Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович - Страница 556

— Я тебя до Адлера довезу. Потом до Псоу ходи, это речка такая там есть. Ее перейдешь — в Абхазии окажешься. Оттуда можно в Грузию, можно еще куда. Главное, на месте не сиди. Только…

— Только что? — спросил парень.

— Все равно тебя найдут, ахпер, — вздохнул Вартанчик и прибавил газу.

Путь до Адлера не близкий.

ГЛАВА 27

РОЖДЕНИЕ STUX

64.95.241.61, 25 мая 2005 года.

Одноразовый пароль из двенадцати символов был введен через шесть секунд после того, как на тусклом экране лэптопа появилась заставка Voice Tech S-D Security. Свободный гейт распахнул створки, впитывая данные еще одного пользователя, пожелавшего сохранить свой разговор в режиме Privacy.

Весело замерцал значок запроса соединения. Лекс двинул рукой, открывая инфо абонента, затеявшего беседу в столь поздний час.

Девственно чистый фрейм, только строчка с датой регистрации — январь 2003 года. Внизу пометка, в виде символа Синдиката, означающая, что хозяин аккаунта прошел проверку на подлинность. Короче, надежный.

— Доброго здравия тебе, чувачок.

Голос, прозвучавший в наушниках, был до отвращения искусственным. Там, на другом конце соединения пользователь даже не удосужился покопаться в настройках, оставив генерацию голоса по умолчанию.

Лекс поморщился, но все же ответил:

— Спасибо.

Короткая пауза. Видимо, подразумевалось, что Лекс проявит вежливость и пожелает что-нибудь доброе в ответ.

Черта с два. В четыре часа ночи вежливость спит и видит красивые сны, в отличие от хозяина, вынужденного торчать в сети.

— Как жизнь-здоровье, семья-дети?

— Чего тебе надо, Бад?

— Неправильная постановка вопроса. Не мне надо, а тебе.

— Хорошо, что надо мне? — устало спросил Лекс.

— Слава, богатство, власть, вечная молодость, нужное подчеркнуть.

— Свободы в списке не наблюдается? От звонков в четыре утра, например.

— Ох… Извини, чувачок, забыл посмотреть, где ты сейчас находишься. Ты что, все еще в Штатах?

— Да, все еще в Штатах.

— Насчет свободы… в нашем мире никто не может быть абсолютно свободным. Так что предлагаю тебе остановиться на богатстве, тем более что… — Бад сделал многозначительную паузу.

— Тем более что? — раздраженно спросил Лекс.

— Я слышал, ты немного поиздержался в последнее время, нет?

Странный звук, который издал голос ретранслятора, по всей видимости, был смешком.

— Хорошо, я знаю. Ты заплатил семь миллионов за контракт с дашнаками, что составляло чуть больше, чем половину всех твоих сбережений. Плюс покупка в прошлом месяце квартиры на Остоженке, плюс дизайнерский ремонт, который ты начал делать на прошлой неделе… и, конечно же, твоя вчерашняя адская серия с удвоением на черное… Не много ли расходов?

Лекс поймал себя на мысли, что очень неприятно разговаривать с человеком, который знает про тебя все, или почти все.

То, что сказал Бад, было правдой. И квартира, и ремонт, и вчерашняя пьянка, закончившаяся в казино гостиницы, где он решил проверить теорию вероятности и шесть раз подряд ставил на черное, каждый раз удваивая количество фишек.

Семь раз подряд выпало красное. Это происходило на столе с максимальными ставками, так что вечер закончился потерей почти трехсот тысяч долларов.

Но не столько жалко денег (с потерей еще вчера смирился), а сколько бесит тот факт, что об этом уже есть информация в базах Синдиката.

Лекс так и представил Бада, сидящего сейчас где-то в офисе в Москве, и лениво просматривающего страничку с информацией о Лексе. Когда и по какой цене купил квартиру, когда и сколько проиграл денег, когда и как сильно пукнул… чертовы всезнающие ублюдки.

— …Я не хочу сказать, что ты на мели, но мне кажется, что ты сейчас нуждаешься в работе.

