Ревизор: возвращение в СССР 56 (СИ) - Винтеркей Серж - Страница 41

– Ну что же, Паша, ты прав. Марату уроки этикета не помешают. Давай тогда так и сделаем, – согласилась Галия. – Сейчас я сразу и наберу вахтера в его общежитии, оставлю ему записочку… Мы, конечно, завтра на моем дне рождения увидимся, но чтобы я еще завтра со всеми теми хлопотами вообще об этом вспомнила! Лучше пусть сегодня приходит, если получится.

***

Москва, общежитие ЗИЛа

Марат, вернувшись в общежитие, был остановлен вахтёром, который протянул ему записку со словами:

– Марат, твоя сестра вот только звонила, на пару минут вы всего разминулись, просила записку тебе передать.

Поблагодарив его, он развернул записку и прочитал:

«Марат, забеги сегодня вечером, если можешь, есть разговор. Галия».

Марат как раз ещё не ужинал. Подумав, что в принципе это можно рассматривать как прямое приглашение поужинать у Ивлевых, он улыбнулся, пожал плечами да тут же и развернулся обратно к своей машине. Раз сестра в гости зовёт, то кто он такой, чтобы от халявного ужина отказываться? Дома его ожидают максимум бутерброды. А у Ивлевых всё-таки полноценная кормёжка предстоит…

Хорошо, что он сегодня на стройке не был, так что вполне в приличном виде в гости придёт. Да хотя какая разница, родная сестра всё же. Да и Паша вряд ли привередничать будет.

Он хоть и очень сильно поднялся в последнее время, но никакого зазнайства в нём Марат в свой адрес не видел. А такие вещи он на раз в людях отслеживал.

Есть, понимаешь, любители на простого работягу с презрением взглянуть. С таким взглядом, в котором написано, что вот у меня жизнь удалась, а у тебя нет.

Людей таких Марат ненавидел от всей души. И очень тонко их отличал от нормальных, с которыми можно было общаться независимо от того, кто ты по твоей профессии и на какой ступени эта профессия находится в табели о рангах…

Пришёл домой к Ивлевым, позвонил в дверь аккуратно, уже наученный Галией, как делать это правильно, на случай, если дети вдруг спят. Дети совсем мелкие, кто их знает, в какое время они спать заваливаются.

Галия открыла, обрадовалась. Оказалось, что парни и вправду спят. Впустила его в квартиру, обняла. Предложила раздеться, разуться и на кухню проходить.

– Как быстро ты добрался! Здорово, заодно с нами покушаешь…

– А Паша где? – спросил Марат, раздеваясь.

– А Паша Тузика пошёл выгуливать. Вы с ним буквально на пару минут разминулись. Ничего страшного. Думаю, скоро он тоже подойдёт.

Вымыв руки, Марат охотно прошёл на кухню. Галия, пока он руки мыл, уже успела тарелку с гороховым супом ему поставить, сказав, что вряд ли он каждый день суп ест, а это полезно для здоровья. А Марат и не возражал, хотя суп он сегодня ел. Но было это в заводской столовой, а у сестры суп всяко будет наваристей. И мяса в нем будет больше.

Навалившись на тарелку, он за несколько минут полностью её опустошил, съев при этом два куска хлеба. Закончив, он счастливо вздохнул, суп был великолепный, и поблагодарил сестру. Галия тут же крышку сковородки приоткрыла, которая нагревалась на плите, и стала ему макароны по‑флотски накладывать в другую тарелку, что Марат, уже давно учуявший запах этого универсального и сытного блюда, воспринял с очень большим одобрением.

Начав есть, он вдруг вспомнил, что Галия же не просто так его сюда, чтобы он пожрал домашней готовки, вызывала. И, прожевал очередную порцию макарон с кусочками прожаренного фарша, спросил её:

– Так, сестричка, а ты же меня видеть хотела. Что у тебя там за вопрос?

– А да, тут такое дело. Ты же помнишь, что на дне рождения Пашином обсуждали, что Паша скоро в Японию уезжает. Ну тогда ещё не скоро было, а теперь уже совсем скоро. Девятнадцатого февраля у них уже самолёт туда летит.

Марат наморщил лоб, так пока и не получив никакой информации по своему вопросу, как он считал. И куда сестра ведет?

Галия продолжила:

– Так вот, а у него на этот период как раз приглашения пришли на два приёма в посольствах, в британском и в американском. Посольства эти всё‑таки специфические, натовские. Паша не хочет, чтобы я туда одна шла.

