Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович - Страница 105

Однако понравилось это не всем. За дарами охотились люди-тени — могущественная сила, древняя, как и сам Дракон. Они пришли в Лемурию, и она не смогла устоять, пала под ударами вражеской мощи. К счастью, жрецам удалось спасти дары. Морадита — наследник первого жреца — принес их сюда, к древней пещере Дракона, и основал город Озо.

С тех пор Мир обернулся вокруг Солнца семь тысяч раз. Со временем люди-тени нашли последних лемурийцев. Они обманули верных и запугали слабых. Чешуи Дракона были похищены. Это произошло не сразу, сотни оборотов предметы служили народу Дракона, но постепенно, один за другим, были утрачены. В последние две тысячи оборотов в городе Озо оставалась лишь одна чешуйка Золотого Дракона.

— Слон? — не выдержал Ричард.

Как назло, именно это слово Лизи не смогла перевести. Тогда Ричард изобразил руками хобот и широкие уши слона. Собеседник, кажется, его понял, но все же встал и подвел сыщика к одной из стен, где показал полустертый рисунок.

Без сомнений, это был слон. Но кроме него Ричард увидел затертые, едва различимые очертания и других животных. Крокодил, медведь, какой-то жук, и даже птица, похожая на чайку.

— А сколько всего предметов? — не удержалась Лизи, которая подошла к стене вместе с ними.

— Столько, сколько было чешуй! — невозмутимо ответил Морадита. — Томба сказал, что вы принесли с собой предметы из чешуи Золотого Дракона и что вы пускали в себя его дух. Я хочу их видеть.

Ричард и Лизи достали свои фигурки. Морадита завороженно смотрел на них целую минуту. Когда жрец вновь заговорил, голос его дрожал:

— Вручая дары, Дракон предрекал, что люди-тени будут охотиться за ними. И в день, когда они завладеют последней чешуйкой, человечество падет! — перевела Лизи. — Всю свою жизнь я думал, что храню именно ее — последнюю чешуйку.

— Можете не волноваться, — произнес угрюмо Александр. — Великое множество «чешуек» все еще гуляет по рукам простых людей, и никакие «тени» до них не добрались.

— Откуда вы знаете? — встрепенулся Меркатор.

— Не важно, — отрезал аристократ.

— Не важно так не важно, — легко согласился журналист. — Тогда у меня вопрос к уважаемому Морадите: могли бы мы увидеть легендарные сокровища Озо?

— Да подождите вы с сокровищами! — одернул его Ричард. — Я так и не понял: что собой представляют пресловутые знания лемурийских жрецов? Это книга, или свиток, или целая библиотека?

Морадита улыбнулся. В переводе Лизи его ответ прозвучал так:

— Книги и свитки у нас есть, но мудрость Дракона всегда с его жрецом.

Пока Ричард обдумывал эти загадочные слова, в разговор снова вмешался Меркатор:

— И все же хотелось бы знать, существуют ли вообще эти сокровища или они всего лишь плод воображения Ричарда и того сумасшедшего старика, что его сюда послал?

— В Озо собраны ценности со всего Мира! Много поколений жрецы хранили их в подземных пещерах, надеясь укрепить этим могущество города. Но город пришел в запустение, и сокровища ему не помогли. Теперь вход в пещеры запечатан и никому нет туда пути.

— Час от часу не легче! — Меркатор поднялся. — Вы как хотите, господа, а я завтра же разыщу вход в эти пещеры и возьму то, за чем мы сюда пришли. А если какой-нибудь дикарь вознамерится мне помешать, то ему придется иметь дело с моей митральезой.

Ричард хотел было напомнить журналисту, что пока он является главой экспедиции, но в этот момент на улице грянул выстрел.

Глава двенадцатая

— Я так и знал! — вскричал Меркатор. — Они напали на нашу охрану!

Он выбежал на улицу, остальные вскочили со своих мест и бросились следом. Шум и крики доносились из здания неподалеку. Туда и поспешили путешественники. Ричард обратил внимание, что несколько десятков горожан движутся в том же направлении с недоумевающими лицами. Он боялся, что произошла непоправимая трагедия, но не верил в коварство жителей Озо.

