Инженер. Система против монстров 9 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 38

ПЕРСОНАЛЬНЫЙ БУФЕР ОПЫТА

Текущий баланс: 80820

Я разделил сумму пополам.

ТРАНЗАКЦИЯ

Отправитель: Алексей Иванов

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Переводимый опыт: 40000

Получатель: Варягин

Отправить?

Да/Нет

Да. Сообщение ушло. Варягин разберётся и поймёт, что нужно принять сумму.

ТРАНЗАКЦИЯ

Отправитель: Алексей Иванов

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Переводимый опыт: 40000

Получатель: Женя

Отправить?

Да/Нет

Да. Петрович, наблюдавший за моими манипуляциями, хмыкнул.

— Рано ты имущество раздаёшь, Лёша. На завещание похоже.

— Это не завещание, — прохрипел я, чувствуя, как силы покидают меня окончательно. — Наоборот… Шанс на жизнь. Скажи им… как потушат… пусть используют. Уровни… подарки… эликсиры… Может, выпадет что-то… для неё… для нас всех… А если опыт останется, вернут обратно, так что пусть не отнекиваются и принимают транзакцию.

Я чувствовал, как комната начинает плыть. Лица людей превращались в расфокусированные пятна. Голоса становились гулкими, далёкими, словно доносились из-под толщи воды.

— … давление падает! Пульс сорок!

— Вера, атропин, ноль-пять миллиграмма в катетер! Быстро!

— Лёха, держись! Слышишь меня⁈

Я видел их — размытые, суетящиеся фигуры над собой. Петрович, Вера, даже Рейн. Они что-то говорили, кричали, но я уже не мог разобрать слов. Звуки сливались в единый низкий гул. Холод, который, казалось, отступил, вернулся с новой, сокрушительной силой, накрывая меня с головой, как ледяное цунами.

Последней осмысленной мыслью был беззвучный приказ, отправленный через нейроинтерфейс моему самому исполнительному солдату.

«Прометей… защити их…»

А потом всё поглотила тьма.

Глава 14

Командная работа (интерлюдия)

Пламя хлестнуло по коридору. Варягин инстинктивно выставил вперёд руку, отгораживая Олесю. Жар был таким, что казалось, воздух вот-вот воспламенится сам. Полиэтиленовые занавеси, прикреплённые с таким трудом, сморщились и оплыли за секунду, превратившись в чёрные, чадящие лохмотья. Контур сдерживания токсина оказался прорван.

— Все назад, в чистую зону! Быстро! — рявкнул паладин, разворачиваясь к перепуганным Регине и Ларисе, которые жались к стенам.

Он схватил за шиворот Олесю, которая, забыв про страх, с открытым ртом пялилась на бушующий огненный проём. Мики, подвывая, жался к хозяйке.

— Папа, там… — начала девочка.

— Молчать! — оборвал её Варягин, заталкивая в проход, ведущий к жилым номерам. — Бегом!

Олеся вместе с лемуром бросились прочь. Следующие несколько секунд Варягин действовал чисто на рефлексах, отточенных годами службы. Быстрое сообщение Семёну — отдать противогаз в Хранилище. Свой Варягин оставил в шлюзе после обработки. Получить, надеть. Тугой шлепок резины, щелчок фильтра. Мир сузился до двух круглых стёкол и глухого звука собственного дыхания.

Он сорвал со стены тяжёлый порошковый огнетушитель ОП-5. Выдернул чеку.

— Костоправ, Медведь! Огнетушители! Помогайте! — проревел Варягин, уже шагая в раскалённый коридор.

Паладин не пытался залить основной очаг. Это было бы самоубийством и пустой тратой заряда. Его задача состояла в другом. Припав на одно колено, он направил раструб на пол, в десяти метрах от проёма, и нажал на рычаг. Из сопла с шипением вырвалось плотное облако белого порошка, оседая на ковровое покрытие, на стены, на потолок.

Варягин вёл струю из стороны в сторону, создавая широкую, белую полосу. Не тушение, а создание барьера. Огнегасящий порошок на основе фосфатов аммония при нагреве плавится, образуя плёнку, перекрывающую доступ кислорода к горючему материалу. Сейчас он создавал химическую «мёртвую зону», через которую огню будет гораздо сложнее перебраться.

