Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович - Страница 56

Отряд медленно двигался вперед, пока на пути его не встала огромная скала. Она перегородила ущелье, будто была специально поставлена здесь могучими богами. Морадита не помнил этой скалы. Его учитель — старый жрец, подробно описывая путь к Дракону, ни словом не обмолвился о ней. Значит, обвал произошел после того, как Дракон передал лемурийцам Знание.

Ни обойти, ни перебраться через препятствие было совершенно невозможно. Люди остановились, ожидая решения предводителя. И Морадита сделал то, что должен был сделать. Он положил посох наземь, подошел к скале и уперся в нее обеими руками. Подождал, концентрируя силу, и резко надавил, будто собирался сдвинуть глыбу с пути.

Несколько ударов сердца ничего не происходило, а затем скала мелко задрожала, стремительно покрылась сетью трещин и, наконец, с громоподобным треском развалилась на сотни увесистых камней.

Мало кому из спутников Морадиты удалось сдержать возглас изумления. А жрец лишь отряхнул руки от пыли, поднял посох и легко запрыгнул на ближний из камней. Даже в таком виде препятствие было не из легких, но постепенно весь отряд перебрался через завал.

Путешествие подходило к концу. Цель была близка, и этой ночью Морадита долго не мог уснуть. Он лежал, прижав к себе спящую Гимирру, и молился Дракону. Он просил у прародителя сил, хотя их у него было достаточно, просил отваги, которой и так было не занимать, просил свободы, получить которую было не суждено. Он знал о бесплодности своей молитвы, но не мог остановиться.

А под утро, в коротком забытьи, Морадита нашел ответ. В вещем сне к нему явился сам Дракон. Огромный и величественный, сверкая золотой чешуей, Прародитель приблизился к жрецу и снял с его шеи ожерелье. От прикосновения Дракона звенья рассыпались, и в ладони Морадите упали лишь три из них. Более ясного ответа трудно было желать. Дракон высказал свою волю. И Морадита впервые после гибели Лемурии почувствовал облегчение.

Он встал первым, как всегда, но на этот раз позволил людям выспаться. Сегодня их путь будет завершен, а заканчивать что-либо всегда нелегко.

Лишь около полудня отряд вышел из ущелья. Перед ними расстилалась огромная долина, окруженная со всех сторон высоким, скалистым гребнем. Это была гигантская кальдера — дно древнего супервулкана — прародина Золотого Дракона. Посередине долины блестела гладь озера, из которого вытекала и терялась где-то у противоположного склона горы тонкая нитка реки. Струйка дыма вырывалась из разлома в стороне от озера. Дыхание спящего Дракона.

— Мы пришли, — сказал Морадита. — Теперь наш дом здесь.

Первым опомнился юный Амхара. Он с громким криком радости побежал вниз по пологому склону горы, вспугнув стайку маленьких антилоп и парочку пятнистых собакоподобных тварей с выгнутыми спинами и поджатыми хвостами. Следом за разведчиком пустились и остальные. Морадита смотрел, как последние люди некогда великой Лемурии входят в новый дом, и сердце его переполняла радость.

Теперь нужно было выполнить волю Дракона.

Когда первые восторги утихли, жрец собрал свой народ у большого костра на берегу озера.

— Здесь мы построим новый город! — объявил он притихшим лемурийцам. — Он будет велик, славен и бесконечен в веках. О нем сложат песни и легенды, что затмят память о самой Лемурии. Сюда пойдут караваны из далеких стран и неизведанных земель. Они привезут несметные богатства в обмен на наши знания и волшебство… Мы назовем его Озо, что значит Бессмертный! И вы — его первые жители, прародители нового мира. Ваши потомки будут повелевать землями от океана до океана, на сотни дней пути. Но для этого…

Морадита перевел дух, окинул долгим взглядом людей перед собой, еще раз вглядываясь в каждое лицо и принимая окончательное решение.

— Для этого придется многое совершить. И такие деяния не под силу одному человеку. Ночью ко мне приходил Золотой Дракон. Он наставил своего верного раба на путь.

С этими словами Морадита снял ожерелье с груди и вытянул в кулаке перед собой.

