Землянка, будь нашей женой! (СИ) - Золотарева Елена - Страница 2

Но подойдя к столу, я поняла, как сильно ошиблась. Таких как он здесь больше не было.

Вальяжно развалившись на красном диване, он сидел, закинув ноги на стол. Крупнее раза в полтора своих сородичей, он медленно потягивал воду из графина, который в его ручище смотрелся стаканом.

Семеня, я подходила к их компании, заставляя себя отвести взгляд он страшного и одновременно с этим необычно красивого мужчины. На лице не было лишней растительности. Его темные волосы были зачесаны назад, открывая гладкий широкий лоб и густые брови с надломом. Большие глаза с длинными ресницами были прикрыты, и сам он был расслаблен и лениво крутил на пальце какую-то штуковину. Но все изменилось в одну секунду. Его ноздри затрепетали, будто учуяли резкий запах, и взгляд быстро нашел его источник. Им почему-то оказалась я.

Запнувшись на месте от страшного черного взгляда, я замерла, боясь пошевелиться.

Стоило адмиралу напрячься, как вся компания затихла, внимательно следя за его действиями. А я все так же стояла, как вкопанная, не в силах пошевелиться.

«Что стоишь, как загипнотизированная? Быстро отдала заказ и ушла!» — мысленно пнула себя и подошла ближе. Поставила поднос на край стола, сняла с него тарелки и пару бутылок и поспешила убраться.

— Ну как ты? — на кухне Аня впилась в плечи и встряхнула меня.

— Капец он стращный! — выпалила я, первое, что пришло на ум, — и красивый!

— Угу. Почувствовала, как от него силой фонит?

— Д...да. Так необычно.

— У них высшие все такие. Мимо проходишь, будто вихрем сносит...

Аня быстро отвернулась, хватаясь за папку, но я заметила на ее лице легкую улыбку, которую она явно хотела от меня скрыть. А может...она сама претендует на этого грейзера? Потому и не хотела меня к нему пускать?

Да нет. Вряд ли.

— Пыш, тебя зовут за столик горилл! — на кухню засунул нос бармен, мой одноклассник. — Неси-ка свои сладкие пышные булочки большим дядям-обезьянам!

— Уволю на хрен! — зарычала Аня, и тот, захлопнувшись, исчез. А я, попив водички и сделав пару глубоких вдохов, вернулась в зал.

Под пристальным взглядом адмирала руки не слушались. Я то и дело опрокидывала посуду и спотыкалась, хоть и пыталась убедить себя в том, что все нормально.

— Эш! — один из их компании выбил поднос из моих рук, возмущенно оскалившись.

Я в ужасе скрестила руки на груди, не понимая что делать, но главный решил за меня.

Он резко поднялся, молнией приблизился к этому парню и сжал пальцами его горло так, что я услышала глухой хруст.

«Бежать, бежать!» — твердила себе, стоя с зажмуренными глазами, чтобы не видеть мертвеца.

— Никто не сметь обижать мое! — прошептал на ухо адмирал и положил тяжеленные ладони на мои плечи.

В спину будто кол вогнали. Тело заледенело, и только ухо горело огнем. Он был так близко, что его грудная клетка касалась меня при каждом вдохе. А еще я слышала его запах. Мускусный аромат мужского тела, приправленный сладкой горечью и перцем.

— Изв-вини-те, — я попыталась вывернуться, но адмирал сжал меня крепче и припал носом к затылку.

— Моя пара! — громко прорычал он, и остальные гориллы за столиком смиренно опустили головы. — Садись. Теперь ты будешь рядом.

— Благодарю, но мне нужно работать.

— Моя женщина! Землянка моя!

Его крупная ладонь осторожно взяла мою, а мне подумалось, что в эту лапу вся моя голова поместится. И, если я сейчас начну противиться, то эта голова хрустнет с такой же легкостью как шея того самца, что валяется на полу. Но я не настолько отчаянная, чтобы сидеть за одним столом с этими гориллами и позволять себя называть своей!

— Я не ваша. Отпустите!

В черных глазах плеснула ярость, и полузверь рванул меня на себя и, прижав спиной к своей груди, зажал ладонью горло и впился зубами в шею. Жгучая до потери сознания боль прострелила позвоночник, и на несколько секунд я потеряла сознание. А когда пришла в себя, первое, что увидела, была Аня, рушащая все на своем пути.

— Вы что себе позволяете, господин адмирал?

