Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ) - Данберг Дана - Страница 34

– Это незаконно!

– Тыкать людей ножом и скидывать их со скал тоже незаконно, – я хоть и думала, что их шайка виновата в истории с упырем, но не торопилась этого озвучивать. Глупо бы вышло, если это все же не они, а случайность, о которой говорил декан. – Но вас же это не останавливает. Так почему меня должно?

– Нас много, а ты одна, – ответил все еще растерянный второй. Иначе он бы так не прокололся, признавшись, по сути.

– А тому, кого укусит в ночи скорпион или змея, например, будет не все равно? – спросила, все еще усмехаясь, я.

К тому же, уверена, тут найдется немало тех, кто недоволен сложившимся положением вещей. В чем я не уверена, так это в том, что они захотят действовать. До этого же ничего не сделали, а значит, боятся.

– Ты просто не представляешь, с кем связалась и на что они способны.

– Все люди смертны, мальчики. А от яда смертны внезапно и очень болезненно. Впрочем, это все лирика. Передайте все же вашему главному… или главным, что им не стоит меня трогать. Иначе, я трону их и им это однозначно не понравится. За свое право здесь учиться, я уничтожу любого. Я доходчиво объяснила?

Куда я лезу? А, ладно! Пусть лучше считают меня на все способной сумасшедшей, чем опять натравят упыря или отрубят голову.

Я щелкнула пальцами, и Лиска тут же спикировала с плеча здоровяка на пол и скрылась под кроватью, а потом, не снижая скорости юркнула во все еще открытое окно. У нее сегодня будет другое задание, она мне должна найти того, кому эта гоп-компания пойдет жаловаться на такую страшную меня. А то смешно то, что я угрожаю кому-то, кого я даже не знаю. Это надо исправлять, а для этого нужна хоть какая-то информация.

Вообще, надо было с этого начать, у меня даже были такие мысли, но я просто не знала, за кем надо следить, кто может вывести на главарей этого беспредела. Что ж, теперь знаю.

Остальное время мы провели в молчании. Я сказала все, что хотела, надеюсь, они меня услышали. А еще я надеялась, что потом удастся переговорить с Маркусом без свидетелей. Надо обсудить не только мою глупую стратегию поведения, но и то, что он почувствовал во время нашего разговора. Он ведь не дурак, явно их сканировал.

Меня отпустили уже через час, признав, что с рукой все нормально, что заживает она без проблем, но ее еще неделю придется поберечь.

– Лиска, ко мне! – громко скомандовала я, когда вышла из здания медблока, чтобы мои новые знакомцы слышали это через так и не закрытое окно. Вот только умное умертвие так и осталось сидеть под кустом, потому что мысленно получило совсем другое задание.

Она должна следить. Сейчас, в первую очередь, за тем, чтобы они не напали на Маркуса, а потом уже за тем, куда они пойдут и с кем будут говорить. Жаль только, что мне самой придется где-то там недалеко ошиваться, потому что я ее могу контролировать максимум на двухстах метрах. Но это лучше, чем ничего.

Сейчас же я вернулась в свою комнату и первое, что сделала, это вызвала по переговорному артефакту свою школьную подругу. Нужно ей все рассказать прямо сейчас, потому что когда я смогу отправить письмо – неизвестно, а я до этого момента, после всего случившегося, могу и не дожить.

– Вот я дура, куда же я лезу! – пробурчала я, ожидая ответа. Надо было аккуратнее с ними, не лезть в бутылку, не угрожать, но я просто разозлилась и растерялась от такой неприкрытой наглости.

Ничего ведь не боятся. Интересно, почему?

Глава 15

С подругой я поговорить смогла только ближе к вечеру, но хорошо, что это удалось, а то мало ли, чем она могла быть занята. Я была очень рада и слышать мою напарницу по всяким школьным пакостям, и выложить ей все, что у меня накопилось.

– Ты уверена? – растеряв веселый настрой, спросила меня Лиза. – Может, я сразу об этом расскажу дяде? Хотя бы посоветуюсь.

– Нет, пока не надо.

– Вот убьют тебя, что я тогда буду делать без лучшей подруги?

– Будешь скучать, крыска, – усмехнулась я.

