"Фантастика 2026-82. Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Красовская Марианна - Страница 275

А Раиль выглядел не слишком уверено, и реакция у него была явно замедленна выпитым алкоголем. Он размахивал палкой, приседал, вертелся - а Шесса даже не двигалась, только легко перетекала из одной позы в другую. Степняк начинал злиться и уставать - по спине уже струились капли пота. Внезапно неуловимым движением девушка выбросила вперед свое оружие, легко коснувшись груди Раиля чуть пониже ключиц и негромким голосом произнесла: - Убит.

Он замер, опустил глаза и коротко кивнул. Противники поклонились друг другу и разошлись, снова чуть сгибая колени и опуская палки на уровень живота.

Иванна неслышно поднялась с места, подняла брошенное на землю платье и отправилась в свои покои: мыться и одеваться к завтраку. Ее ухода Шесса не заметила, увлеченная разглядыванием явного возбуждения супруга, заметного под тонкими кальсонами. По ее телу прокатилась дрожь предвкушения, щеки залила краска. Как приятно осознавать, что твой мужчина желает тебя! Ей немедленно захотелось поддаться ему, почувствовать горячие губы на своих губах. Он всегда целовался яростно, жадно, буквально овладевая ее ртом, и губы после таких поцелуев опухали и побаливали. Шесса сейчас до покалывания в губах жаждала этих поцелуев. Она понимала, что одно ее слово - и она получит его целиком, но не говорила этого слова, а просто, когда он отвернулся, дернула завязки ворота, распуская его так, чтобы грудь была почти обнажена.

Раиль краем глаза заметил, что единственная зрительница поединка ушла, даже кивнул ей, а потом перевел свой взгляд на свою женщину. Румяная, с растрепавшимися волосами, текучая, будто вода, и сильная, как тигрица, она казалась ему невероятно красивой. Ему нравились такие поединки, они заставляли его тело петь. Редко, когда он занимался физическим трудом, и упражнениями пренебрегал. Его отец, хоть и был целителем, оставался настоящим воином, а Раиль давно забросил тренировки, предпочитая время посвящать более интересным вещам. Шесса же старалась начинать утро с зарядки. Впрочем, искусству боя она училась с детства - девочка и старик, бродящие по Катаю, должны уметь постоять за себя.

Он и злился на то, что она постоянно ускользает от его ударов, и восхищался. Ему так и не удалось ни разу ее коснуться, зато "умер" он уже трижды. Конечно, он был не слишком трезвым, усталым и каким-то опустошенным, да еще постоянно отвлекался на ее грудь, то и дело мелькавшую в распущенном вороте рубахи. Но он и в другое время не мог с ней тягаться, хотя, бывало, и "убивал" ее. Отбрасывая палку, он просил:

- Давай теперь без оружия!

Шесса кивала. Теперь уже она без предупреждения накидывалась на него, а он уворачивался и отскакивал, а потом, перекувырнувшись, хватал ее за ногу и, уронив в траву, падал рядом и тут же подминал под себя. Их поединки всегда заканчивались одинаково. Иногда она его роняла, и тогда была главной, но чаще все же он. По негласным правилам теперь она должна была подчиняться.

- Хочу здесь и сейчас, - шептал он, не то целуя, не то кусая ее плечи, буквально рвя на части ее рубашку.

- В саду? Увидят ведь!

- Плевать, пусть видят, - бормотал Раиль, но потом, заглянув в ее покрасневшее лицо, добавлял. - Нет здесь никого. Еще рано для местных придворных.

- Это была моя последняя рубашка, - жалобно скулила девушка, выгибаясь под его жадными губами. - Хоть штаны не рви!

- Я куплю тебе десяток рубашек, - обещал он, но завязку на штанах все же не рвал, а аккуратно, хоть и торопливо развязывал.

Снять он их не успел, просто разворачивал ее к себе спиной, обхватывал руками и нетерпеливо проникал в нее, тяжело дыша ей в затылок. Отчего-то сейчас ему хотелось говорить ей всякие нежности, но что - он не знал, у него в голове вертелись даже не мысли, а какие-то обрывки фраз.

- Такая сладкая, - шептал он, упиваясь ее судорожными волнами. - Моя Шесса...

