"Дампир". Компиляция цикла. Книги 1-14 (СИ) - Хенди Дж. С. - Страница 558

Малец заскулил и выразительно облизнулся.

— Уже скоро, — сказал Сгэйль.

— Зачем нам столько рыбы? — спросил Лисил. — До утра она не только не прокоптится — даже не подсохнет.

— Нет, прокоптится, — ответил Сгэйль. — Оша натер ее порошком из клейчиойх.

— «Древесных гребней»? — переспросила Винн. — Это те самые древесные грибы, которые показал мне Оша, когда мы шли по вашему лесу?

Сгэйль кивнул.

— Погоди-ка! — вмешался Лисил. — Он что, натер всю нашу еду каким-то там грибом?!

Сгэйль покачал головой:

— Этот порошок можно употреблять в пищу, и к тому же он обладает вяжущими свойствами. Прежде чем мы доберемся до места в горах, которое ищет Магьер, нам надо запасти побольше съестного.

Магьер все так же неотрывно смотрела на юг, и лицо у нее было напряженное, застывшее, как маска. Пальцы ее неосознанно сжимались, царапая поседевшую от времени древесину поваленного ствола. Винн и Сгэйль обменялись одинаково обеспокоенными взглядами. По счастью, в эту минуту вода в котелке закипела, и они принялись готовить чай.

Впервые за все время Винн была искренне рада тому, что Сгэйль решил пойти с ними.

И Оша тоже.

ГЛАВА 13

Весь день Вельстил провел в самодельной палатке, которую Чейн установил среди деревьев на краю берегового откоса. Спать он не стал. У него оставалось достаточное количество эликсира, чтобы бодрствовать еще много дней, так что он попросту лежал без единого звука или движения, пока не пробудились Чейн и дикие вампиры. Теперь монахи ползали на четвереньках вокруг Вельстила. Несмотря на то что им пришлось долго плыть в морской воде, их накидки до сих пор были заляпаны кровью.

— Магьер намного опередила нас, — сказал Чейн. — Наверняка она шла весь день.

Вельстил знал, что на самом деле мысли Чейна занимает не столько Магьер, сколько эта маленькая книжница Винн. Впрочем, такая мелочь не заслуживала его внимания. Он выбрался из палатки, в надвигающейся темноте спустился на галечный пляж и, присев на корточки, достал из мешка бронзовое блюдо с полукруглым донцем.

— Строго на юг, — заметил Чейн, стоя над ним. — С одной стороны Кинжальный кряж, с другой — море; ей остается только идти вдоль берега.

— Это пока, — отозвался Вельстил.

Он встал, поскольку ему не нравилось, что Чейн стоит у него за спиной, и решил, что не будет сейчас определять местоположение Магьер. Сейчас, когда ее путешествие только началось, это делать просто бессмысленно. Сейчас главная забота Вельстила — двигаться за ней на таком расстоянии, чтобы не упустить изменений в ее маршруте и в то же время оставаться за пределами досягаемости чутья Мальца или самой Магьер. Все равно что прогулка по канату.

Дикие монахи спустились по откосу на берег и принялись принюхиваться.

— Скажи им, чтобы укладывали вещи, — бросил Вельстил. — Как только закончат, тронемся в путь.

Несмотря на недавние события, он был твердо уверен, что находится в выгодном положении. Магьер продолжает путь на юг и по-прежнему понятия не имеет, что Вельстил идет за ней по пятам.

Сестра мертвых поведет тебя.

Многими лживыми обещаниями потчевал Вельстила бывший повелитель его снов, но это оказалось правдой. Так пускай Магьер ведет его к цели, а ему даже не придется ее направлять.

Двое диких вдруг возбужденно заскулили. Джакеб начал хлопать ладонью по стволу дерева, а затем указывать на юг. Забел схватила Чейна за руку.

— Ч-ч-е-е-эн-н! — невнятно протянула она и потащила Чейна чуть дальше того дерева, по которому хлопал Джакеб.

— Что это с ними? — спросил Вельстил.

— Понятия не имею, — ответил Чейн. — Чутье у них сильнее моего, даже если…

Он смолк, оборвав себя на полуслове, вгляделся в темноту между деревьями — и ноздри его расширились, затрепетали.

