Путешествие с вампиром (ЛП) - Левин Дженна - Страница 68

Наверное, он отпустил его, когда мы начали целоваться.

Смех, который внезапно поднялся во мне, был словно солнце, наконец взошедшее после самой длинной ночи года. Я чувствовала себя почти безумной от облегчения и радости.

— Питер! — выдохнула я, задыхаясь. Я смеялась так сильно, что пришлось обхватить себя за бока, чтобы не упасть. Это был самый нелепый примирительный поцелуй в истории. И каким-то образом именно это делало всё ещё более идеальным. — О боги.

— Прости. Я просто не подумал… — начал он, но остановился, сбитый с толку тем, что я никак не могла перестать смеяться. — Я не остановился подумать, что, если обхвачу твоё лицо ладонями, перестану держать… другие вещи.

Когда это заставило меня смеяться ещё сильнее, его рот скривился в самой дурашливой улыбке, какую я когда-либо видела.

— Надеюсь, ты смеёшься не над… ну, понимаешь. — Он неловко указал на нижнюю половину своего тела.

— Боги, нет, — сказала я, всё ещё смеясь. — Обещаю.

Его улыбка стала шире.

— Хорошо, — сказал он с лёгкой самодовольной ноткой.

А потом, прежде чем я успела сказать хоть слово:

— Я так сильно люблю тебя, Зельда.

Моё дыхание перехватило, когда смех рассеялся, а его слова прозвучали в тихой комнате, словно трубный зов.

Потеряв дар речи, я подняла дрожащую руку и коснулась его щеки. Его глаза закрылись, когда он наклонился к моей ладони, и его щетина грубо царапнула мою кожу. Питер, с которым я путешествовала, всегда тщательно брился. Насколько тяжёлыми были для него последние недели?

Только сейчас я заметила тёмные круги под его глазами, морщинки в уголках, которых не было, когда мы расстались. Я приподнялась на носках и медленно поцеловала его в другую щёку. Я плохо умела говорить «я тебя люблю» в ответ, но, надеюсь, однажды скоро научусь.

— Это значит, — прошептал Питер едва слышно, — что ты меня простила?

На этот раз я поцеловала его в губы.

— Да.

Он вздрогнул всем телом, и я поцеловала его снова.

— Мне просто нужно было немного времени.

Через мгновение он подхватил меня на руки так легко, словно я весила не больше куклы. Его сильные руки прижали меня к груди, и я охотно прижалась к нему, положив голову на его широкую грудь. Склонив голову и прижавшись лбом к моему, он медленно понёс меня через квартиру, пока мы не остановились у закрытой двери моей спальни. Он сглотнул так сильно, что я почувствовала это щекой.

— Это также значит, что ты позволишь мне показать, как сильно я по тебе скучал?

Я вытянула шею, чтобы ухмыльнуться ему.

— Ты имеешь в виду — позволю ли я тебе переспать со мной?

Он тихо рассмеялся, коснувшись своим носом моего.

— Что-то вроде этого.

— Я позволю тебе переспать со мной, — призналась я.

Я провела кончиками пальцев вниз по линии своей шеи, наблюдая, как его взгляд следит за этим движением. Его руки крепче сжали меня.

— Я позволю тебе и другие вещи.

Он сглотнул.

— Зельда. Что ты говоришь?

Он знал, что я имела в виду, но ему нужно было услышать это вслух. Каждый раз, когда мы занимались любовью, он кусал меня — но только по моему прямому приглашению. Возможно, даже с возвращённой памятью он всё ещё не доверял себе достаточно, чтобы следовать своему биологическому инстинкту кусать, если не получит ясного подтверждения, что я этого хочу. Надеюсь, однажды он поймёт, что я всегда буду хотеть его укуса.

А пока я приподнялась и прошептала ему это на ухо.

— Я хочу, чтобы ты укусил меня.

Если раньше мне казалось, что Питер двигается быстро, то это было ничто по сравнению с тем, как он распахнул дверь моей спальни и почти швырнул меня на кровать. Его толстовка исчезла через секунду, затем и моя одежда — всё оказалось забытым ворохом на полу, пока он забирался надо мной. Осторожные прикосновения и благодарные слова исчезли. Хищный блеск в глазах Питера говорил лучше любых слов, как сильно он меня хочет.

