Инженер. Система против монстров 9 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 13

— Гражданин, отойдите с линии следования, — произнёс андроид безэмоционально.

— Отпустите их! — Гринпис трясся, его глаза лихорадочно блестели. — Они живые! Это дети ночи! Вы посадили их в тюрьму! Это против законов природы!

Я шагнул вперёд, перехватывая инициативу. Только истерики дурика-друида нам сейчас не хватало для полного счастья. Как доберёмся до базы, попрошу Олега Петровича прописать ему успокоительные. Желательно такие, чтоб пускал пузыри и пел песенки про маленьких пони.

— Слушай сюда, защитник флоры и фауны, — я говорил тихо, но так, что Гринпис осёкся. — Эти «дети ночи» час назад пытались обглодать твои кости. Если бы не мой робот, ты бы сейчас был не борцом за права животных, а кучкой гуано на полу пожарной станции.

— Они просто хотели есть! — упрямо выкрикнул парень, хотя в его голосе уже не было уверенности. — Это их инстинкт! А вы… вы сажаете их в клетку!

— Могу выпустить прямо сейчас, — холодно отрезал я. — Лично для тебя. Пусть продолжат трапезу.

— Но… это же… тоже жестоко… — захлопал он глазами.

— Это природа, а она жестокая. Ты сам сказал, — усмехнулся я, но потом выдохнул и решил всё же объяснить дурню идею. — Я везу их не на живодёрню. У нас на базе есть девочка. Ей восемь лет. У неё класс «Приручитель». Она строит ферму. Твои мыши будут жить в тепле, получать еду по расписанию и, возможно, даже приносить пользу, а не просто гадить на головы прохожим.

Гринпис замер, переваривая информацию.

— Приручитель? — переспросил он. — Настоящий? Я… я друид, но я не умею приручать навсегда. Только успокаивать или просить о помощи. А она… она может?

— Она с пауком размером с овчарку в обнимку спит, — хмыкнул я. — Так что успокойся. Никто твоих мышей обижать не будет. Более того, если будешь вести себя хорошо, я разрешу тебе помогать Олесе. Может, хоть научишься чему-то полезному.

Гринпис шмыгнул носом, вытирая сопли рукавом разодранной куртки. Его агрессия сдулась, как проколотый шарик.

— Ну… если приручитель… и кормить… — пробормотал он, отходя в сторону. — Только клетку накройте чем-нибудь. У них стресс от света.

— Прометей, накрой клетку брезентом из багажника, — скомандовал я, раздражённо. — И грузи уже.

Робот выполнил команду. Аккуратно поставил клетку в багажник «Ленд Крузера», накрыл её старым брезентом, который там валялся. Мешок с остатками роя отправился на заднее сиденье.

Когда всё было готово, я подошёл к андроиду.

— Ты отлично поработал, друг, — я похлопал по холодной броне. — А сейчас отдохни.

Я активировал инвентарь. Пространство вокруг робота искривилось, пошло рябью и вспыхнуло голубым светом. Массивная фигура растворилась в воздухе. Рейн наблюдала за этим процессом с нескрываемой завистью. У неё на двадцать втором уровне тоже объёмный инвентарь, но у меня гораздо больше и Хранилище фракции в придачу.

— По машинам! — крикнул я. — Двигаемся быстро, дистанция десять метров. Женя, садись ко мне, в «ГАЗели» и так тесно.

Стрелок кивнул и быстро устроился в пассажирском кресле. Борис запрыгнул на водительское место грузовика. Я подошёл к своему «Крузеру», открыл водительскую дверь, плюхнулся на сиденье. Салон встретил меня привычным запахом кожи.

— Очень надеюсь, что этот день всё же закончится, — пробормотал я, поворачивая ключ в замке зажигания.

Женя только хмыкнул. Он вообще немногословный парень. Двигатель отозвался тихим урчанием. В зеркале заднего вида я увидел, как загорелись фары «ГАЗели». Борис мигнул дальним светом. Мол, готовы.

— Поехали, — сказал я.

«Крузер» мягко тронулся с места и перевалился через обломки ворот. Мы выехали на тёмную улицу Красногорска. Город спал мёртвым сном, укрытый одеялом ночи и новой, чужой реальности. Я расслабился, но лишь на секунду.

И тут я почувствовал это.

Сначала это был лёгкий душок. Едва уловимый. Как будто кто-то забыл вынести мусор. Но с каждой секундой амбре становилось всё гуще, насыщеннее и агрессивнее. Запах аммиака, кислятины и чего-то невыразимо мерзкого, органического.