Смотрю на подругу, болтаясь на руках у гориллы, и чувствую, как силы постепенно возвращаются в тело.

— Она землянка, и у вас нет права указывать ей, что делать.

— Это моя пара! — нависает над ней адмирал, держа меня сбоку.

— Она человек! Вы грейзер. Она не ваша пара! Отпустите ее сейчас же.

— Она оскорбила меня при всех! — чувствую, как сердце адмирала разгоняется, а рука сжимает меня крепче, так, что ребра вот-вот сломаются.

— Отпустите ее сейчас же! Вам не давали права судить землян! Вы хоть и защитили планету, но не являетесь здесь хозяевами. Вы у нас в гостях!

Ее пламенная речь не впечатляет грейзера. Но, когда я начинаю кашлять от нехватки воздуха, он, наконец, опоминается, и ставит меня на ноги.

— Плохо? — низким голосом с сильным акцентом говорит он, смотря на мое лицо, — помощь?

А я рассматриваю огромные клыки, торчащие в пасти. Как он насквозь меня не прокусил?

— Конечно, помощь! — Аня выхватывает меня из его лап и тащит за собой.

Передвигаю ногами еле-еле. Ощущение, что меня оглушили, а потом еще самосвалом переехали.

Внезапно понимаю, что я как-то оказалась в ее кабинете со стаканом воды в руке.

— Так. Сиди здесь. Сейчас Вилес приедет разберется с этими. Не выходи никуда, поняла? И это...переоденься.

Смотрю на рубашку с оторванными пуговицами и прикрываю грудь. Голова болит и кружится, а во рту сухо. Залпом осушаю стакан и по стеночке иду к душевой кабинке. Хочу смыть с себя пропитавший меня насквозь запах адмирала. Но горячая вода не помогает. Этот запах будто бы у меня внутри.

Дорогие мои! Я к вам с горячей историей! Борьба за Пышку разгорается нешуточная))) будет жарко!

Накидайте звездочек, пожалуйста! И комментов))) так я буду понимать, что история вам нарвится! Всем мужицкого дождя! Аминь!

3. Землянушка

Вместо того, чтобы наслаждаться процессом, когда вода сама по себе горячая и льется сверху, стоит лишь открыть кран, я беспощадно тру кожу, чтобы стереть с себя чужой запах. Лучше бы воду на костре грела и в тазу купалась, чем такие приключения. Кстати, дегтярное мыло из дачных запасов смогло бы перебить аромат горильей страсти. Но сама напросилась, а ведь Аня меня предупреждала. Надо бы у ветеринарши вакцину от бешенства попросить, мало ли какая у этой обезьяны зараза имеется. Фу! А он мне еще красивым показался.

Слышу, как вернулась Аня и тут же заканчиваю терзать свою несчастную кожу. Все равно не помогает.

— Ты мой сладкий землянушка! — раздается мужской голос с придыханием, и я вжимаюсь в мокрый кафель, — ты сегодня особенно пахнешь, женщина! Овуляция? Роди мне наследника, и я клянусь, заберу тебя с этой проклятой планеты!

Дверь в душевую распахивается и на пороге возникает высоченное лысое чудо со здоровенными рогами. Только они затормозили его в дверном проеме на пути ко мне.

— Аааа! — визжу со всей мочи, прыгая на месте.

— Аааа! — орет он, не сводя с меня глаз.

— Ах ты ж, рогатая скотина! Наследника ему!

Хватаю полотенце и луплю лысого по рогам. Тот уворачивается и убегает, но в дверях сталкивается с Аней.

— Анья, кто эта женщина? Анья, я не понимаю, почему она здесь, а не ты? — истерит он, чуть ли не на колени перед моей подругой падая.

— Вилес, спокойно. Это Энджи, моя подруга, — она гладит его по розоватой коже, а он виновато поскуливает.

— Аня, он мне наследника собрался делать! Что за сборище извращенцев, боже! Куда я попала? — ворчу, натягивая униформу, которая насквозь пропахла адмиралом. Ну не ходить же голой перед этим, тем более, что это чревато наследниками.

— Я думал это ты, Анья! Прости! Я готов объяснить!

— Не надо, Вилес, — моя подруга льнет к рогатому инопланетянину, прикрывая глаза от блаженства.

— Ань, ты мне объясни, пожалуйста, что происходит, — хлопаю глазами, глядя на эту сладкую парочку.