41ый год (СИ) - Егоренков Виталий - Страница 14

В этом суть партизанской стратегии, поэтому с этого момента вы все официально партизаны.

— Лично я считаю, что нам всем нужно срочно пробиваться к нашим, — первым высказался капитан-танкист.

Везет мне на танкистов, скучающих по родному дому.

— Отличная идея, товарищ капитан. — восхитился я. — Ваша танковая рота возглавит наш прорыв, а мы пойдем следом. Или… нет-нет, вы же про…ли свои танки и табельное оружие. Как вас звать-величать и как вы, такой героический товарищ, умудрились попасть в плен?

— Я старший по званию, — гневно запыхтел капитан, — сами представьтесь первым.

— Я старшина Пухов, — сказал я сердито, — вот этот ППД-40 мне вручила наша социалистическая Родина для ее защиты. А где ваше оружие, гражданин бывший капитан?

Танкист запыхтел еще активнее, покраснел, затем побледнел под пристальными и осуждающими взглядами других командиров и сказал покаянно:

— Прошу прощения, товарищ старшина, я, Капитан Гаврилов, 2 рота отдельного танкового батальона….по приказу командования мы нанесли контрудар по наступающему противнику. Сначала удачно, подожгли пару немецких танков и накосили до взвода немецкой пехоты. Потом попали под немецкую артиллерию. — капитан болезненно скривился. — почти все мои там полегли, остались только я и сержант Парамонов.

— Там, — я показал на восток, — вас, товарищ капитан, будут ждать не румяные пышногрудые девушки в кокошниках с цветами, а прежде всего трибунал. Наш суровый военный суд. Только пролив реки фашистской крови, вы сможете смыть с себя позорное пятно плена.

Народ слушал меня мрачно и не спешил возражать.

В гуманность родной юстиции они не верили.

— Поэтому лучший способ искупить вину в вашей ситуации это повоевать в партизанском отряде и ускорить достижение нашей победы, — продолжил я. — С этой целью мы сформируем из вас несколько десятков небольших зубастых отрядов численностью от 50 до ста бойцов и покажем немецкому тылу кузькину мать.

— Идея хорошая, — отозвался седовласый полковник. — Только вот откуда вы возьмете столько оружия?

— Товарищ Петренко, — сказал я майору, — ваша очередь выступать.

Тот вышел на середину поляны и развернул карту.

— Мы находимся где-то тут, — он ткнул пальцем в один край карты, — здесь, — точка в другом краю, — находится самый крупный склад Центрального округа. Как снабженец точно знаю: чего там только нет. И пулеметы, и минометы, и винтовки СВТ, и гранаты, и целое море боеприпасов и тушенки.

— В общем все то чего так не хватало моему полку во время боя. — полковник нахмурился. — Особенно гранат и патронов.

По рядам командиров прошелся матерный шепоток. Каждый видимо вспоминал чего в итоге не хватило его подразделению.

— Считаю, что немцы, разумеется, взяли под контроль этот склад, и сейчас проводят его инвентаризацию. — продолжил Петренко. — Наша задача отбить этот объект и хорошо с запасом вооружить освобожденных военнопленных. Правда идти до этого склада не близко. Почти полтораста километров по лесу.

— Зато буквально через несколько дней мы сможем получить в немецком тылу практически полнокровную хорошо вооруженную дивизию. — обрадованно высказался полковник.

— Товарищ полковник, дивизию немцы очень быстро найдут и раздолбают, используя авиацию и артиллерию. — я отрицательно покачал головой. — А вот за несколькими десятками отрядов замучаются гоняться. Беда в том, что почти на неделю мы перестанем бить фашистов. А это неправильно.

— Тут по пути будет еще одна дорога, товарищ старшина, да и железка куда мы Иванова отправили партизанить. — показал Петренко на карте. — Так что если повезет, то повоюем и пораньше.

— Без еды нам тяжко по пути придется, — покачал головой полковник.

— У нас выбора нет — скоро здесь будет тьма-тьмущая эсэсовцев с овчарками. — жестко сказал я. — Того кто останется досыта накормят свинцом. По пути будет дорога и железка, авось тормознем несколько грузовиков с харчами. Да и у майора Петренко есть несколько бойцов в хозвзводе, очень сильно дружащих с лесом. Среди ваших тоже уверен таких немало. Не помрем по пути.

