Попаданец в Дракона 12 - Бобков Владислав Андреевич - Страница 45

«Ох, старое доброе кумовство. Кажется, это добро не устареет, даже когда вся эта вселенная отправилась прямиком в ад». — мысленно хмыкнул Аргалор.

— Тогда почему ты такой мелкий? — не сумел удержаться и всё же задал свой вопрос Аргалор. — Я впервые вижу такого крохотного латунного дракона твоего возраста!

Однако, к удивлению Аргалора, его бестактный вопрос ничуть не обидел латунного.

— Старш… Кхм… Я хотел сказать, может быть, вы видели слишком мало членов металлических стай? — осторожно спросил Гальваторикс. — Ведь пока члены ваших великих цветных стай ведут войну с великанами и прочими ужасами большой вселенной и становятся больше, мы, металлические, стремимся сделать нашу Великую империю лучше, поэтому прикладываем все свои силы в кабинетах и лабораториях.

Осознание этих слов заставило Аргалора невольно покачать головой.

Кажется, с исчезновением Олдвинга и падением Драконьей империи многие из никогда даже не дравшихся металлических драконов оказались «выкинуты на мороз». Была ли причина их будущей дружности и отказа от сурового пути цветных драконов рождена из-за нынешней слабости?

Не имея возможность конкурировать с цветными драконами честно, металлические объединились, найдя свой уникальный путь.

Как итог, спустя тысячи лет обида между цветными и металлическими так никуда и не делась, ведь Лев очень сомневался, что после развала Империи цветные драконы не воспользовались беспомощными металлическими.

Возможно, часть из металлических тоже пошли по пути воинов, но сколько было чиновников, учёных и просто бухгалтеров?

В будущем же металлические извлёкли урок, и теперь любой металлический дракон должен был пройти боевое обучение, даже если бы не ему не пришлось сражаться всю жизнь.

— Извините, но могу ли я спросить, почему я не вижу вашего паспорта?.. — попытался было задать вопрос Гальваторикс, но Аргалор его полностью проигнорировал.

— Ты знаешь, что вообще происходит? Что это за армия? Кто посмел напасть на Олдвинга? — эти вопросы мгновенно вернули латунного с небес на землю, напомнив о его опасном и неустойчивом положении.

— Вы не с ними? Ой, я хотел сказать, что я ничего не знаю! Просто в какой-то момент прозвучала тревога, и нам было приказано эвакуироваться, но прежде, чем мы это успели сделать, на нас напали! Часть охраны цветных, что должна была нас защищать, просто стали убивать и уничтожать хранилища информации! Я чудом успел сбежать сюда и спрятался. Я ничего не понимаю… — под конец латунный выглядел так, что, того гляди, расплачется, из-за чего Аргалор инстинктивно сделал шаг назад.

«Кажется, развал Империи оказал чрезвычайно хорошее влияние на металлических». — твёрдо решил Думов. Мысль о том, что все его знакомые металлические были такими же слюнтяями, была просто отвратительна!

— Тихо! А ну не плачь! Не смей плакать, кому я сказал! — угрожая этому подобию драконов, Аргалор не знал, плакать ему или смеяться. На мгновение появилась мысль прибить по-быстрому это недоразумение, но пренебрежение победило — он того не стоил. — Замолчи, кажется, у нас есть шанс узнать, что вообще происходит.

Сказанное Львом имело смысл, ведь он увидел оживление в стане врагов Олдвинга.

Ряды объединенного войска разошлись, давая путь огромному зеленому титаническому дракону. Достигая в высоту целых сорок с небольшим метров, это был монстр из монстров. Учитывая, что обычно зелёные драконы меньше тех же красных, можно было ещё сильнее впечатлиться его размерами. На голове титанического зеленого дракона была надета богатая корона.

Позади зеленого дракона летела его личная стая. Среди этих бойцов были в основном лишь цветные ящеры, но нашлось место и нескольким металлическим ящерам.

— Принц Орвир⁈ — полузадушено прошептал распластавшийся неподалеку Гальваторикс. — Неужели он вступил в союз с великанами⁈

Один этот комментарий уже компенсировал Аргалору его желание сохранить этому металлическому жизнь.

«Значит, старая добрая „Игра престолов“? Сын предал отца ради трона?»

