь значение.

— Так и сидел бы своем закутке. — огрызнулся я. Причем не имея рта. Просто захотел сказать, и мысль сама обрела форму. — Чего приперся? С зеркалом поссорился? Так оно не виновато, что у тебя ни рожи, ни вкуса!

— Все такой же дерзкий! — усмехнулся Сацсадас. — И это при том, что теперь тебя не защищают законы вселенной. Я могу делать с тобой все, что захочу. Ты в мире богов!

— Богов не существует! — в который раз заявил я с упрямством мальчишки, твердящего всем, что видел НЛО. Вот только кто докажет, что он его не видел? — И вся моя жизнь это лишь подтверждает!

— Смешно слышать подобное от того, кто сам только что стал богом. — хохотнул «демон». — Или еще нет? Признаться, это первый раз, когда личу удалось возвыситься. Обычно их убивали гораздо раньше. Но вашего брата уже пару веков никто не видел, так что мы что-то расслабились. Не уследили. Где ритуал взял?

— Где взял, там больше нет.

— Некрарг подсунул? — продолжал Сацсадас, пропустив мою реплику мимо ушей. — Нет, тогда он был бы уже здесь. В первых рядах. Кому как не демону смерти интересоваться появлением бога смерти, верно? О, уверен, он будет в ярости, когда узнает какой шанс упустил! Жаль, что ты не подходишь мне, как ему. Но твоя сила позволит мне победить эту заносчивую стерву, и тогда меня уже ничто не остановит! Весь мир будет моим!

«Демон» направил на меня руку, и в ней образовался вихрь блестящих антрацитовых частиц, начавший засасывать меня, словно черная дыра.