Гранитное сердце (СИ) - Иванова Ксюша - Страница 21

— Будут битвы. А кто победит, еще неизвестно.

— Да как так может быть? — не поверил Брендон. — Если ты видела, как будет, значит, должна знать, кто победит!

Я пожала плечами. Может быть, я еще не научилась видеть и понимать? Может быть, в следующий раз (а я была уверена, что следующий раз обязательно будет) я сумею разглядеть больше.

— Зато я видела твою смерть! — выдала, сама не ожидая того, с каким пафосом прозвучит это заявление.

— О, нет-нет! Вот этого мне не надо знать, — сразу же запротестовал он, смеясь.

— Да, нет уж! Я скажу! — грустно улыбнулась я. — Будет лучше, если ты будешь знать сразу.

Собственно, ничего ведь не произошло такого, чего бы я не ожидала от жизни, правда? Ну, нет, конечно, в последнее время судьба подбрасывала мне очень даже неожиданные сюрпризы, но они вполне укладывались в канву моей одинокой жизни. Полной приключений, но одинокой...

— Я видела тебя... В битвах, и путешествиях, на пирах, и в простых делах... А потом... Я увидела тебя... ну-у-у-у, как принято говорить, на смертном одре. Да-а-а, было тебе на вид лет этак двести, был ты очень дряхл и стар, с длинной белой бородой... Лежал в высокой башне каменного замка. А рядом толпились дети и внуки, и даже, кажется, правнуки, а может быть, и праправнуки даже — я не успела разглядеть. Ты оставил после себя хорошую большую семью, целый род...

А вот о том, что среди его потомков я видела некоторых очень напоминающих внешне ликаев, я говорить не стала. Потому что... А я и не знаю, почему! Просто мне было горько, хоть я и изначально ни на что не рассчитывала. Ведь себя-то я не увидела рядом с ним ни в битвах, ни в праздниках, ни в момент его смерти.

Себя я вообще не увидела нигде. Я была, как бесплотный дух, всё видящий, но ни на что не влияющий.

— А ты? — негромко спросил Брендон, словно прочитав мои мысли.

Я грустно улыбнулась ему, хоть он этого в темноте видеть и не мог.

Может быть, я просто вернусь домой? В свой мир? Тогда, когда выполню свою роль здесь. А настоящая Луиза... (Интересно, где она сейчас находится?) Сможет очутиться в своем прекрасном теле снова.

— Знаешь, — вдруг недовольно и холодно проговорил Брендон. — Я ненавижу магов-пророков и никогда не верил в их предсказания!

— Ну, и вот еще! Можешь и не верить! — тут же обиделась я.

— Давай спать ложиться! — заявил он, лег на бок, отвернувшись от меня, и натянул на себя уголок нашего одеяла.

— Ты спи, спи, — деловито отозвалась я, пробираясь к выходу из палатки. — А мне надо кое-что проверить.

— Куда? Ты что! Вернись, ненормальная! Неугомонная!

Выбравшись наружу, я засунула голову обратно и, встретившись с ним буквально нос к носу, медленно и с расстановкой проговорила, стараясь, чтобы он всё расслышал и понял.

— Духи не тронут меня. А вот тебе лучше за мной не ходить. Я скоро вернусь. Поверь мне. Спи-и-и...

Он пытался сопротивляться. Я чувствовала, как Брендон изо всех сил старается разорвать сети, сплетенные моим голосом. Но ко мне, наконец-то, пришла сила. Я ее ощущала. Я была ею переполнена. И вот именно сейчас она была настолько велика, что ни Брендон, ни кто-то другой, не смог бы этой силе противостоять.

Решительно выпрямившись, я пошла в сторону холма, слыша все те страшные звуки, которые так пугали меня первой ночью здесь, но более не обращая на них внимания.

30 глава. Переиграны

Обратно мы ехали в молчании.

Орки остались, чтобы охранять наш раскоп в ожидании прибытия рабочих. Наметив периметр будущей шахты, я решила, что нужно бы набрать больше мужчин — рабочих, которые смогут просто копать под присмотром. Опять же нужно было наладить доставку руды. Опять же нужно было продумать ее переработку — то есть создать литейный цех с огромными печами. Тут уж я не была специалистом, хоть отдаленно и понимала суть процессов.

