Землянка, будь нашей женой! (СИ) - Золотарева Елена - Страница 6

Что делать?

— Атхина! — узнаю голос капитана за дверью, и сердце ускоряется. Вот, кто может помочь!

— Капитан! — бросаюсь к двери, нажимая на все, что попадается под руку, но она не поддается. — Я маршала убила! Помогите!

— Атхина, уходить далеко! Взрываю! — приказывает капитан, и я, заранее прикрыв голову руками, убегаю в дальний угол каюты. — Готова?

— Да!

Глухой взрыв отдает вибрацией в груди, и на пороге появляется голый капитан. Перепачканный кровью, весь в синяках, но такой красивый, что улыбка сама расплывается по лицу. А еще и эти его...органы...прямо на глазах наливаются, устремляясь кверху.

— Атхина! — на воодушевленном лице столько счастья, что кажется, этот парень вот-вот расплачется.

— Стоп! Первым делом самолеты! В курсе?

Он замирает на месте, вслушиваясь в мою речь.

— Не в курсе, значит. Сначала маршала спасаем. Потом все остальное. Ферштейн? В смысле, понял?

Но судя по придурковатому виду, он не только не понял, но еще и не услышал.

Щелкаю ему под носом, и капитан переключается на мою руку, пытаясь поймать ее губами.

— Маршал! — увожу ладонь из-под его носа и указываю на командира.

— Он не будет нам мешать, атхина! — улыбается, сверкая белоснежными зубами, и подхватывает меня за талию, отрывая от пола, — моя!

— Эй! У нас труп! — упираюсь в широченные каменные плечи.

— Нет. Спит!

— Не дышит! — извиваюсь я.

— Спит! — с безумной улыбкой капитан поднимает меня еще выше, так, чтобы грудь была на уровне его носа, и зарывается лицом в мои слегка подвисающие сиськи. — Ррр...

Довольное урчание прокатывается по моим внутренностям приятной вибрацией.

— Я тебя люблю! Моя красавица! Моя атхина...Рррр, — это все, что я понимаю из потока инопланетных слов, но слушать это приятно, и я даже перестаю дрыгаться. — Любить тебя буду! — тащит меня к столу маршала.

— Вот так сразу? — Ой, как же он мне напоминает турецких мужиков. Те тоже времени на пустую болтовню не теряют. Купают в комплиментах, и пока ты вся в розовых соплях, тащат в постель.

— Сразу. Да, — сажает на стол и рывком раздвигает колени. Защитный костюм предательски расходится в том самом месте, открывая меня этому дикому вартанцу. И тот впивается в мое лоно нежными горячими губами.

— О, боже! — запрокидываю голову назад, от восторга. Капитан с первого прикосновения находит нужную точку, нужный ритм и вытворяет языком такое, что надо быть полной дурой, чтобы пытаться лишить себя такого удовольствия. — Капит-тан, мы же н-не одни....

Вспоминаю про маршала, спящего в клетке, но умелые губы быстро вводят меня в состояние беспамятства. Давно такого в моей жизни не бывало. Вернее, никогда.

— Жилем! — хочу запустить пальцы в волосы мужчины, но вместо них нащупываю рога. Тем временем капитан втягивает мои губы, играя языком с клитором, и проникает пальцами сразу в два моих отверстия. Неожиданно! Но так приятно! И я тяну рожки еще сильнее, вдавливая его лицо в себя. — Черт с тобой, капитан! Давай, покажи мне, на что ты еще способен!

Отталкиваю его, держа за рога, и смотрю на две пениса, готовых отправить меня на седьмое небо. Вартанец понимает, чего я хочу, поднимается с колен, и я перехватываю оба его члена в свои ладони.

— Вау! Какие твердые! — несильно скручиваю их, оттягиваю вниз и, облизывая губы наблюдаю за тем, как красные крупные головки на глазах становятся еще крупнее.

Над ухом раздается рваный выдох. Потом капитан издает тихое поскуливание, и пенисы один за одни выстреливают белой жидкостью на его плоский живот.

— Все что ли?

Смотрю на блаженное лицо капитана, разочарованно сведя брови. Вижу, как его глаза подкатываются, а потом он плашмя валится на пол.

— Позорище! — доносится ворчание маршала, и я молнией сдвигаю ноги и запахиваю халат.

— Вы живы?

— Лучше бы умер, чем видеть как он позорит честь вартанцев. И ради чего сбежал, приказ нарушил? Это же надо, так оплошать, — сетует Вилес, добавляя ругательств на своем языке. — Ты не подумай, мы не все такие...слабаки.

