"Дампир". Компиляция цикла. Книги 1-14 (СИ) - Хенди Дж. С. - Страница 492

— Это пес! — закричал Вельстил, стараясь заглушить рев ветра.

Чейн не склонен был присоединяться к преждевременному ликованию своего спутника.

— Погоди!

Он присел на холодный снег и, закрыв глаза, потянулся мыслью к сознанию фамильяра. Проникнув в примитивный разум пса, Чейн взглянул на мир его глазами.

Вначале он почти ничего не мог различить за пеленой снега, который наискось летел в темноте перед упрямо ползущим вперед псом. Затем зверь резко остановился на краю пропасти. Его глазами Чейн заглянул в расселину между отвесными стенами на верхнем краю каньона — и у него закружилась голова. Пес стоял на скалистом карнизе, который нависал над пропастью, и разрывал лапами рыхлый снег.

— Что он нашел? — жадно спросил Вельстил.

— Не знаю… но что-то нашел. — Чейн неохотно открыл глаза и поднялся. — Вперед… и вверх.

Он пошел первым, не прерывая связи с сознанием пса, чтобы не потерять дорогу. Заметив на снегу собачьи следы, которые еще не замела пурга, Чейн разорвал связь и ускорил шаг. Впереди он различил верхний край каньона, примыкавший к скалистому хребту. На ближней к ним стороне каньона виднелось что-то темное.

Чейн прибавил ходу и опустился на снег рядом с псом. Уже собственными глазами он заглянул туда, где каньон смыкался с глубоким ущельем, настолько огромным, что его дальний край невозможно было разглядеть. Чейн принялся копать одной рукой, счищая снег с карниза, покуда не открылась гладкая сланцевая плита, резко отличавшаяся от базальта, из которого состоял карниз. Плита длиной в половину его роста была прочно притерта к краю карниза — если не считать отверстия сбоку, в которое можно было просунуть руку. Чейн расчистил пальцами отверстие и приподнял плиту.

Вельстил навис над ним, и они вместе заглянули внутрь.

В стене ущелья были высечены широкие ступени, хотя в снежной круговерти Чейн не мог рассмотреть, доходят ли они до невидимого дна ущелья.

Вельстил обследовал сланцевую плиту.

— Ее положили, чтобы скрыть проход?

— Не думаю. Скорее, чтобы отметить это место или, быть может, уберечь от выветривания верхние ступени. Кто-то наверняка постоянно пользуется этой дорогой, потому что высечь эту плиту стоило большого труда. Будем надеяться, что в конце этой лестницы нас ожидает что-нибудь полезное, хотя нам придется бросить коня.

Вельстил уставился на лестницу.

— Старуха сказала, что нам надо пройти по дну ущелья, чтобы увидеть замок. Он должен, должен быть где-то там… внизу.

В темноте, да еще в пургу Чейн не мог разглядеть, насколько справедливо это утверждение, и к тому же он был сыт по горло слепым оптимизмом.

— Попытаемся спуститься сейчас или переждем до следующей ночи? Тогда у нас будет больше времени.

— Сейчас, — мгновенно ответил Вельстил и сдернул со спины коня дорожные мешки. — Пошли. Пса тоже оставим здесь.

Он опять все решил за двоих, не спрашивая Чейна, и рыжеволосый вампир ощутил, как в нем закипает гнев. Тем не менее он промолчал. Быть может, вожделенный Вельстилов шар и впрямь недалеко, а уж когда они его разыщут, у Чейна тоже найдется чем удивить своего спутника.

Чейн оперся рукой об отвесную скальную стену и спустился на две ступеньки, напряженно вглядываясь вниз. Сквозь пургу он не смог различить ничего — ни дна ущелья, ни его дальнего края. Снежные хлопья, наискось летевшие в ночи, казалось, сами собой рождались из темноты. Чем ниже спускался Чейн, тем слабее становился ветер, и наконец хлопья снега перестали хлестать его по лицу и теперь лениво опускались вниз. Высоко над головой Чейна заскрипели по каменным ступеням сапоги Вельстила.

Сгэйль подходил к третьему дубу вверх по течению реки от пристаней, с нетерпением ожидая той минуты, когда наконец окажется среди своих родных — и подальше от всех прочих. Отдернув занавеску на входе, он сразу увидел своего дедушку. Глеаннеохкантва, сидя на коричневом войлочном коврике, что-то писал на куске пергамента.