На том и порешили.

Солдатам дали команду на получасовой отдых, после чего мы на максимально возможной скорости двинулись в сторону склада Центрального округа, набитого всем тем чего так не хватало нашей воюющей армии.

Глава 13

Эпизод 13

19.30 26.06.41

Беда в передвижении любой большой человеческой массы в том, что приходится двигаться со скоростью самых тихоходных товарищей, потому что кто-то ранен, кого-то контузило, а у кого-то живот сводит и ноги еле передвигаются от голода.

Таких среди бывших военнопленных было немало. Благо большинство солдат шло налегке и могли помочь своим пострадавшим товарищам двигаться быстрее. Кому-то нужно было подставить плечо, а кого-то несли, сменяясь, на импровизированных носилках.

Несмотря на все усилия скорость нашего передвижения едва превышала пару километров в час, да и то мы были вынуждены останавливаться у каждого встреченного ручья, речки или озера для утоления жажды личным составом.

Прогулка по прогретому жарким июнем лесу вызывала быструю потерю влаги организмом и требовала во избежание падений в обморок немедленного ее пополнения.

Мы шли до самой темени до полного истощения сил всего личного состава пока от усталости не стали падать десятками.

Я спросил у сержанта Пархоменко (одного из лучших наших лесовиков):

— Как думаешь, Михалыч (сержанта звали Иван Михайлович), немцы смогут выследить нас по следу?

— А чего тут выслеживать, товарищ старшина? — хмыкнул тот, разглаживая роскошные усы. — Наши пехота, танкисты и артиллерия прут по лесу как лоси, тут и собак не нужно чтобы идти следом, — и презрительно сплюнул.

— То есть кидать махорку по следу и спускаться вниз или вверх по воде чтобы сбить погоню со следа нет смысла? — спросил я с живейшим интересом.

Он ответил не сразу:

— На такую толпу нужно грузовик махорки высыпать, товарищ старшина, — он улыбнулся, — курящие бойцы не поймут. Папиросы итак дефицит жуткий, особенно сейчас. Что касается прогулок по воде… С одной стороны, вещь бесполезная, все равно опытные охотники нас найдут, а других за нами и не пошлют. С другой… мы на проходку по ручью времени почти не потеряем… а вот фрицам придется поискать точку нашего выхода. По обе стороны ручья или речки. Они же не знают направление нашего движения.

И еще, товарищ старшина, рано или поздно нас догонят, потому что больно медленно мы двигаемся из-за раненых и ослабевших товарищей. Хорошо бы нам в тот момент иметь выигрышную позицию для боя. Да и основную толпу безоружных товарищей услать подальше вперед.

— Услышал тебя, Пархоменко, — кивнул ему я. — Обкашляем эту мысль с товарищами командирами.

Пока бойцы отдыхали, обустраивали ночлег, я созвал совещание куда пригласил и сержанта.

А что, инициатива должна иметь инициатора. Так повелось еще с библейских времен.

— Товарищи командиры, возник срочный и важный вопрос. — начал я, дождавшись пока пять десятков офицеров найдут место вокруг меня. — Мы тут обсуждали нашу текущую ситуацию с нашим главным разведчиком сержантом Пархоменко и пришли к выводу, что немцы просто обязаны организовать за нами погоню. По срокам и составу послушаем мысли товарища Пархоменко.

На лице сержанта нарисовалось яркое изумление. В докладчики он явно не рвался. Но пришлось.

— Я так думаю, товарищи командиры, на обнаружение вашего побега у немцев должно было выйти несколько часов. Как я понимаю, ваш лагерь явно транзитный, стало быть очередной конвой скоро обнаружит пропажу. Дальше вопрос интересный: как быстро эта информация дойдет до немецкого командования и как скоро пришлют войска СС?

То что я знаю и слышал о немцах подсказывает, что в период от 24 до 48 часов с момента нашего побега начнется погоня.

За этот день мы сделали хорошо если 10 км, за завтра сделаем скажем 20.