— Переволновался, наверное... — зачем-то оправдываю капитана. Все-таки, куни он делал отменно!

5. Забирай ее скорей!

Заперев оплошавшего капитана в клетку, Вилес снова отключается.

На «Фламе», наконец, становится тихо, и я решаю еще немного поесть. В спокойной обстановке, так сказать. Пока меня никто не домогается.

Прикончив съестные запасы, я заполировала все сладким батончиком, напоминающим пастилу с орехами, а пока жевала, рассматривала лежащего на полу капитана. Вот же судьба у человека! Бог красоту дал, рост дал, фигуру отпадную дал. Даже на два члена расщедрился! А толку-то...Даже жаль его. А ведь вартанец ко мне со всей душой! Но такого добра мне не надо.

Хотя, может, я много перебираю? Этот мне не такой, другой не этакий. Ну нет! Подожду все же следующего.

Краем глаза замечаю шевеление и поворачиваю голову к клетке с Жилемом. Его «второе и третье я» возвращается в боевую позицию.

— Э, нет, дорогой! Холостыми стреляешь, так что это не ко мне! — набрасываю поверх прутьев свой халат, как на клетку с попугаем. И остаюсь в рваном комбинезоне. Ну и пускай. Все равно никто не видит.

— Запрос на стыковку! — сообщает интеллект корабля.

— Очень вовремя! — смотрю на лохмотья, висящие на мне, но пытаться что-то изменить уже поздно.

Над прозрачным куполом каюты маршала завис маленький зеркальный шаттл с открытым дном-шлюзом.

Стаскиваю халат с клетки и отпрыгиваю назад, когда вижу безумные глаза вартанца, вцепившегося в клетку.

— Моя атхина! — воет он, стуча рогами по прутьям.

— Потерпи, дружище! Сейчас заберут землянку, полегче станет! — отвечает с той же страдальческой интонацией Анькин черт, но капитан продолжает биться рогами и стонать.

Смотрю на то, как шаттл медленно стыкуется с нашим кораблем под вопли вартанца, и складываю руки на груди, моля бога, чтобы хотя бы там оказались нормальные люди. Пусть с хвостами, одноглазые, да хоть одноногие, лишь бы я им была по барабану!

А когда в центр маршальско каюты опускается светящаяся труба и из нее выходят двое мужчин нереальной внешности, я тяжело сглатываю, пытаясь нащупать стул или хоть что-нибудь, чтобы можно было опереться.

Такие большие! Высокие и плечистые! Спины ровные, позы спокойные и уверенные. Прям ожившие супергерои со страниц комиксов! Я бы ни за что не подумала, что такие люди вообще существуют.

Мощные торсы, ноги такие крупные, длинные. И задницы! Боже! Какие упругие задницы!

Пришельцы замирают на месте и только глазами водят, осматривая каюту. От их собранных на затылке волос исходит голубоватое свечение. Я даже глаза протираю, чтоб поверить.

Маршал, свернутый в рог, салютует им и что-то говорит на непонятном. Те мельком смотрят на сошедшего с ума капитана, а затем переводят яркие светящиеся глаза на меня.

— Ангел? — произносит тот, что ближе, а меня ведет от его низкого спокойного голоса.

— Ангелина, — хрипло поправляю его, смущенно отводя глаза от рельефных мышц, обтянутых темно-синей тканью формы.

Ну нельзя же такими быть! Я просила косого-одноногого, а тут... Еще и не один. Как бы теперь мне не взвыть от желания...

Кошусь на мычащего капитана, искренне сочувствуя его горю не иметь возможности обладать той, что так понравилась. Но мой жест, видимо, расценивают неверно.

— Не бойся, ангел. Мы заберем тебя, пока будут идти разбирательства на счет твоей пары, — второй осторожно, будто боясь меня спугнуть, подходит чуть ближе. И я не могу удержаться, чтобы не рассмотреть и его. Его форма темно-изумрудная, как и сияние глаз. Руки крепкие, большие...кажется, что, если он обнимет, умру от переизбытка счастья!

— У меня нет пары! — возмущаюсь я. Еще не хватало, чтобы эти красавцы подумали, что я занята. А я-то свободна!

— Адмирал грейзеров сделал заявление. Но поскольку ты против, мы обязаны защитить тебя, землянка. Меня зовут Иксор Рай, я первый помощник главного стража галактики, — говорит синий, подходя все ближе.