— Прости, если я слишком тороплюсь, — прошептал он, дрожа от желания. — Если тебе нужно, чтобы я остановился…

Он оставил окончание фразы висеть между нами, пока целовал моё тело всё ниже и ниже. Нервы вспыхивали ощущениями и предвкушением, и я запустила пальцы в его мягкие каштановые волосы, чтобы удержаться в реальности.

Когда я слегка потянула за них, я с наслаждением услышала сорвавшийся у него звук.

— Если мне нужно будет, чтобы ты остановился, я скажу, — пообещала я, ахнув, когда он остановился у моего пупка и провёл языком. — Но мне не нужно, чтобы ты останавливался.

Он издал сдавленный звук — наполовину смех, наполовину всхлип.

— Ты сведёшь меня в могилу, — пробормотал он у чувствительной кожи моего живота.

Я извивалась от ощущений, от царапающей щетины, когда он опускался ниже… и ещё ниже. Между нашими телами почти не было пространства, но он всё равно был слишком далеко.

— Но, боги, я не могу придумать лучшего способа умереть.

Я едва узнала звук, сорвавшийся с моих губ, когда он вошёл в меня. Он был грубым, первобытным. Моя спина выгнулась над кроватью, тело поднялось навстречу ему, подталкивая дальше.

Когда он начал двигаться, это было так, словно мы никогда и не расставались. Его тело входило в меня с накопившимся желанием, и сила толчков заставила мою голову удариться о спинку кровати. Мне было всё равно. Лёгкая вспышка боли только усилила удовольствие. Я схватила его за ягодицы и впилась ногтями в кожу, пока он двигался, ругался сквозь зубы и продолжал толкаться вперёд, словно я не позволю ему никогда остановиться.

— Ты… чертовски прекрасна, — выдохнул он сквозь зубы.

Сухожилия на его шее напряглись, когда он навис надо мной. Его тёмные глаза затуманились желанием.

— Я никогда не говорил тебе.

Он говорил. Много раз. Не словами, но это было ясно в каждом взгляде и прикосновении. Я потянулась и неловко поцеловала уголок его губ.

— Мне никогда это не надоест, — сказала я ему впервые. — Сколько бы лет я ни прожила, я всегда буду хотеть тебя.

Он выругался и рухнул на меня, уткнувшись лицом в изгиб моего плеча, прежде чем его губы нашли мою шею. Его язык начал двигаться — медленно, настойчиво — в ритме его бёдер.

Я сглотнула.

— Ты хочешь укусить меня, — прошептала я. — Правда?

Он уже не мог говорить, поэтому ответил пронзительным стоном. Он поднялся, закинул мою ногу себе на бедро, меняя угол и входя глубже. Я вплела пальцы в его волосы и другой рукой коснулась своей шеи, медленно проводя пальцами по месту, которое он хотел. Его глаза потемнели. Ноздри раздулись.

— Ты можешь укусить меня, — сказала я.

Его движения ускорились, стали рваными.

— Зельда… — почти умоляюще прошептал он.

— Я хочу этого.

Он издал последний срывающийся звук… и в следующее мгновение вонзил зубы глубоко, ещё глубже в мою шею. Мои чувства взорвались тысячами ослепительных искр. Я скорее почувствовала свой крик, чем услышала его. Яд, уже растекавшийся по моей крови, усиливал удовольствие в тысячу раз.

Я кончила сразу. И снова — прежде чем тело перестало содрогаться.

Я слышала далёкие стоны Питера, чувствовала, как его движения становятся всё быстрее и беспорядочнее, пока он пил из ранок на моей шее.

— Питер… — смогла выдохнуть я, надавив ладонью на его затылок, побуждая его пить больше.

Через мгновение всё его тело напряглось. Его разрядка пульсировала внутри меня в такт движению его языка. И, чёрт возьми, я кончила в третий раз. Позже у нас будет время поговорить о том, что ждёт нас дальше. Вампир и ведьма, которые вопреки всему влюбились друг в друга.

Но позже. Не сейчас.

Потому что сейчас Питер лежал рядом со мной в моей кровати, прижимая меня к себе и шепча нежные слова мне в волосы. Говоря, как сильно он скучал по мне. И что никогда больше не отпустит.

Засыпая у него на груди под вой ветра за окном спальни, я решила, что сейчас этого более чем достаточно.