— Известно ли вам, что это, люди Лемурии?

Ответом ему было молчание.

— Это ожерелье — Наследие Золотого Дракона! Его принес Морадита много веков назад отсюда, из Лунных Гор, и разделил его звенья между жрецами Лемурии. Сотни лет они передавались от жреца к жрецу, и только самые достойные могли владеть Наследием. Их сила служила благу Лемурии… Но наша родина пала, а мне выпала печальная доля спасти наследие Дракона. И сегодня я, Морадита, последний и единственный из лемурийских жрецов, разделю его между вами.

Люди завороженно смотрели на сжатое в руке вождя ожерелье. Его нельзя было назвать красивым, но эта вещь создавалась не для того, чтобы восхищать взоры. Связка из нескольких маленьких фигурок, многажды оплетенных серебряным жгутом. Каждая изображала животное или птицу и была сделана с мастерством, достойным преклонения.

Морадита, не тратя времени на дальнейшие объяснения, отделил от связки одну из фигурок. В миниатюре она повторяла огромную кошку с гривой, похожую на тех, что отряд встречал в саванне.

— Йоруба, подойди ко мне, — сказал он торжественно.

Бывший тысячник приблизился к жрецу и с почтением склонил голову.

— Ты дальновиден и мудр, как подобает водителю воинов. Я вручаю тебе этот предмет. Он вселит мужество в души тех, кто пойдет за тобой, и ни один враг не сможет победить твое войско.

С благоговением военачальник принял фигурку и отступил в сторону. Тем временем жрец оторвал от связки еще один предмет. Это была фигурка огромного быка, грозно опустившего рога.

— Амхара, ты ловок и силен. Бык удесятерит твои силы и поможет в охоте. Ни один зверь не устоит перед тобой. Но будь осторожен и не теряй головы.

Амхара сжал быка в кулаке и отошел.

— Гимирра! Ты терпелива и добра, твое сердце способно любить, а песни — врачуют душу. Возьми этого маленького жука, и он поможет тебе исцелять тела.

— Зулу! Ты рассудителен и осторожен, тебе управлять страной и людьми. Петух убережет от ошибок, подскажет верный путь и будет опорой во дни сомнений и тягостных раздумий.

— Харари! Смешная рыбка — морской конек разрушит любое препятствие на твоем пути, но не позволь ей разрушить то, что мы создадим.

— Канури! Тебе я даю морскую птицу. Она укротит бурю, отведет суховей и призовет на поля дожди. Храни наш город от ненастья.

Морадита отделял от связки предметы один за другим, быстро и решительно, как человек, который отбросил все сомнения.

— Ганда, я долго думал, кому отдать крокодила. И если есть человек, способный распорядиться им разумно и осмотрительно, то это — ты.

— Бенджа, тебе всегда удавалось найти общий язык с любым из живых творений богов. Возьми фигурку медведя, и отныне всякий зверь станет тебе верным и безропотным слугой.

— Джукун, тебе я оставил мантикору. Ее предназначение откроется в должное время, а пока — храни ее как зеницу ока.

Люди, получившие дары, преобразились. Лица их будто выцвели, у глаз пролегли морщины, улыбки стерлись. Радостное возбуждение сменилось угрюмой решимостью. И лишь глаза избранных сверкали неожиданно ярко. Один — зеленый, другой — голубой.

На связке осталось три предмета.

Слон был его по праву. Предшественник Морадиты предавал этот предмет и все, что к нему прилагалось, по всем правилам в течение пяти лет преемничества. После смерти старого жреца Морадита стал Хранителем Мудрости Дракона и фигурки слона.

Для маленькой саламандры Морадита не смог найти нового владельца. Никому из людей он не доверял настолько, чтобы вручить такой дар. Быть может, в будущем, когда найдется достойный…

Последний предмет — коварная юркая сколопендра. Людям лучше держаться от нее подальше. А значит, сколопендре суждено оставаться на шее Морадиты до тех пор, покуда это в его власти. А дальше пусть решает его преемник.

Морадита повесил остатки ожерелья обратно на шею и спрятал под одежду.

— Отныне вы — новые жрецы Золотого Дракона и соправители бессмертного города Озо.