Памир. Дилогия (СИ) - Шаман Иван - Страница 25

Но нет, засады вроде не видно, оружие они опустили, и в большей степени выглядели виновато и воровато, а не вызывающе. Будто поймали их на мелкой провинности, за которую их, конечно, должны простить. А это точно не про потерю единственной сельхозтехники в деревне.

— Разгружаемся, — приказал я, решив делать всё по порядку. — Крепите тросы.

— Господин, но эти идиоты… — начала было жрица, но, взглянув на меня, поняла, что я что-то задумал, и тут же начала отдавать распоряжения. Обрадованные, что вроде как обошлось, мужики схватили канаты и притянули баржу к ближайшей избушке.

Берег оказался слишком пологим, и судно село на мель, не доходя до него пары метров. Пришлось таскать брёвна и доски, чтобы поставить мостик. Работнички пытались тихо роптать, что ночь на дворе, что утро вечера мудренее и в таком духе, но я был неумолим. Через десять минут мы всё же выгнали броневик на берег. И вот тут до них начало доходить, что намечается нечто нехорошее.

— Отлично! — довольно отряхивая руки от пыли и влаги, проговорил я. — Грузимся. Поедем искать вашу иголочку.

— Ночью-то? — охрипшим голосом спросил Егор. Старший охотник был мужиком неробкого десятка, и здоровый, косая сажень в плечах, но спорить не решился.

— Конечно. Вы же долго до села добирались, а нам нужно на заставу, где сотник Сокольников сидит, выяснить, что они видели, — ответил я, встав между сельчанами и оружием, которое они побросали, пока таскали доски. — Вы же сами не вспомните, потеряли трактор до или после заставы, верно? А он точно скрывать не станет.

— А-а… так нет, мы другой дорогой шли, у заставы не появлялись, — попробовал съехать с темы один из охотников.

— Да? То есть вы к ней уже пешком шли? Тем более выезжать нужно — быстрее на месте окажемся, чем на своих двоих, — усмехнулся я. — Сейчас сядем, раскочегарим, и всю дорогу до Царицына за двое суток объедем.

— Так он, поди, тоже на месте стоять не будет… — неуверенно пробормотал Егор.

— Ну, конечно, не будет. Но и бояться вам нечего. Разве что вы суеверные? — улыбнулся я, и мужики переглянулись. — Ты ведь в живых мертвецов всерьёз не веруешь, так ведь?

— Сказки это, — мрачнея на глазах, произнёс охотник, но перекрестился. — Мертвяки, они спокойненько лежат. Обычно-то.

— Вот! Правильно мыслишь! Нечего мёртвых бояться, когда о живых беспокоиться нужно. А я их поголовье сократил изрядно. Два десятка бандитов здесь, да по дороге к заставе. Ещё десяток в Царицыне, — подбодрил я мужиков, внимательно наблюдая за реакцией. А она оказалась очень выразительной. Они не верили, улыбались да переглядывались. — Вот ты винтовочку мою тащил куда-то. Наверное, сам в лес собирался, бандитов ловить?

— Так это… — нахмурился Егор. — Издали ваши лодки заприметили. Думали, набег опять…

— Да-да, только бежали почему-то не от усадьбы. И не настолько быстро её там найти было, — усмехнулся я и демонстративно медленно начал надевать ранец с баллонами. — А ты, к слову, знаешь, кому она принадлежала?

— Нет, — сглотнув ком в горле, пробормотал Егор.

— Рыцарю одному. Храбрый был, прямо очень. Вперёд своих стрелков да мечников послал, в сияющих доспехах ходил… не видел их? Должны тоже в особняке лежать, — как бы между делом спросил я, и он неуверенно кивнул. — Заметил, что кое-чего там не хватает? Шлема. Хороший комплект бы вышел, да пришлось его раздавить, вместе с дурной головой.

Больше мужики не улыбались. Теперь все смотрели даже не на меня, а на медленно покачивающийся из стороны в сторону ствол. Даже в темноте было заметно, как они бледнеют. Сомневаюсь, что до них начал доходить масштаб их проблем. Да и, по правде сказать, я мало что могу сделать. Казнить на месте? Оставить село вообще без мужчин? Их и так всего десяток, на три десятка баб.

— Так вот. Рыцарь тот был телохранителем и заплечным одного шляхтича. Больно борзого да храброго, который только на женщин да детей нападать горазд, а как перед ним серьёзный противник появится, сразу в кусты, — улыбнулся я и заметил, как пара человек вздрогнули.

