Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович - Страница 554

Все, что Вартанчик о нем знал — это то, что Лобзик перемещался на тарахтящем мотоцикле и по мелочам постукивал ментам с линейки. Это последнее обстоятельство и не позволило Вартанчику отвернуться, подняв перед этим стекло окна.

— Привет, — буркнул Вартанчик.

— Вонцес, ара?

Лобзик был кем угодно, только не армянином, однако это не мешало ему всякий раз в разговоре с армянами здороваться на их родном языке и спрашивать, как дела. Не считая ругательств, это были единственные слова, которые Лобзик смог запомнить своим маленьким мозгом, во всяком случае, еще никто и никогда не слышал, чтобы он мог поддерживать разговор.

— Тебе чего надо? — несколько грубовато осведомился Вартанчик, игнорируя все нормы вежливости.

— Ты что, не в духе, ара? Ладно, ладно… вот этого кекса видел?

Лобзик сунул под нос водителю фотографию, распечатанную на принтере. Молодой пацан, лет двадцати. Русский. Ничего особенного.

— Нет.

— Ты внимательно посмотри, ара…

— Не видел.

— Жаль. Мог бы пару тыщ баксов заработать.

Услышанное дошло до Вартанчика не сразу.

— Продолжай, ахпер, — сказал он заинтересованно.

— Серьезные люди хорошие деньги платят тому, кто этого пассажира поможет найти, — сказал Лобзик.

— А что за парень, кто он?

— Слыхал, зимой в Ростове нацисты с бомжами схлестнулись?

Когда человек тридцать в канализации полегло? Этот кадр каким-то боком к той бойне причастен. То ли скинхэд, то ли террорист, то ли все вместе.

Лобзик разжал пальцы, и фотография спланировала на колени Вартанчика.

— Если вдруг что заметишь, сразу звони.

Лобзик развернулся и направился к маршрутке, стоящей сзади.

Вартанчик еще раз посмотрел на фото, потом небрежно сунул его в журналы, лежащие стопкой на портпризе.

Две штуки, конечно же, хорошо, но шанс встретить этого пацана в городе с населением в восемьсот тысяч плюс приезжие — примерно один из миллиона.

Через десять минут после визита Лобзика маршрутка, наконец, заполнилась, и Вартанчик тронулся с места. Следующие двадцать три минуты были самыми обычными — он следовал по маршруту, по которому ездил последние шесть лет, магнитола негромко пела голосом Фрэнка Синатры, пассажиры выходили-заходили, принося Вартанчику по червончику и, как говорится, ничто не предвещало беды.

На двадцать четвертой минуте, примерно в середине маршрутного пути, «Газель» остановилась в очередной раз, на площади Ленина. Рядом рынок, оживленное место, обычно здесь текучка самая большая.

Народ покидал салон, пассажир, сидевший рядом с водителем, тоже вышел, а его место занял парень, который заставил Вартанчика убить в себе апатию и снова почувствовать вкус жизни.

Это был тот самый парень стоимостью в две штуки!

У парня с собой была небольшая спортивная сумка из тех дешевых китайских подделок, которые покупают только для того, чтобы выкинуть через несколько дней пользования. В ней лежало что-то тяжелое, возможно, оружие или даже взрывчатка.

Решение пришло очень быстро. Ни слова не говоря, Вартанчик открыл дверь и вышел из маршрутки.

Зашел за ларек, вытащил телефон, дрожащими пальцами набрал Лобзика.

— Алло! Он у меня.

— Кто? А кто это?

— Это Вартан! Слышь, Лобзь, твой пацан у меня. Ну, которого ты утром искал. В машине сидит.

— Ара, красавчик! Точно он?

— Точно, точно.

— Ты где?

— А что там с деньгами?

— Ну, ёпта, все в порядке с деньгами, получишь свои деньги… ты где?

— Две тысячи долларов?

— Конечно! Ты где?

— Я на Ленина, рядом с ЗАГСом, пацан у меня сидит в кабине.

— Жди…

— Нет! Он догадается, если долго ждать. Я поеду в сторону Нариманова, поеду медленно. Догонишь.

Закончив разговор, Вартанчик глубоко вдохнул, выдохнул, и после этого только пошел обратно к маршрутке.

Парень сидел на месте, равнодушно смотрел перед собой, ни на что не обращая внимания.

— Эй, командир, почему так долго стоим? — послышались из салона недовольные голоса.

