"Дампир". Компиляция цикла. Книги 1-14 (СИ) - Хенди Дж. С. - Страница 272

Топазовый амулет, который Магьер подарила Лисилу и который висел сейчас открыто на груди полуэльфа, источал яркое-желтое сияние.

— Но… он же совсем ребенок, — прошептала Винн, потрясенно оглядываясь на мальчика.

Тот дрожал всем телом, трясся, как будто пытаясь вжаться целиком в угол очага.

Магьер ожгла Винн гневным взглядом:

— Мне плевать, кем он был!

Глаза ее совершенно почернели, и говорила она невнятно, словно что-то во рту мешало ей четко произносить слова. Винн не была до конца уверена, но все же ей показалось, что зубы Магьер стали чуть длиннее.

— Да подумай же хорошенько! — не сдавалась Винн. — Здесь никто не живет. И деревня, и замок опустели давным-давно. Тебе не кажется странным, что он здесь один?

— Опять она за свое! — проворчал Лисил. — Винн, только не вздумай…

— Нет! — вскрикнула девушка и проворно отскочила от него.

Малец попытался схватить ее зубами за край плаща, но Винн отпрянула к стене, рядом с очагом. Присев на корточки у стены, она поставила обе лампы на пол и заглянула внутрь очага. Языки всегда давались ей легко, и к этому времени она уже выучила достаточно слов на древинкском, чтобы составлять простые фразы.

— Если ты… нападешь, — негромко, внятно проговорила Винн, — они… отрубят тебе голову. Понятно? Ты сидишь тихо, мы тебя… не трогаем.

— Говори только за себя! — прошипела Магьер.

— Магьер, не сейчас. — Винн не сводила глаз с мальчика. — Как тебя зовут?

Мальчик долго, испытующе глядел на нее, затем отнял руки от лица и теперь то и дело косился на спутников Винн.

— Томас, — прошептал он так тихо, словно это была тайна, которой он хотел поделиться только с ней.

— Ты ешь… крыс?

Мальчик отпрянул, съежился, не в силах отвести взгляд от Магьер. Винн не стала оборачиваться, чтобы узнать, что именно его напугало. Томас помотал головой:

— Нет. Теперь не ем. Нет живой пищи. Не могу найти живых крыс, все мертвые. — Голос его сорвался. — Я голодаю.

Винн пронзила острая жалость.

— Нет лягушек, нет крыс, нет змей, и птицы тоже улетели, — прошептал Томас, изможденно прикрыв глаза. — Я сплю. Я голодаю. Я все больше сплю.

Лицо его так густо покрывала грязь, что оно было тускло-бурого оттенка — ни следа той неестественной бледности, что помнила Винн у Чейна и других вампиров Белы. Тощее тельце мальчика все время сотрясала дрожь.

Не сводя внимательного взгляда с Томаса, Винн на ощупь порылась в мешке. Пальцы ее наткнулись на гладкую кожицу яблока, затем нащупали еще одно. Винн вытащила их из мешка.

— У нас нет для тебя еды, — сказала она, держа фрукты в вытянутой руке. — Эти яблоки… с живого дерева. Свежие. Может быть, в них есть немножко жизни.

Томас бросился на нее.

— Винн, назад! — рявкнул Лисил.

Рука его стиснула ее плечо, и тут же Малец прыгнул вперед, оскалив зубы. Прежде чем Лисил успел оттащить Винн, тощие пальцы Томаса вцепились в яблоки — вцепились с такой силой, что одно из них лопнуло. Сжимая добычу, мальчик отскочил назад, в очаг. Винн вскинула руку, преграждая путь Мальцу, и пес послушно остановился.

Томас забился в угол. Острые зубы впились в яблоко. Не сводя взгляда с Мальца, он принялся сосать — голод превозмог страх.

— Винн, что ты творишь? — сердито спросила Магьер, делая шаг вперед.

На сей раз уже Лисил поднял руку, чтобы ее удержать.

— Кто сделал тебя таким? — спросила Винн.

Томас поглядел на нее. Он все еще жадно Сосал яблоко, стиснув его с такой силой, что пальцы насквозь проткнули кожицу. Мальчик насупился, сдвинул брови, словно пытаясь понять, о чем его спрашивают. Затем он обвел взглядом кухню и вынул яблоко изо рта.

— Это было давно… очень давно, — сказал он, уставясь в пол, и не сразу поднял глаза на Винн. — До меня слишком многие убежали. Он сказал, что заставит меня остаться. Он хотел быть уверенным, что у него получится. Подходящий случай попрактиковаться — так он сказал.

