Знахарь VIII (СИ) - Шимуро Павел - Страница 30

— Лекарь, — Варган начал без приветствий, что в его исполнении означает не грубость, а уважение к чужому времени. — Аскер спрашивает про стену. Она шевельнётся?

— Нет, стоит на месте. Стражи освобождены.

— Это я видел. — Варган оперся плечом о дверной косяк, и древесина тихо скрипнула. — Аскер спрашивает другое. Через пять дней сюда приедет кто-то из столицы. Кто-то настолько важный, что Рен перестал спать. Мне нужно знать: он приедет как гость или как хозяин?

Вопрос, от которого нельзя отмахнуться.

— Как хозяин, — ответил я. — Но хозяин, которому можно предложить сделку.

Варган жевал эту информацию секунд десять. Его глаза не мигали, и я видел, как под кожей на виске медленно пульсирует жилка, отмеряющая такты размышления.

— Тарек останется у ворот. Я буду внутри. Скажешь, что делать, когда этот хозяин приедет.

— Скажу.

Варган кивнул и ушёл. Древесина косяка перестала скрипеть, и мастерская вернулась к привычной тишине, нарушаемой только бормотанием Горта и мягким гулом «дедушки».

…

Я вышел к побегу после полудня. Двадцать сантиметров стебля, утолщённого до диаметра большого пальца, с десятком листьев-клинков и ковром уплотнённого мха вокруг основания. Маленькое растение с фоном четырнадцать двадцать процентов, которое является дверью для существа размером с холм и маяком для четырёхсотлетнего правителя.

Лис сидел у корней. Вторичная сеть на его плечах и ключицах светилась мягче, чем утром, и я заметил, что за полдня серебристые нити добрались до верхней части грудины. Мальчик рос, и сеть росла вместе с ним, подстраиваясь под увеличение тела с точностью, которая не снилась ни одному медицинскому импланту в моей прежней жизни. Левая ладонь лежала на стебле побега, и в месте контакта пульсация стебля замедлялась, становясь ровнее и глубже.

— Лекарь, — Лис обернулся, когда я подошёл. — Побег считает дни.

— В каком смысле считает?

— Его пульс поменялся. Раньше он бил ровно, без перерывов, а сейчас четыре длинных удара, потом пауза. Потом три длинных, пауза. Потом два. Как будто отсчитывает что-то. Я подумал, может, это дни. Четыре дня до чего-то. Три. Два.

Я активировал Витальное зрение и проверил юго-восток.

Стена стояла на месте. Шестьсот четырнадцать метров, нулевой витальный фон, двадцать седьмая частота пульсирует ровнее, чем вчера. Стабильное серебристое мерцание, которое на третьем Круге я различал отчётливо.

Побег пульсировал навстречу. Двадцать восьмая частота чуть быстрее, чуть настойчивее. Два ритма, как два метронома, которые кто-то постепенно подводит к одной скорости.

Синхронизация стена-побег: 7.2%

Скорость: 0.9% / час (рост с 0.75%)

Прогноз завершения: 4 дня 6 часов

Совпадение с расчётным временем прибытия Мудреца: 94%

Ускорилась. С ноль-семидесяти пяти до ноль-девяноста процентов в час. Скорость синхронизации растёт, и если она продолжит увеличиваться, побег и стена совпадут раньше, чем через четыре дня. Раньше, чем приедет Мудрец.

— Лис, ты чувствуешь стену отсюда?

Мальчик закрыл глаза. Его пальцы на стебле побега сжались чуть крепче, и я увидел через Витальное зрение, как двадцать седьмая частота прошла через его вторичную сеть, отразилась от стебля побега и ушла волной в сторону стены.

— Чувствую, — Лис открыл глаза. — Она учится, как маленький ребёнок, который слышит голос матери и пытается ответить, но пока не умеет. Пока только мычит, но с каждым разом голос становится яснее.

— Они учатся говорить друг с другом.

— Именно, лекарь. Как мы с вами, только медленнее. — Лис чуть улыбнулся. — Ну, может не так медленно. Вы тоже долго учились мне верить.

Я не стал спорить, потому что он прав. Поначалу я воспринимал Лиса как аномального ребёнка с опасной мутацией, которого нужно мониторить и контролировать. Месяц спустя воспринимаю его как коллегу, чьё понимание серебряной сети в некоторых аспектах глубже моего.