Вартанчик завел машину и тронулся с места.

Ехал он действительно медленно, но так, чтобы не вызвать подозрений. В голове мелькали образы: вот Лобзик звонит «серьезным людям», вот те берут обещанный гонорар Вартанчика, выезжают…

Как-то очень быстро мысли переключились на гонорар. Что можно сделать с двумя тысячами долларов? Да все что угодно! Машину подлатать или «поляну» на юбилей накрыть, а можно дочке помочь, внукам подарки сделать. Еще можно окна наконец поставить из металлопла…

Засмотревшись, Вартанчик не заметил красный сигнал светофора и едва не врезался в новенький «Порш».

К счастью, тормоза сработали как надо, и «Газель» остановилась в нескольких сантиметрах от бампера, стоившего примерно месячного заработка Вартанчика. Пассажиры из тех, кто стоял, попадали с легким матерком, но это все ерунда.

Гораздо хуже, что во время торможения с портприза слетели на пол журналы. Парень, сидящий в кабине, наклонился, чтобы их поднять — и, конечно же, увидел свою фотографию.

Он повернулся, встретился взглядом с водителем, и, кажется, оба все поняли.

Прежде, чем Вартанчик успел что-то сделать, парень рванул ручку двери, выскочил на дорогу и, как пишут в сводках, скрылся в неизвестном направлении.

Унося с собой недополученный бонус в две тысячи долларов.

Первой мыслью Вартанчика было рвануть за ним, но пятьдесят пять лет, пивной мозоль, одышка…

Бежать, чтобы рухнуть после первых десяти метров?

Светофор переключился на зеленый, «Порш» рванул вперед и через несколько секунд исчез вдали. Кляня все на свете, а больше всего себя за неуклюжесть, Вартанчик отпустил педаль сцепления и полез за телефоном.

Лобзик не отвечал на вызов, и через минуту Вартанчик понял почему: за стеклом кабины послышался приближающийся рокот мотоциклетного мотора.

Пришлось остановиться, несмотря на возмущенные возгласы пассажиров. Остановиться, выйти из машины и объяснить…

— Как убежал?! — заорал Лобзик. — Как?! Почему ты его не схватил?

— Не успел…

— Как не успел?! Ты что, тормоз?! Ты самый тупой из армян, клянусь! Пилять, почему вокруг меня одни дебилы?! Второй раз подряд, второй раз, сука…

Лобзик изрыгал проклятия около минуты, пока не выдохся. Бросив на пожилого армянина полный ненависти взгляд, Лобзик напялил шлем и прыгнул на мотоцикл. Двигатель взревел так, что еще бы чуть-чуть и в окрестных домах повылетали стекла.

Когда он умчался и Вартанчик вернулся в Газель, то обнаружил, что половина пассажиров, раздраженная постоянными внеплановыми остановками, покинула машину. Разумеется, ничего не заплатив.

Доехав до конечной, Вартанчик не стал становиться в очередь на следующий рейс, а решил отправиться домой пообедать и успокоиться.

По дороге позвонил жене, предупредил, что скоро будет, велел разогреть еды. Проезжая мимо того перекрестка, где парень выбежал из маршрутки, он снова испытал чувство разочарования от «упущенной выгоды».

Оставил машину возле стоянки, заезжать не стал. Жил Вартанчик с женой, дочерью, зятем и внуком в небольшом одноэтажном доме. Еще был сын, но много лет назад… в общем, сына у Вартанчика не было.

Дома ждал борщ, свиная отбивная, пюре, салат — все, что рождает домашний уют и поднимает настроение. К концу обеда Вартанчик даже забыл о сегодняшней неудаче.

Часок отдохнул на диване под кондиционерной прохладой, а затем направился на вечернюю смену, уже не думая о сбежавшем пацане, а размышляя о том, кого позовет на юбилей.

Сел в «Газель» и только собрался завести двигатель, как пассажирская дверь открылась, и в кабину запрыгнул…

Тот самый парень с фотографии!

Одну руку он держал в сумке, которая как-то очень нехорошо была направлена на Вартанчика.

— Рассказывай, — велел парень. — Откуда у тебя моя фотография?

Если бы не слова Лобзика, армянин ни за что не поверил бы, что севший к нему в кабину парень — опасный преступник. У него был взгляд загнанного даже не зверя, а зверька. Отчаянный, напуганный. Нет, перед ним был явно не хладнокровный убийца.