С противоположной стороны коридора показались две массивные фигуры. Костоправ и Медведь, тоже в противогазах. Они материализовали из Хранилища огнетушители и, поняв манёвр паладина без слов, принялись расширять и уплотнять созданный им барьер. Коридор наполнился густым белым туманом, в котором плясали оранжевые отсветы.

И тут рёв пламени начал стихать.

Он не захлебнулся, не был сбит. Он просто угасал, словно в двигателе кончилось топливо. Голодный гул сменился треском остывающего металла и лопающейся плитки, а затем и вовсе затих. В наступившей тишине слышно было только шипение огнетушителей и тяжёлое дыхание трёх мужчин.

Черноватый дым клубился под потолком. В глубине помывочной, в полумраке, медленно остывал искорёженный металлический стол, раскалённый до вишнёвого цвета. И из этого дымящегося ада, держась за обугленный косяк, вышла Искра.

Она шла медленно, пошатываясь. Сильно кашляла, сгибаясь пополам. На ней был простой чёрный шёлковый халат, который она, видимо, успела достать из инвентаря. Огненные волосы были растрёпаны и спутаны, а на коже, под слоем копоти, всё ещё виднелась мелкая красная сыпь от токсина. Магия огня уничтожила яд, но следы его воздействия так быстро не прошли. В её глазах плескалось полное, абсолютное непонимание.

Пиромантка обвела взглядом оплавленные стены, почерневший потолок, трёх закопчённых пожарных в противогазах с огнетушителями в руках, засыпавших всё белым порошком.

— Что за… — прохрипела она. — Это что, я сделала?

Медведь, опустив огнетушитель, тихо произнёс из-под маски:

— Ну… в основном ты, да.

Варягин в два шага оказался рядом. Быстро, профессионально осмотрел. Ни единого ожога, даже волосы не подпалило. Он грубовато взял её за плечо.

— Погреб. Яд. Четверо пострадавших, включая тебя. Помнишь? Ты была без сознания. Потом… самовозгорание.

— Это её амулет, — добавил Медведь. — Системное сообщение было. Экстренная детоксикация.

Искра слушала, и с каждым словом её лицо менялось. Непонимание уступало место осознанию, а осознание острому, колючему страху. Не за себя.

— Лёша… — выдохнула она.

— В лазарете, — кивнул Варягин. — Все там. Но сначала тебя надо…

— Потом, — отрезала она, высвобождая плечо.

Девушка развернулась и, пошатываясь, но упрямо, пошла по коридору, оставляя на белом порошке тёмные следы босых ног. Варягин не стал её останавливать. Он понимал, что переубеждать её сейчас всё равно что пытаться остановить лавину голыми руками.

Он повернулся к остальным. Прибежал Борис.

— Серёж, что тут?..

— Прорыв контура, — коротко бросил Варягин. — Токсин в коридоре. Борис, Медведь, Костоправ, на вас новый барьер. Плёнка, скотч, монтажная пена. Зовите Семёна и Павла на помощь. Нужно создать шлюз. Живо.

Дверь в лазарет распахнулась, и на пороге появилась Искра. Вера, добавлявшая препараты в капельницу Тени, вскрикнула и выронила пустой шприц.

— Искра! Живая!

Она бросилась к ней, готовая сгрести в объятия, но замерла в полушаге, увидев её лицо. Рейн, стоявшая у стола с препаратами, лишь на секунду вскинула на неё глаза. В её взгляде не было удивления… или же она просто хорошо владела собой.

Но Искра не видела никого из них. Её взгляд был прикован к дальней кушетке.

Алексей лежал без сознания. Бледный до синевы, укрытый по самый подбородок шуршащими термоодеялами. В руке игла катетера, от которой тянулась тонкая трубка к штативу. Маска на лице подавала кислород. В этот момент личина язвительной фурии, которую Искра носила не снимая, дала трещину, на миг явив миру испуганную до смерти девушку.

Она шагнула к нему, но дорогу ей преградил Петрович.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Стоять.

Олег Петрович активировал навык: «Диагностика»

— Так… — пробормотал врач, глядя на всплывшее перед его глазами окно. — Интересное кино. Следов токсина нет. Ни химического, ни магического. Похоже, твой огонь выжег всё подчистую. Зато… — он поднял на неё тяжёлый взгляд, — у тебя серьёзное истощение, мышечный тремор и обезвоживание, как будто ты марафон по Сахаре пробежала. На кушетку. Немедленно.