Томас положил яблоки на пол и ладонью вниз протянул руку к Винн.

— Он выпил меня… как крысу, — сказал он твердо, как будто это сравнение лишь сейчас пришло ему в голову. — Как лягушку, как ящерицу, как змею… но не как птицу, потому что птиц очень трудно поймать. Он, лорд Массинг, сделал меня таким, каким был сам, но я обвел его вокруг пальца. Молодой хозяин научил меня, как это сделать.

Винн оперлась рукой о каменную стену, борясь с муторным холодом, который волной накатил на нее. Она оглянулась на Магьер.

Та присела на корточки и так, не разгибаясь, подвинулась ближе к Томасу:

— Массинг? Это он жил в замке? Он был лордом этого удела?

Томас отпрянул и зашипел на нее, босыми ногами ближе подгребая к себе остальные яблоки.

— Не приближайся к нему, — бросила Винн, обращаясь к Магьер.

— Теплая… теплая девушка лучше, — прошептал Томас.

Он в упор поглядел на Винн, и на миг ей показалось, что глаза его обрели зловещую прозрачность. Затем Томас поднял с пола раздавленное яблоко.

— Лучше даже, чем молодой хозяин, — прибавил он.

— Меня зовут Винн, — сказала девушка. — Молодой хозяин… Так у лорда Массинга был сын? Томас, ты… ты знаешь, как звали лорда Массинга?

Мальчик покачал головой и облизал яблоко.

— Не помню, не слышал, никогда не говорили. Он недолго был здесь, до того как все ушли. Но молодой хозяин научил меня кормиться крысами, ящерицами и змеями, чтобы мне не нужно было трогать людей из деревни. Нельзя кормиться сородичами — это неправильно. Так меня научил молодой хозяин.

— Боги немилосердные! — прошептал Лисил. — Вельстил был здесь, и у него был сын? Или он и был сыном того лорда? Что говорит это маленькое чудовище?

Томас равнодушно поглядел на Лисила. Слово «чудовище» его, похоже, ничуть не тронуло, и он снова впился в яблоко.

— Его бросили здесь, — сказала Винн. — Его оставили одного, и он питался крысами.

— Ты ешь крыс? — спросил Лисил у мальчика.

Томас помотал головой:

— Крыс больше нет, только мертвые, все умерли в один день. Все умерли.

— Все в один день? — переспросила Винн. — Когда?

— Недавно. — Томас насупился, отвел взгляд. — Я иногда сплю ночью. Слишком голодный. Я просыпаюсь и не знаю, та это ночь или уже другая. Не помню когда, но недавно.

Винн подняла взгляд на Лисила:

— Деревья в округе не так сильно истощены, как те, что мы видели в Пудурласате, и этот мальчик говорит, что крысы все умерли в один день. Понимаешь, на что это похоже?

— Но ты же сказала нам, что Вордана уничтожен.

— Его бронзовый сосуд был уничтожен, и да, я видела, как Вордана превратился в дым.

Магьер все еще сидела на корточках, не сводя неприязненного взгляда с мальчика, но когда она наконец заговорила, то обращалась не к нему:

— Вельстил… Значит, за всем этим стоял Вельстил.

— Этого мы еще наверняка не знаем, — поправил ее Лисил. — Нам известно только, что он когда-то, давным-давно жил здесь и что у него была семья. Или же это был некто… либо нечто, называвшее себя Массингом.

— Томас, здесь в округе есть живой человек? — спросила Винн. — Где-то неподалеку… в лесу?

Мальчик вдруг подался к ней.

— Не ходи в тот лес, теплая Винн, — прошептал он, и глаза его наполнились то ли грустью, то ли страхом. — Там, в лесу, мертвецы, которые ходят. Они хуже, чем я. Вот почему все мои сородичи когда-то давно ушли отсюда… только я не смог уйти.

Винн понятия не имела, сколько Томасу лет. На вид — около десяти, и даже меньше, но ведь он пробыл здесь очень долго и вполне может быть старше любого из них.

— Что за мертвецы? — спросил Лисил.

Томас помотал головой, и Винн заметила, что он украдкой поглядывает на выходы из кухни.

— Думаю, вряд ли он еще что-то может нам рассказать, — проговорила она. — Надо отпустить его с миром.

— С миром?! — Магьер поднялась в полный рост. — Мы не отпускаем с миром таких, как он.

Винн тоже вскочила и заступила ей дорогу:

— Да ведь он жертва, точно так же, как и ты! Не его вина, что он стал таким. Он не пьет крови людей. Мы должны помочь ему. Лисил, да скажи же ты ей!..