— Где Леанальхам? — спросил Сгэйль.

— Пошла поискать кое-что в дорогу, — ответил дедушка. — Отправляться надо с рассветом. Ты к нам присоединишься?

Устало опустившись на пол, Сгэйль развязал плащ и взял с подноса глиняный чайник.

— Мне нужно сначала проводить Лиишила и его спутников, а уж потом я смогу побывать дома. Я хотел бы взять с собой Ошу — с твоего согласия, конечно. Я подумываю попросить освобождения от всех обязанностей, кроме обучения Оши. До конца зимы… а может, и дольше.

Дедушка глянул на Сгэйля озадаченно, но ничего не сказал, только похлопал его по плечу.

— Ошу мы всегда рады видеть. И то, что ты подольше пробудешь дома, тоже будет неплохо.

Сгэйль налил себе чая и, взяв обеими руками горячую чашку, медленно перекатывал ее в ладонях.

И в самом деле, хорошо будет пожить спокойной жизнью… может, и всю весну. Поразмышлять на досуге о том, о чем он до сих пор и представления-то не имел. Странная вражда существует между Вельмидревним Отче и Бротандуиве — между основателем касты и всеми уважаемым греймасгой. Вражда, которая, судя по всему, возникла не вчера и долго крепла. Наверняка к ней причастна и Фретфарэ — то, с каким убийственным пылом она дралась на поединке, пробудило в Сгэйле наихудшие подозрения.

Он маленькими глотками потягивал чай, но успокоиться это не помогало.

В дом, тяжело дыша, ворвалась Леанальхам.

— Сгэйльшеллеахэ! Пойдем… скорее!

Сгэйль отставил чашку, схватил ее за руку и втащил в комнату.

— Что такое? Ты ранена?

— Нет… — Девушка сделала глубокий судорожный вдох. — Уркарасиферин дал мне в дорогу сушеного инжира, а когда я возвращалась домой, то увидела перед домом Энниш Фретфарэ. Они обе меня не видели, но я услышала часть их разговора. Они идут на север за Лиишилом и Куиринейной.

Сгэйль сел прямо.

— Лиишил пошел сообщить Куиринейне… — прошептал он.

— О чем сообщить? — спросил дедушка.

Сгэйль взял себя в руки.

— Вельмидревний Отче освободил Куиринейну. Она прощена. Лиишил и его спутники, должно быть, отправились сообщить ей об этом. — Он глянул на Леанальхам. — С ними Бротандуиве, а Фретфарэ следует за ними по пятам?

— Да! — выкрикнула она. — И с ней Энниш. Но я не думаю, что Бротандуиве об этом знает.

Сгэйль похолодел.

— Они говорили о том, чтобы не проливать кровь… нашу кровь. — Голос Леанальхам задрожал. — Но с какой стати им вообще понадобится проливать чью-то кровь? И голос у Фретфарэ был такой… она упомянула только Бротандуиве — ни Лиишила, ни его спутниц. Почему она так сказала Энниш?

Сгэйль поднялся, торопливо завязал на талии углы плаща. Первым его порывом было отправиться прямиком к Вельмидревнему Отче, но, если Фретфарэ действует по собственному почину, его поступок только усилит разлад в касте.

— Найду сначала Лиишила, — сказал он вслух. — И выясню, что происходит.

— Я пойду с тобой, — сказал Глеаннеохкантва.

— Нет, мне придется бежать.

— И ты полагаешь, я за тобой не поспею? В вашей касте внутренние раздоры. Тебе понадобится старейшина клана, а я как раз под рукой.

Он повернулся к Леанальхам.

— Не выходи из дому и никому не говори, куда мы направились. Если спросят — мы пошли собрать припасов в дорогу.

Девушка быстро кивнула:

— Поспешите!

Глеаннеохкантва, не дожидаясь согласия Сгэйля, набросил плащ.

— Я побегу первым, ты — за мной, — сказал Сгэйль. Быть может, ему и вправду понадобится голос старейшины.

Они вышли из дуба и побежали вдоль реки к лесу, в сторону от Криджеахэ.

ГЛАВА 23

Магьер бежала рядом с Лисилом и в глубине души до сих пор сомневалась в том, что им привалила такая удача. Путешествие в ее прошлое в Древинке открыло зловещие обстоятельства ее появления на свет. Путешествие в прошлое Лисила в Войнордах и Веньеце привело только к страданиям и смерти.