– Сама такая, – ничуть не обиделась та. Мы друг друга всегда так называли за особенности характера. Вообще, мы были удивительно похожи не только по характеру, но и внешне, может, за исключением цвета волос. У подруги в предках русалок не было. – А если серьезно, то ты ходишь по лезвию. Мне это не нравится, это слишком опасно.

– Я все понимаю, Лиза, но если ты расскажешь своему дяде, то он расскажет моему папе, поднимет всех на уши, заставит нервничать родителей, а в итоге ничего не добьется. Ничего же не случилось. Да, на меня напал упырь, но так я сама в лес поперлась.

– Ну так это ведь тоже ненормально!

– А если я тебе скажу, что это точно спустят на тормозах? Тут, говорят, такое случается. Не удивлюсь, если этому явлению есть официальные подтверждения.

– Даже если это неправда?

– Если на территории Академии действует какая-то организация и ее не разгоняет руководство, значит, оно как минимум в курсе.

– И покрывает? - подруга на несколько секунд замолчала, обдумывая мои слова. – Может, ты и права. Но постарайся мне это все отправить почтой.

– Мне надо отпрашиваться у декана, а он может меня не отпустить. К тому же мне пока трудно управлять мобилем на горной дороге.

– Из-за руки? Слушай, а ты точно с каната сама упала?

– Не знаю, – я задумалась. – Вроде сама, но тут такое дело… Это ты у нас маг воздуха, а я не представляю, какой еще магией меня можно было скинуть.

– Нет, колебания силы ты бы почувствовала, не надо врать, – хмыкнула подруга. – Может, какое-то опосредованное воздействие?

– Говорю же, не знаю, я ничего не заметила. Но вообще, как-то это слишком мелко, не находишь? Это я просто упала неудачно, что руку вывихнула, а могла только пару синяков получить. К тому же ты знаешь, как я ненавижу канаты! Ладно, что мы все обо мне да обо мне? Ты расскажи, как устроилась?

Мы еще поболтали с Лизой, но потом я была вынуждена попрощаться, потому что ласка пришла в движение и стала удаляться от меня. И мне ничего не оставалось, как в темпе последовать за ней. Нет, если даже она выйдет из зоны моего контроля, я ее найду – нас связывают нерушимые узы. Но я не смогу ею управлять – вот в чем проблема.

Я выскочила из общежития и побежала по дорожке в направлении столовой. Сейчас Лиска уже была где-то в том секторе, но очень быстро удалялась, поэтому мне приходилось именно что бежать. Я не хотела упустить ничего важного. Впрочем, я скоро смогла перейти на шаг, потому что ласка бежала за идущими парнями, и мне удалось более-менее нагнать эту процессию.

К сожалению, я не могла сейчас подключиться к моему ручному умертвию, чтобы послушать их разговор, потому что идти и подключаться к сознанию Лиски одновременно – это нереально на моем нынешнем этапе развития дара.

Парни ожидаемо пошли в свое общежитие, куда ласке ходу не было – заметят тут же. Ну то есть как, если по коридорам будет бегать, то, конечно, заметят, но ведь есть и варианты. Животное мое когтистое следило за ними, передвигаясь по стенам. Тем более что там были карнизы и лазать было относительно удобно. Я бы сказала, что не только умертвиям, но и людям, но сама бы этого делать не стала – узковаты бортики, чтобы лезть вверх, зато чтобы передвигаться от окна к окну в самый раз.

Собственно, сейчас мое умертвие шествовало по карнизу на уровне окон третьего этажа. Я приказала ей следить за сильным, а не за умным. За двумя сразу она следить не может, во-первых, ей эта концепция непонятна, а во-вторых, если они разойдутся, она ведь не сможет разорваться, а принимать решение там нечем.

В том, что я решила проследить за качком, был один значительный плюс – тот точно побежит докладывать начальству, потому что сам половину не понял. А вот тот, что поумнее, может что-то утаить или вообще не пойти. К тому же, именно первый напал на Маркуса и теперь у меня с ним личные счеты, так сказать.

Почему я воспринимаю это лично, хотя общалась с парнем всего несколько раз? Ну во-первых, он мне показался очень адекватным, во-вторых, мы соседи, ну а в-третьих, он просто симпатичный и мне, если честно, понравился. Нет, ну а что? Разве студенчество – это не та пора, когда принято заводить романы? Тем более что, несмотря на огромное количество парней тут, еще ни один из них не вызвал у меня желание с ним пообщаться или попробовать повстречаться.