— Лёша, ты чуешь? — уточнил Женя.

Я поморщился, пытаясь не дышать носом. Глянул в зеркало заднего вида. На заднем сиденье лежал холщовый мешок. Он шевелился. И, судя по всему, протекал…

Куча летучих мышей. В стрессе. В тесном мешке.

— Открой окна, что ли, — попросил стрелок. — Мы тут сейчас задохнёмся.

Я нажал кнопку стеклоподъёмника, впуская в салон холодный ночной воздух, но это помогало слабо. Глаза начали слезиться.

— Эй, пассажиры, — сказал я в пустоту, глядя в зеркало на копошащийся мешок. — Я, конечно, понимаю, стресс, перелёт, смена обстановки… Но могли бы и потерпеть до туалета. Вы ж мне всю обивку испоганили, летучие скунсы.

Мешок в ответ лишь виновато пискнул и зашуршал активнее, выпуская новую волну аромата.

— Нужна химчистка, — резюмировал Женя.

— Мда, — вздохнул я, прибавляя газу. — Надеюсь, у Олеси заложен нос.

— У неё Смердюки, она привычная, — философски изрёк стрелок.

Машина ускорялась, разрезая тьму фарами. Мы везли домой странный груз: раненого пироманта, кучку бывших врагов, ставших должниками, и мешок с вонючими летучими мышами.

Обычный вторник после конца света.

Глава 5

Размещение гостей

Ворота базы показались в свете фар — массивные, стальные, с электроприводом. Питание на них подали перед самым ужином. Сразу после того, как избавились от грязевой кучи, которая перекрывала въезд.

Я достал из бардачка брелок системы контроля доступа. Стандартный радиобрелок с динамическим кодом. Нажал кнопку. На приёмнике, смонтированном на стойке ворот, мигнул светодиодный индикатор подтверждения приёма сигнала. Контроллер снял электромеханическую защёлку, и створки ворот начали медленно разъезжаться в стороны.

Добро пожаловать домой.

Я въехал на территорию и припарковал машину возле подсобных помещений. «ГАЗель» Бориса проследовала за мной. Когда двигатель заглох, водительская дверь со скрипом открылась, и из кабины выбрался наш берсерк.

Одновременно распахнулась дверь КПП. На пороге возник дед Василий. В телогрейке, накинутой прямо поверх майки. В криво нахлобученной шапке-ушанке и кирзовых сапогах. С ружьём ТОЗ-63 наперевес и лицом человека, которого подняли с тёплой лежанки ради очередной глупости молодёжи.

Рядом с ним показалась Найда.

Огромная, страшная, с голой шкурой и когтистыми лапами. Собака смотрела на машины прищуренными глазами. Потом учуяла Бориса, узнала и вильнула голым хвостом. Один раз. Сдержанно. Как человек, который рад тебя видеть, но выражать это публично считает ниже своего достоинства.

— Дед Василий, здорово! — гаркнул берсерк, махнув рукой. — Не спится? А мы тут гостей привезли! Целую ораву!

Василий недоверчиво покосился на «ГАЗель», из которой начали вылезать незнакомые люди, и крепче сжал ружьё. Мы с Женей вышли из «Крузера». Я глубоко вдохнул свежий ночной воздух. Казалось, что я только что вынырнул из болота. Потом активировал инвентарь.

Пространство рядом со мной пошло рябью, воздух уплотнился, и во вспышке голубого света материализовался «Страж». Титановая броня, мерцающие синим сенсоры, тяжёлые руки-манипуляторы, на корпусе — подсыхающие следы боя.

Найда среагировала мгновенно. Остатки шерсти встали дыбом, собака оскалилась и издала низкое, утробное рычание.

— Найда, свои, — сказал я.

Собака поколебалась секунду, потом медленно опустила уши. Не успокоилась, но приняла к сведению, совсем как её хозяин. Дед Василий смотрел на робота секунд десять, потом перевёл взгляд на меня.

— Ты его сам сделал, что ли?

— Сам, — отозвался я.

— Из чего? — старик почесал затылок, сдвинув ушанку ещё сильнее.

— Из того, что было.

Василий помолчал. Потом кивнул — коротко, по-военному, выражая сдержанное уважение. Я уже повернулся к роботу:

— Прометей, достань клетку и мешок.

Робот двинулся к «Крузеру». Открыл боковую дверь, заглянул внутрь и вытащил с сиденья холщовый мешок. Взял его двумя пальцами. Буквально двумя пальцами, вытянув руку как можно дальше от корпуса. Мешок медленно вращался в воздухе. Из него доносился тихий писк.