Когда, наступая на пятки Меркатору, он вбежал в дом, то застал картину, которая одновременно успокоила и встревожила его. С одной стороны, никто не был убит, и уже за это стоило возблагодарить судьбу. Но, с другой стороны, происходящее не сулило ничего хорошего. Посреди комнаты стоял горожанин, чье лицо было искажено болью и гневом, а правая рука залита кровью. В руках он держал карабин, причем ухватив его за дуло и занеся в угрожающем замахе. Владелец карабина, один из наемников-сомалийцев, испугано вжимался в угол, присев на корточки и зажмурив от страха глаза.

— Что здесь происходит? — сурово спросил Ричард, осторожно вынимая револьвер. Меркатор с Александром уже держали оружие наготове.

— Он напал на меня! Я защищался! — заверещал сомалиец, приоткрыв один глаз.

В это время в комнату вошел поотставший Морадита. При виде жреца горожанин медленно опустил карабин. Морадита о чем-то спросил его, и в ответ абориген разразился короткой, но резкой тирадой. Он отбросил оружие в угол — при этом все англичане невольно вздрогнули, опасаясь шального выстрела, — и похлопал здоровой рукой себя по плечу.

— Что он говорит, Лизи? — спросил тихо Ричард.

Девушка наморщила лобик и перевела:

— Этот тип, — он кивнул на сомалийца, — хотел сорвать с него одежду.

— Зачем? — опешил сыщик.

Горожанин тем временем схватился за свой ремень и с гневным видом принялся оттягивать его. Смысл этой пантомимы оставался неясен, пока Меркатор вдруг не сказал севшим голосом:

— Золото… Его фибула и пряжка — это же чистое золото!

— Вы уверены? — спросил Ричард.

— Можете не сомневаться, золота я навидался. В одной пряжке его унций пять! Боже правый, да они действительно богачи.

Морадита тем временем обратился к Ричарду. Голос его был спокоен, но сыщик уловил в нем нотки стали.

— Он напал на моего человека и ранил его, — перевела девушка. — Зачем он это сделал?

— Проклятье… — процедил сыщик, сжимая кулаки. — Скажи ему, что наш слуга жаден и глуп. Он будет покаран за этот поступок. Мы очень сожалеем и готовы искупить его вину… любыми подарками.

— Учтите, стеклянные бусы их не порадуют, — еле слышно сказал Меркатор. — На фибуле рубин раза в два крупнее того, что был у нашего друга в кольце. — Он кивнул на Александра.

Но Ричард уже знал, что делать. Он осторожно приблизился к раненому и, взглядом спросив разрешения, осторожно осмотрел рану. К счастью, она оказалась неопасной — пуля прошла по касательной и лишь слегка оцарапала предплечье. Тем не менее сыщик демонстративно оторвал рукав своей сорочки и перевязал ее со всей осторожностью. Затем он пригласил туземца следовать за собой и, проходя мимо Меркатора, попросил:

— Дайте ваш бинокль!

Журналист без возражений снял бинокль с шеи и протянул Ричарду. На улице сыщик торжественно вручил прибор раненому, а затем в течение нескольких минут демонстрировал его «волшебные» свойства. Горожанин остался в восторге. Морадита тоже вроде бы сменил гнев на милость. Конфликт был улажен.

Но этим сыщик не ограничился. Он собрал перед собой сомалийцев и потребовал сдать оружие. Игнорируя недовольный ропот, он забрал все карабины.

— Здесь оружие вам не понадобится, — заявил он. — Вы, должно быть, привыкли безнаказанно грабить людей в джунглях, но я не позволю поступить так с жителями Озо.

Никто не посмел возразить, хотя по выражению лица Меркатора было видно, что действий спутника он не одобряет.

Морадита показал путешественникам, где они могут остановиться на ночь, и покинул их, условившись продолжить беседу завтра. Утомленные дневными событиями, они быстро уснули.

Пробуждение Ричарда было внезапным и тревожным. Где-то вдалеке вновь звучали выстрелы. Надевая на ходу брюки и сдавленно чертыхаясь, сыщик выскочил на улицу. Из соседнего дома появился едва одетый, но вооруженный Александр. Меркатора нигде не было видно.

Внезапно ночную тьму прорезал громкий крик, а вслед за ним прогремел залп сразу нескольких карабинов. Молодые люди переглянулись, читая на лицах друг друга понимание и досаду. Было ясно как день: сомалийцы не справились с алчностью, завладели оружием и вновь отправились за добычей. Но поводов для тревоги стало еще больше, когда ночную темноту пронзила длинная очередь, которую могла выдать лишь митральеза.