Лукас молчал. По всей видимости, в его голове бродили очень даже нелицеприятные мысли на мой счет. Ну, тут-то всё было логично — он считал, что я провела ночь в палатке с Брендоном, и решил, что просто спать, или там... разговаривать, мы не могли.

Впрочем, в его словах был резон. Всё ж таки поцелуй между нами состоялся.

Жаль только, что был он вынужденной мерой со стороны Брендона. Поцелуем этим он просто закрыл мне рот, чтобы я не привлекала к нам внимание "злых духов" или кого там? Зомби? Мертвецов?

В сторону Брендона я старалась не смотреть.

Потому что когда я вернулась в палатку, он не спал. И сказал, что я... Ну, в общем, услышанные от него оскорбления вспоминать мне не хотелось.

Покачиваясь на лошади, неторопливо бегущей по подсохшей от грязи дороге, я заставляла себя думать о том, как вели себя те самы духи, бесплотные белесые сущности, с которыми я встретилась возле холма, у самого раскопа. Думать об этом было просто необходимо, потому что... я искренне чувствовала, что именно в их реакции на меня и состоит суть моих новых способностей!

Правда, мысли зачем-то вновь и вновь возвращались к Брендону. А стоило мне хоть немного задуматься, как и взгляд вслед за мыслями, устремлялся к нему... И в восхищении буквально приклеивался к красивому мужественному лицу, к золотым волосам, развевающимся на ветру, к крепким плечам и сильным рукам, легко сжимающим поводья.

Я осознавала, что только дурак сейчас, бросив на меня хоть единый взгляд, не сможет понять, что я по самые уши, безнадежно, безудержно влюблена, но что я могла поделать со своим глупым сердцем?

Так вот духи поначалу кинулись в мою сторону в огромном множестве, но стоило мне только начать говорить с ними, замерли, не долетев в темноте ночи буквально несколько метров. Я не знаю, способны ли духи слышать, но именно такое у меня было ощущение — словно слышат, словно понимают обращенную к ним речь.

"Вспомните, кем были вы когда-то. Вспомните! Вспомните своих любимых, своих жён и детей! Вспомните руки матерей, провожавших вас в вашу последнюю битву! Может быть, никого из них уже нет на этой земле. Может быть, тела их истлели, а память о них угасла. Но сколько бы ни минуло веков, есть на этой земле ваши потомки, ваши внуки, кровь от вашей крови, плоть от плоти. И вашим внукам предстоит страшная битва! Битва не на жизнь, а на смерть. Без железа, хранимого в вашей земле, будет эта битва проиграна. Так зачем вы храните то, что так нужно нам, вашим потомкам? Зачем не даете нам это взять? Ведь без мечей не будет победы?"...

Слова сами лились из меня. Долго. Я даже не особенно-то задумывалась о том, чтобы говорить красиво. Просто произносила то, что думала и меня слушали. Даже эти бесплотные тени. И казалось мне, когда я, закончив, без страха шла мимо них к своей палатке, они склоняли головы, обещая поддержку и помощь.

Нас без задержек и каких-либо проверок впустили за ворота замка.

Во дворе кипела работа. Прямо под открытым небом были разожжены костры и устроено нечто, напоминающее горны. В них горел огонь, а рядом трудились огромные сильные орки, куя лопаты-кирки, ободья для деревянных ведер, железные колья, назначения которых я пока не знала и много другое.

Чуть в отдалении готовился обоз — на телеги грузился всякий скарб, а также продукты и вещи.

То есть, все в замке уже знали о том, что мы нашли руду и туда явно готовились отправиться рабочие, чтобы начать добычу.

Люди и орки странно реагировали на наше возвращение. Все тут же начинали перешептываться и кланяться до земли. На лицах всех встреченных нами мною читалось необычное благоговение и решительность. У меня было ощущение, будто люди пытались поймать мой взгляд. А поймав, мысленно будто посылали мне знак, что они со мной, что готовы на всё, что ждут только знака.

Только я не понимала, ни какой им нужен знак, ни как мне его дать.

Оглядываясь на меня, и кивая, процессия из нескольких десятков груженых телег, сопровождаемая верховыми и телегами с людьми, выехала со двора. Ворота за ними закрылись.