Для нее это было почти признанием в любви, внутри всё вспыхивало, и удовольствие становилось нестерпимо острым. Одной рукой Раиль сжимал ее грудь, а другой крепко держал за талию, не позволяя шевелиться. Она ощущала себя в его руках слабой и покорной, и от этого кружилась голова. В конце концов она его и полюбила за эту жесткость и упрямство, которые редко встречались в уступчивых и мирных катайцах. Нет, Шессе нужен был мужчина сильный и властный, и именно такой сейчас был рядом и овладевал ей прямо на траве в чужом саду. Она готова была поддаваться ему, следовать за ним, как вода... даже в удовольствии.

Откуда только у Раиля потом взялись силы едва ли не руках донести ее до постели? Он не знал. Но встать на ноги он ей не позволил. Ему было приятно нести ее, такую миниатюрную и хрупкую. Он рядом с ней ощущал себя большим и сильным, хотя, как и все степняки, был невысокого роста. Заталкивая ее в окно (все же так было гораздо быстрее и проще), он не удержавшись, куснул ее за зад сквозь тонкие штаны и усмехнулся, когда она взвизгнула. Запрыгнул сам, кинул в угол ком одежды и, едва коснувшись головой подушки, провалился в сон, больше похожий на беспамятство. Работа в паре с магом смерти дорого ему обошлась.

Глава 27. Странные люди

В дверь постучались.

Шесса покосилась на супруга, который крепко спал, выбралась из-под его руки и, завернувшись в простыню, приоткрыла дверь. Там была горничная с каким-то свертком.

- Ее величество просила вам передать, - робко проблеяла девица. - Она ждет вас к завтраку в саду.

Завтрак? Шесса удивленно приподняла брови и бросила взгляд в сторону окна. Уже скоро обед! Хотя перекусить, конечно, не помешает. Интересно, чем таким занималась Иванна, если завтрак у нее почти в полдень?

Захлопнув дверь перед любопытным длинным носом горничной, Шесса развернула сверток и невольно нахмурилась: ей принесли платье, причем весьма роскошное, из шелка цвета лаванды с белыми вставками на корсаже. К платью прилагались шелковые же туфельки с лентами. Ворча себе под нос нелестные слова про дурацкую франкскую моду, девушка кое-как натянула наряд. Он оказался удобнее, чем она ожидала, и сшит был будто бы на нее. Короткие рукава, украшенные кружевом, красиво обнажали руки почти до самых плеч, спереди были застежки-крючки. Юбка была не самая широкая, вполне удобная, туфли завязывались бантами вокруг щиколотки. Наверное, под такой наряд нужно надевать чулки, по крайней мере, Шесса видела, что Иванна их носит, но у нее чулок не было, и вообще -жарко. К платью нужна была прическа, просто завязать волосы в узел - не выход. Помедлив, девушка достала из своей сумки единственную свою драгоценность -серебряную заколку с эмалевыми цветами.

Она заглянула в зеркало и решила, что выглядит вполне достойно. Через окно выйти было быстрее, но в платье не слишком удобно, и пришлось потратить некоторое время, чтобы найти выход в сад. Дважды Шесса свернула не в тот коридор, но быстро поняла свою ошибку. Потом она увидела высокого худого брюнета в черном сюртуке и уже почти окликнула его, но вдруг поняла, что это не король. Хотя со спины, пожалуй, немудрено было и перепутать. Брюнет оказался лакеем, он доброжелательно улыбнулся Шессе и показал выход. Будь они в Катае, она бы решила, что это какой-нибудь из родственников Маркуса, может быть, даже брат - но здесь, кажется, не принято было отдавать отпрысков королевского рода в прислугу.

Королева была в саду не одна, с ней были две миленькие девушки неопределенного возраста - Шесса еще не умела определять возраст круглоглазых людей.

- Это Анна-Мария (Иванна указала на брюнетку) и Изольда (девушка с пепельными кудрями приветливо улыбнулась), мои фрейлины. Девушки, это Шесса, наша гостья из Катая.

Девушки оглядели Шессу каким-то плотоядным взглядом и переглянулись. Видимо, чем-то она им не понравилась. Катаянка внутренне вся подобралась, готовясь защищаться - при Императорском дворе женщины тоже ее не жаловали, но фрейлины нападать не спешили.

- А тот красавчик-лекарь - это ваш супруг? - с невинным видом поинтересовалась кудрявая.