Две армии молчали, пока зелёный дракон пристально смотрел на Императора крупнейшего драконьего государства за все времена.

— Отец, мне жаль, что всё до этого дошло, — неожиданно заговорил принц. Несмотря на ситуацию, его голос нёс след искренней печали. — Но прежде чем всё начнётся, я хочу сказать, что во всём этом лишь твоя вина.

— Сын мой, когда ты родился, сама вселенная сказала, что тебе уготовано величие. Кроме меня самого, не было ни единого дракона, кто был способен достичь твоих успехов, — голос Олдвинга был под стать его облику. Могучий и неземной. Аргалор чувствовал, как от этих слов резонирует сама его драконья суть. — И я не был слеп к тебе, сын мой. С каждым твоим шагом и успехом я строил для тебя путь к трону. Так скажи мне, как мой наследник и избранный сын, почему? Почему ты отказался от судьбы, которая уже принадлежит тебе?

— Принадлежит мне? — горько рассмеялся Орвир, покачав головой. В его глазах с каждой секундой разгоралось пламя гнева. От его ауры стало неуютно даже ближайшим великанам и драконам, из-за чего они начали отступать прочь. — Кажется, за те годы, что ты заперся в этой тайной лаборатории, твоё чувство юмора стало заметно сильнее. О каком троне ты говоришь? Том троне, который ты не собираешься отпускать?

— Ты не прав, сын, всё, что я делаю сейчас, несет за собой лишь заботу о роде драконов. С нашей продолжительностью жизни, наша раса рано или поздно столкнётся с тем же роком, покончившим с цивилизациями прошлых Эпох Хаоса. Ритуал за мной положит конец этой угрозе раз и навсегда. Тогда-то я буду рад передать свой трон тебе, сын. Весь мой путь ставил целью именно этот момент, и когда я его выполню, то не буду больше заслонять тебе путь.

Гнев Орвира чуть рассеялся, но ему на смену пришло разочарование.

— Я верю тебе, отец. Я не думаю, что среди нашей расы рождался повелитель неба, который заботился о драконах больше, чем ты. Тебе всегда было плевать на любых конкретных драконов, даже твоих собственных жён, ведь они были лишь шестернями в твоих великих планах, но вот твоя забота о драконах искренна, как ничто иное. Вот только, к сожалению, когда ты говоришь о троне, я чувствую запах предательской лжи.

Орвир поднял лапу и обвиняюще указал прямо на молча слушающего Олдвинга.

— Думал, что я не узнаю истинную цель этого ритуала? Да, нам больше никогда не придётся боятся Хаоса, ведь он станет полностью тебе послушен, но в таком случае в этой вселенной не останется ни единого места, которое не окажется под твоим контролем! Наследник трона? Ха! Будущий императора⁈ Какая насмешка! Лишь марионетка, которой истинный кукловод разрешил занять своё прошлое место!

— Именно поэтому ты решил вступить в союз с нашими извечными врагами? — спокойно спросил Олдвинг. — Ты уже думал, как будешь разбираться с теми из них, кто слишком много знает?

— Не старайся, Великий враг, — на этот раз заговорил огромный штормовой великан, одетый в полностью непроницаемый серебряный шлем, у которого не было даже глаз. Вооружен он был длинным трезубцем. — То, что мы будем делать, тебя не будет волновать, ведь к тому моменту ты уже будешь мёртв.

— Ты слишком хорошо научил меня, отец, — твёрдо заявил Орвир. — Я не обращал внимания на то, как ты уничтожал Великие стаи. Мне было всё равно на то, как ты относился к разочаровавшим тебя жёнам. Я даже понял, почему ты сослал и запер мою мать, ведь её попытка мятежа была бессмысленна и глупа. Но когда-то ты сказал, что у настоящего императора никогда не будет кого-то, кто будет стоять над ним. Я лишь следую твоим же словам.

— Да будет так, сын.

В следующую секунду чувство опасности Аргалора взвыло что есть мочи.

Стоило понимать, что при самых скромных подсчётах на поле боя, лишь по размерам, Аргалор насчитал в общей сложности более ста титанических драконов. И это не считая штормовых великанов. Добавить сюда Олдвинга с Орвиром и возможных скрывающихся врагов и положение, мягко говоря, было «аховое».