– Так если специфические, натовские, так может, не надо туда вообще к этим вражинам идти? – перебил её Марат. – Как это вообще на работе‑то воспримут, если узнают, что ты туда пошла, да ещё и без мужа?

– Да погоди ты, Марат. На работе как раз очень хорошо воспримут. Я с председателем переговорю дополнительно, конечно, но уверена, что он ничего против иметь не будет. Более того, рад будет, если я туда пойду. Там же не все американцы или британцы. Там полно разного, вполне приличного народу обретается, а я с ними визитками буду обмениваться. А наш председатель ССОДа потом специальным людям по этим визиткам велит контакты налаживать. И по его отношению ко мне судя, всё у него в этом плане очень хорошо идёт. Он очень доволен моими действиями. Так что поддержит меня.

– А, ну ясно, – кивнул Марат, всё ещё продолжая озабоченно морщить лоб. – Так, ладно, давай вернёмся к вопросу, что я уже задал. А меня‑то ты зачем пригласила? Как я со всем этим связан быть могу?

– Так ты же мне договорить не даёшь, перебиваешь все... В общем, хочу, чтобы ты со мной туда пошёл. Будешь меня там охранять от натовцев, пока я буду с людьми приличными знакомиться…

– Меня на дипломатический приём? – с изумлением посмотрел на неё Марат. – Я и так страхов натерпелся на дне рождения Пашки. Боялся сказать там что‑нибудь не то. Столько, блин, людей в хороших костюмах… Всякие секретари московских горкомов, генералы в штатском. Ладно, Балдин ещё свой. Но второй генерал там вообще был из милиции! Думал, ляпну что‑нибудь не то, подумают ещё про Пашку плохо, что какие‑то не те люди к нему на день рождения ходят. А ты хочешь, чтобы я к этим твоим вражеским дипломатам пошёл?

– Да погоди ты, – недовольно нахмурилась Галия, заставив брата замолчать. – Драк же там никаких точно не будет, так что просто будешь поддерживать меня своим присутствием. Хочешь – помалкивай, хочешь – говори. Не надо себя недооценивать. Тебе тоже есть что интересное сказать. Спортсмены, кстати, на этих приёмах тоже достаточно часто бывают. Может, кого‑то знаменитого увидишь, с кем интересно пообщаться будет. Чемпиона по дзюдо или по самбо тебе не обещаю. Но ты же спортивную сферу хорошо отслеживаешь. Может быть, найдёшь какого‑нибудь другого чемпиона, с которым интересно поговорить будет. Футболиста, известного, к примеру.

Ну и не забывай, Марат, что ты встречаешься с девушкой из очень специфической семьи. Забыл, что ли, какие родственники у Аиши богатые и серьёзные все из себя? Тебе надо привыкать общаться в таком обществе. И для тебя два этих приёма как раз прекрасная тренировка, для того, чтобы пообвыкнуться и в будущем более расслабленно себя чувствовать среди такого рода людей. Знал бы ты, как я дергалась, когда мы с Пашей впервые на такой вот прием шли! А теперь я в эти посольства захожу хладнокровная, как удав… А уж что моды касается… Там много что подсмотреть можно. Впрочем, извини, про моду, тебе, конечно, не интересно слушать…

– Это Пашка, небось, придумал? – подозрительно наморщив лоб, спросил Марат.

– Ну да, он, это его идея, – не стала упираться Галия. – А что в этом плохого? Что, у Паши разве плохие идеи? Думаю, согласишься, что с этой точки зрения претензий к нему предъявить никак нельзя. Ну и что в этом плохого, что со мной сходишь? Ты же мне брат, правильно? Так что в отсутствии мужа подставишь мне плечо. Тем более костюм у тебя хороший есть. А галстук один из Пашиных возьмёшь, если твой тебя почему‑то не устраивает, или хочешь более что‑то такое вычурное для дипломатов надеть.

– Ненавижу галстуки, – сказал Марат.

Сестра поняла по этому ответу, что идти с ней он уже, в принципе, согласился, и тут же заулыбалась. Но давить не перестала:

– Ну, с этим уже ничего не поделаешь, положено по этикету. Туда всё же надо в галстуке идти. А когда свадьба у тебя с Аишей будет, ты что, тоже на нее в костюме, но без галстука придёшь?