— Но и его можете не опасаться, судьба его догнала раньше. Не удержался в седле, на кочке подскочил, спину ему прихватило, да свалился. Полгорода лошадка непутёвого барина до дома тащила. Лицом по мостовой. На дороге она и осталось, физиономия. Так что главаря бандитов всё, нету.

— Так это, новость хорошая же, — несмело улыбаясь, сказал Егор.

— Очень, — уверенно кивнул я. — Остаётся лишь три вопроса. Первый: перед кем вы так струсили, что потеряли трактор? Второй: где деньги за урожай? И третий… догадываетесь какой?

— Н-нет, откуда нам… — отступая, проговорили мужики.

— Кто сообщил из села, когда вы уехали, чтобы на него напали без сопротивления? — жёстко ответил я. — Понятно же, без человека внутри это не провернуть, слишком всё чисто. Надеялся я, что налётчики просто предусмотрительные и оставили своего соглядатая в лесу. Но, похоже, всё оказалось куда проще.

— Господин, вы что, думаете это они? — нахмурилась Милослава.

— На самом деле мне даже наплевать на большинство. Скажите, кто был вашим главарём, кто на эту подлость надоумил, и остальные будут жить, — пообещал я, готовясь стрелять по ногам, если главный охотник попытается сбежать. И ежу понятно, кто мог собрать мужиков и приказать им выполнять команды.

— Ох, дурни мы, дурни! Не казни, пожалей деток и баб наших, — рухнули мужики на колени и начали лбами о землю стучаться. Фарс этот должен был скоро закончиться, так что я лишь морщился. — Не мы это придумали. Не хватило бы у нас соображения. Это всё госпожа наша Софья приказала!

— Чего? Ты хоть понимаешь, что говоришь? — взвилась Милослава. — Её эти бандиты чуть не изнасиловали!

— Истину говорю, зачем мне врать-то? — ответил Егор, подняв на нас глаза. — А коли проверить хотите, так она нам приказала вещи все в телегу грузить. Доспехи и оружие. Вон там они, у особняка. Мы только лошадей не запрягли.

— Софья! — словно судовая сирена, взвыла Милослава и, подхватив подол юбки, побежала к особняку.

— Соврали — головы лишитесь. Из-под земли достану, — буркнул я, бросившись вдогонку. Что может двум женщинам взбрести в голову, сложно было представить.

Барыню мы увидели между особняком и стойлом с лошадьми. В свете тусклых электрических фонарей она была хорошо различима, в своей белоснежной рубашке, с высоким стоячим воротником, поверх которой сидела кожаная куртка. Короткие штаны уходили под сапоги выше колена, а рыжая шевелюра была собрана в жёсткий конский хвост. При этом в руках она тащила какой-то сундучок.

— Софья! — в очередной раз взвыла Милослава, и беглянка выпустила ларчик из рук. Затравленно оглянулась, посмотрела на привязанного коня, на нас и, поняв, что не успевает, бросилась обратно в поместье. Да так что лишь треск каблуков был слышан, словно частая барабанная дробь.

— Прибью мерзавку, — пообещала задыхающаяся от ярости Милослава и бросилась вдогонку.

— Только без глупостей! — успел крикнуть я вслед, и изнутри дома послышались вопли, стук сапог, а через несколько секунд на втором этаже грохнула, закрываясь, дверь. И почти сразу в неё замолотили кулаками.

— А ну, открой! Немедля! Я тебя как сидорову козу выпорю! — голосила жрица.

— Не подходи! Стрелять буду! — кричала в ответ Софья.

И судя по скрежету, вполне могла свою угрозу осуществить. Но почему-то не стала, вместо этого выбежав на балкон. Посмотрела на меня сверху вниз, навела пневматику, я же просто улыбнулся и, активировав каменную кожу, помахал девушке.

— Гады! Сволочи! Ненавижу! — в бессильной ярости выпалила Софья. — Ну ничего! Войцех соберёт новый отряд и приедет! Лучших головорезов наймёт, которые даже магика уложат! Всех вас на тот свет отправит!

— Это будет сложновато! — крикнул я в ответ. — Но он нас на той стороне вполне может дождаться.

— Чего? Ты бредишь, каменюка!

— Тут такое дело… Ты, наверное, не в курсе, но твой Войцех закончился, два дня назад. Как раз когда отряд нанимал.