В работе Лекс нуждался. Но не из-за денег. Точнее, не совсем из-за денег. Просто потому, что надо было чем-то заняться. Деньги? Деньги еще есть. Он их и тратил с таким ожесточением, чтобы, когда они закончились, появился хоть какой-нибудь смысл, хоть какая-то цель.

Хотя, конечно, деньги лишними не бывают, это факт. По крайней мере, если они в достаточном количестве, можно проверять теорию вероятности.

— Ладно, давай ближе к делу, — буркнул Лекс.

— В общем, есть люди, которым нужен компьютерный вирус.

Если точнее, им нужен червь. Если быть еще точнее, им нужен червь, руткит которого будет действовать на уровне логических контроллеров. Ты понимаешь, о чем идет речь?

— Понимаю. Вирус второго поколения, — скептически хмыкнул Лекс. — Это который поражает не программы, а железо. Ты хоть представляешь, сколько времени придется работать над таким вирусом?

— Чувачок, я не знаю, второго он поколения или десятого, но я знаю главное — люди платят за это хорошие деньги, поэтому я сейчас говорю с тобой.

— Насколько хорошие?

— Думаю, сумма покроет с лихвой твои затраты на дашнаков, — Бад помолчал немного. — Кстати, и не жалко тебе было столько денег отдавать? По-моему, гораздо проще дождаться, пока твой дружок всплывет на поверхность, а затем нанять обычного киллера…

— Хочу, чтобы этот ублюдок ни одной минуты не чувствовал себя в безопасности. А что за люди заказывают червя? Какие сроки? Что этот червь должен делать?

— Погоди, погоди, чувачок. Не так быстро. Сначала мой интерес.

Десять процентов Синдикату на общак и пять лично мне. Устроит такой расклад?

— Устроит, — подтвердил Лекс.

— В таком случае завтра-послезавтра Синдикат организует тебе встречу с заказчиком, у него и выяснишь подробности. Насчет сроков и бюджета — думаю, тебе выделят около года, плюс дадут в помощь команду программистов. Тут уже — как договоришься.

— Серьезный подход.

— Более чем. Люди там тоже серьезные.

— Кто они?

— А тебе не все ли равно?

— Ну… скажем так, у меня есть подозрение, что это связано с политикой. Не очень хотелось бы иметь дело со спецслужбами.

— Чувачок, а это разве не ты написал для саудитов самообучающийся сборщик информации?

— Во-первых, не для саудитов, а для Эмира…

— А во-вторых, этой твоей программой сейчас пользуются практически все спецслужбы мира, от пакистанской разведки до МИ-6 и Моссада. Поэтому не скромничай и не стесняйся связываться со спецслужбами, тем более что сейчас только они и платят болееменее приличные деньги.

— Значит, заказчик червя — это все-таки спецслужбы?

— Может быть, — уклончиво ответил Бад.

— Чьи? Это Россия?

— Нет, чувачок, это не Россия.

— Штаты? Китай?

— Сделай запрос в Синдикат. Думаю, десяти процентов от гонорара хватит, чтобы получить всю информацию о заказчике и успокоиться.

— Ну уж нет, — хмыкнул Лекс. — За такие деньги мне действительно все равно, кто он.

— Тогда до завтра, чувачок. На том же месте, в тот же час…

— Погоди, — остановил его Лекс. — Хотел у тебя кое-что спросить. Я знаю, что Ник недавно был в Краснодаре…

— Ник — это тот, за которым ты послал дашнаков? — уточнил Бад.

— Да. Он недавно был в Краснодаре, в детдоме, искал своих родителей, но, кажется, не нашел.

— Потому что плохо искал, — опять послышался смешок. — Надо было обращаться в Синдикат.

— У него нет денег, чтобы обращаться к вам, — произнес Лекс. — А вот у меня есть.

— Что, чувачок, тоже хочешь найти своих настоящих родителей?

— Своих — нет. А вот родителей этого ублюдка — очень хочу.

Сколько будет стоить информация о них?

— Ты хочешь, чтобы я посмотрел сейчас?

— Я, конечно, могу подождать месяц или два, — съязвил Лекс. Но лучше все же сейчас.

— Хорошо. Через пару минут скажу, во сколько тебе это обойдется.

В наушниках наступила гробовая тишина. В ожидание результата Лекс откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

Голос в наушниках раздался не через две минуты, а через пять.