— Живые?.. — прошептал Чейн, — Невозможно, чтобы они были так близко и не… погоди-ка… все исчезло.

Вельстил поспешил подойти к нему. Нюх у Чейна был развит гораздо лучше, чем у него самого, и все же Вельстил сомневался в том, что Магьер могла оказаться в такой близости от них. Или зря сомневался? Беспокойство, охватившее Вельстила, переросло в тревогу.

Может быть, Магьер или кто-то из ее спутников ранены? Или ей помешало двигаться вперед что-то другое? Вельстил не мог допустить, чтобы Магьер узнала о существовании его отряда, — иначе она живо заподозрит неладное.

— Жди меня здесь, — бросил он. — Присмотри, чтобы дикие вели себя тихо. Загони их назад в палатку, если я не вернусь к рассвету.

— К рассвету? — изумленно переспросил Чейн. — Как далеко ты собрался?

— Делай, как я сказал!

Вельстил пробирался по заросшему лесом склону, стараясь держаться подальше от берега. Если там, впереди, Магьер, кольцо пустоты скроет его. Продвигаясь на юг, он лишь изредка замечал, как за стеной деревьев мелькает море. Затем он и сам начал принюхиваться и в конце концов уловил нужный запах.

Вельстил крадучись шел дальше, и с каждым порывом капризного морского бриза, шелестевшего в листве, этот запах становился все острее и явственнее. Наконец он усилился, и стало ясно, что источник находится в глубине леса. Тогда Вельстил остановился и, обострив все свои чувства, осмотрел окрестную темноту.

В ноздри ему ударил аромат живой крови, однако же он почти неуловимо отличался от обычного запаха людей — густой и пряный, но не такой резкий. Вельстил закрыл глаза и, целиком отдавшись этому запаху, ждал, когда сработает память…

Нижние ярусы твердыни Дармута.

Некто рослый в серо-зеленом одеянии несет на плече своего собрата.

Вельстил открыл глаза.

Эльфы. Так пахнут эльфы.

Он сделал шаг вперед — и запах тотчас ослабел, развеялся на ветру. Тогда Вельстил отступил назад — и запах снова усилился. И тем не менее он никого и ничего не видел. Вельстил медленно поворачивался во все стороны.

Эльфы здесь… совсем рядом с ним.

Хкуандув услышал шаги — кто-то приближался к ним с севера, мягко ступая по палой листве. Шаги были еще далеко, когда он легким прикосновением разбудил своих спутников. И тут же без слов указал им на густую крону росших вокруг сосен и елей. Все трое тотчас вскарабкались наверх и исчезли из виду.

Хкуандув остался стоять, пристально глядя на север, и, когда не только услышал, но и увидел, что кто-то идет к нему, отступил под нижние ветви могучей ели и прижался к ее стволу, слился с ним. Подтянул шарф так, чтобы прикрыть нос, и наклонил голову, чтобы спрятать под капюшоном блеск глаз.

Неподвижность мысли суть безмолвие, неслышимое и незамечаемое.

Безмолвие плоти оставляет только тьму, непроницаемую и неосязаемую.

Именно так Эйллеан, бабушка Лиишила, попробовала описать это состояние Хкуандуву одной долгой, долгой ночью в Криджеахэ. Так редко пересекались их пути. И в ту ночь оба греймасга долго пытались изложить друг другу в словах тайны тьмы и безмолвия. Кончилось все тем, что они дружно посмеялись над собой, — разве можно полноценно выразить такое словами?

Хкуандув запахнул плащ и очистил свой разум, став не более чем пустым сосудом, который наполнялся лишь тем, что воспринимали его чувства. Погрузившись в гармоничный покой разума, души и тела, Хкуандув позволил тьме поглотить его.

Чужак прошел прямо в том месте, где лишь несколько мгновений назад отдыхали спутники Хкуандува.

Он был очень бледен — даже по людским меркам, — темноволос, с седыми прядями на висках. Плащ отменного покроя сильно изношен, сапоги стоптались, как будто их хозяину довелось пройти не одну сотню лиг. Человек остановился и втянул ноздрями воздух.

Он повернулся вокруг собственной оси, прошелся по небольшой отлогой прогалине, а затем вернулся в самую середину и снова принюхался. Он подошел так близко, что плечом задевал ветку ели, под которой затаился Хкуандув.