— Если скорость синхронизации продолжит расти, стена и побег совпадут раньше, чем Мудрец доберётся сюда.

Лис нахмурился. Его лоб собрался мелкими морщинками, и десятилетнее лицо на секунду стало старше.

— Это плохо?

— Не знаю. Если синхронизация завершится, откроется коридор между побегом и Гнездом. Сущность получит путь домой. Вопрос: нужен ли ей ключ, чтобы войти, или достаточно открытого коридора?

— Нужен, — уверенно ответил Лис. — Побег это знает. Он ждёт не только её — он ждёт вас.

— Лис, продолжай стабилизировать побег. Если пульс изменится, сразу ко мне.

— Конечно, лекарь. — Мальчик снова закрыл глаза и положил обе ладони на стебель. — Он всё равно не отпускает меня далеко. Скучает.

Я развернулся и пошёл обратно к мастерской. За моей спиной побег пульсировал ровным серебряным ритмом, и Лис сидел у его корней, как страж при храме, который не знает, кому молится, но знает, что его место здесь.

…

Остаток дня ушёл на подготовку, которую я выстроил в голове ещё утром и которую теперь воплощал с методичностью, продиктованной отсутствием времени.

Первое: я сварил три дозы модифицированного «Укрепления Русла» по собственному улучшенному рецепту. Эффективность девяносто шесть процентов, токсичность ноль целых девять десятых. Одна для меня, одна для Варгана, одна в запас. Горт ассистировал, и «дедушка» ни разу не свистнул, что означает либо идеальный процесс, либо то, что котёл решил не вмешиваться в работу мастера. Я предпочитаю первое объяснение.

Второе: я провёл час у побега в медитации, используя Серебряное Поглощение на полную мощность. Субстанция текла через замкнутый контур Рубцового Узла, и система фиксировала медленный, но стабильный прирост. Третий Круг, вторая стадия, прогресс с тридцати восьми до сорока одного процента — немного, но при текущей скорости и с помощью побега я могу выжать ещё двадцать-двадцать пять процентов за четыре дня. Недостаточно для полноценного четвёртого Круга, но достаточно, чтобы закрепить третий и расширить возможности Серебряного Барьера.

Третье: я обновил алхимический запас деревни. Шесть флаконов Укрепляющих Капель, четыре дозы Индикатора Мора, два Резонансных Щита ранга D+. Последние полезны не столько против стены, сколько против возможного давления Мудреца: щит подавляет витальный фон на девяносто четыре процента и выдерживает давление до пятого Круга включительно. Против восьмого Круга это картонная стена, но хоть какая-то.

Четвёртое: разговор с Аскером. Староста спустился с вышки к ужину, и я перехватил его у амбара, когда он забирал порцию вяленого мяса.

— Аскер, мне нужна деревня спокойной на ближайшие четыре дня.

Аскер посмотрел на меня.

— Хорус сидит тихо с тех пор, как ты вернулся из Серого Узла с серебряными руками и Варганом на третьем Круге. Он дурак, но не самоубийца. — Аскер откусил кусок мяса и прожевал, прежде чем продолжить. — Деревня будет тихой, если ты скажешь людям правду. Не всю, но достаточно, чтобы они понимали, зачем терпят.

— Что предлагаешь?

— Скажи, что из столицы едет важный гость. Что он заинтересован в нашей алхимии. Что его визит может дать деревне защиту, которой у нас не было никогда. Это ведь не ложь?

Это не ложь. Мудрец действительно заинтересован в том, что здесь происходит, и его визит действительно может дать защиту. Или уничтожение. Но Аскер прав: людям нужна надежда, а не полная картина. Полная картина вызовет панику, а паника вызовет бегство. Восемьдесят семь человек в лесу, полном Клыкастых Теней, без укреплённых стен и достаточного запаса настоев, не выживут и трёх дней.

— Хорошо, соберу людей утром.

Аскер кивнул, доел мясо и ушёл к себе.

…

Вечер окутал деревню мягкими сумерками, и я вернулся к побегу для второго сеанса медитации. Лис по-прежнему сидел у корней, но теперь рядом с ним на мху устроился Ферг. Кузнец с обожжёнными руками сидел неподвижно, скрестив ноги, и его глаза были закрыты. Губы чуть шевелились, но звука не было. Ретранслятор Глубины молчал, и это молчание ощущалось как затишье перед словом, которое ещё не созрело.