Энтогенез 3. Компиляция (СИ) - Дубровин Максим Олегович - Страница 661

— Что именно? Наркотики?

— Да хоть бы и наркотики… Блин, ну зачем я сюда решил ехать?! Посуетился бы, может, нашел бы более верный канал…

— Поздно. Влипли, будем стараться выбраться. И не упоминай своего Локо! Вдруг для военных это красная тряпка, только не хватало нам обвинений в связях с местной организованной преступностью!

— О’кей, буду молчать, — согласился Бад. — Мы туристы, приехали посмотреть достопримечательности, так?

— Так. Этой линии и придерживаемся. Даже если станут бить.

— А я думаю, непременно станут, — совсем уж потерянным голосом пробормотал инфотрейдер.

Но бить их пока не стали.

Вытащили из фургона, остановившегося рядом с несколькими такими же в обнесенном сеткой-рабицей загончике, и повели в одноэтажное здание, над входом в которое реял мексиканский флаг с орлом, терзавшим змею. Солдаты у двери даже не обратили внимания на пленников — видимо, такое тут было зрелищем привычным. У одного в руках Ник заметил банку пива, из чего сделал вывод, что с дисциплиной тут не ахти.

В коридоре, где было хотя бы прохладно, их усадили на табуретки и по-английски велели сидеть и ждать. Чего ждать — не объяснили.

Мимо то и дело проходили люди в форме, где-то играла музыка из радиоприемника, что-то латиноамериканское. За пленниками даже никто не присматривал. Встать и уйти? Черта с два, они в наручниках, а те, у входа, хоть и трескают пиво, все же не идиоты… А может, о них попросту забыли?!

Стоило Нику об этом подумать, как прямо напротив распахнулась дверь, и оттуда появился весьма фотогеничный тип с внешностью героя здешних телесериалов. Он с улыбкой поманил их пальцем, и у Ника на мгновение вспыхнула надежда, что все разрешится благополучно. Но тут рядом возник солдат, поддернул его за шиворот и придал ускорение коленом. Все вернулось на свои места. В кабинете фотогеничного типа стоял стол с несколькими телефонами, жидкокристаллическим монитором и расползающейся стопой бумаг. На стене висели портрет президента Фелипе Кальдерона, большая карта штата Чиуауа и огромный постер мексиканской металлической группы Molotov с автографами музыкантов. В углу урчал небольшой холодильник, а воздух месила пара вентиляторов.

— Меня зовут подполковник Магальон, — отрекомендовался на отличном английском хозяин кабинета, возвращаясь за стол. Ник и Бад так и остались стоять у двери, потому что никаких мест для сидения не предусматривалось. — Не предлагаю сесть по видимым причинам. Вы, наверное, удивлены своим пребыванием здесь?

— Мы хотели бы связаться с российским посольством в Мехико, господин подполковник, — учтиво произнес Ник. — Мы полагаем, это какое-то недоразумение, которое вполне могло произойти с учетом вашей сложной работы по поддержанию правопорядка в городе. Заранее заявляю, что никаких претензий мы к вам не имеем.

— Вот как, — улыбнулся подполковник. — Никаких претензий? Хорошо.

Он открыл ящик стола и извлек их документы. Внимательно просмотрел, швырнул обратно.

— Вы, несомненно, прибыли сюда посмотреть достопримечательности, не так ли?

— Именно так.

— Чем вы занимаетесь у себя дома, в Москве? — осведомился подполковник.

— Я… Я работаю в сфере компьютерных технологий, — сказал, по сути, чистую правду Ник. — А он…

— Я тоже, — поспешно добавил Бад.

— Вот как, — Магальон воззрился на инфотрейдера. — И вы не знаете, что такое Синдикат?

Ника словно ножом по сердцу полоснуло.

— Синдикат?! — Бад косил под дурачка. — Э-э… Нет, конечно же, я знаю множество организаций, которые можно назвать синдикатами…

— Я говорю о конкретном Синдикате. И вы знаете о каком.

— Я вас, простите, не понимаю, — Бад хотел сокрушенно развести руками, но помешали наручники.

— Вы тоже не понимаете? — повернулся подполковник к Нику.

— Боюсь, что нет, — сказал тот, хотя прекрасно все понимал. И Магальон знал, что Ник прекрасно все понимает.

Значит, это все ловушка. И привел их в нее Бад, который неспроста сам появился в Мексике, хотя не должен был здесь появиться… «У меня свои проблемы, парень. И мне тоже нужно в Штаты». Что он намутил там в своем Синдикате?!

Паутина практически на глазах сгущалась, шевелилась и опутывала кабинет. Сквозь колеблющиеся нити на Ника приветливо смотрел президент Кальдерон, словно говоря: «Что, парень, не ожидал?! Увы, помочь ничем не могу. Такая вот штука, Ник, такая вот штука…»

— Я могу заплатить, — хрипло сказал Ник.

— Это уже интереснее, — согласился подполковник. — Сколько?

— Я… Миллион долларов. Американских.

Магальон вздохнул.

— Десять миллионов.

— Двадцать, — сказал Бад.

— Двести, — сказал подполковник и поднялся.

Паутина распалась на отдельные фрагменты, словно пазл, и медленно стала склеиваться обратно. Ник сморгнул, помотал головой.

— Это огромные деньги, и я… — начал инфотрейдер, но Магальон предостерегающе поднял руку:

— Двести. У вас будет время поразмыслить, господа. Да, чтоб вы знали: я свяжусь с посольством в Мехико и сообщу, что сегодня вас похитили неизвестные. Прямо из гостиничного номера. Разумеется, федеральная полиция извещена, армия тоже прилагает все усилия, чтобы найти дорогих русских гостей. Найдет ли она их в конце концов — зависит от вас.

Подполковник не нажимал никаких кнопок и вообще ничего не делал, просто стоял, но стоило ему закончить, как дверь тут же распахнулась, и в кабинет вошли двое солдат. Подслушивали они, что ли… Магальон что-то велел подчиненным, среди прочих испанских слов промелькнуло «Хесус». Они поступают в ведение некоего Хесуса?! Двусмысленно, подумал Ник. Очень двусмысленно. Впрочем, он всегда был атеистом.

Во дворе их бесцеремонно посадили прямо на пыльную землю и снова велели ждать. На этот раз ожидание продлилось недолго. Человек с густой бородой и большим волосатым животом, в разгрузке на голое тело и ярких клетчатых шортах, подошел к пленникам в сопровождении парочки столь же живописных индивидуумов и сказал:

— Меня звать Хесус. Едете со мной.

Задним ходом к ним подкатил здоровенный «патрол». Один из живописных, с длинными черными волосами, заплетенными в косу, похожий на актера Дэнни Трехо, открыл багажную дверь и знаком велел забираться внутрь, на откидные сиденья. Не ожидая, пока ему помогут подзатыльником, Ник исполнил приказание. За ним, пыхтя, забрался Бад, после чего дверь закрыли. Перед ними, на заднем сиденье, поместились Хесус и второй сопровождающий, а «Дэнни Трехо» сел за руль.

— Куда мы едем? — не удержавшись, спросил Ник.

— Ко мне в гости, — ответил, не поворачиваясь, Хесус. — А теперь заткнись и помолчи. Иначе Моно отрежет тебе ухо.

Моно покосился на Ника и добродушно ухмыльнулся, показав отсутствие доброй половины зубов. К его подтяжкам крепились два чехла с узкими блестящими ножами.

Их везли долго. Сквозь запыленные стекла «патрола» Ник вначале пытался что-либо разглядеть, но потом оставил бесполезные попытки. В любом случае местность вокруг ни о чем ему не говорила. Лачуги, выстроенные из разномастных кусков фанеры, жести и картона. Заборы, обтянутые поверху колючей проволокой или усеянные клыками битого стекла. Покосившиеся столбы с обрывками электропроводов… Потом все это сменилось аляповатой зеленью, из чего Ник сделал единственный вывод — они покинули Сьюдад-Хуарес. Что делать, Ник даже приблизительно не представлял. Поиск для Исин не задашь — коммуникатор благополучно осел в кармане одного из солдат или валяется в ящике стола подполковника Магальона. Вот ведь современный человек — отними у него цацку, и он уже не знает, как себя вести… Ник посмотрел на сидящего напротив скрюченного и явно испуганного Бада. Ладно, с инфотрейдером он поговорит после, а то Моно и вправду отхватит ухо за нарушение тишины… Вряд ли их разделят — выкуп-то нужен от обоих, если дело вообще в выкупе. Главное — это не нарываться. И тянуть время. Дураку ясно, что после того, как выкуп будет получен, их тут же прикончат. В лучшем случае отправят трудиться на наркоплантации в непролазном лесу, а это, считай, та же смерть.