Танец С Врагом. Эхо потерянных воспоминаний (СИ) - Корр Алекса - Страница 71

Он же, придя в себя, кашлянув, выдал, смотря мне в глаза:

─ У меня нет невесты. И в моем доме все выполняют только мои указания.

Кивнула, показав, что все поняла и отвернулась, чтобы продолжить путь, но услышала в спину:

─ Даша! Через час будет ужин, жду тебя в столовой.

─ Извините, неважно себя чувствую, да и поужинала только что.

Он продолжал сверлить меня взглядом, не обращая внимание на суетящуюся около него Анабель. Но через минуту-другую медленно кивнул и ответил:

─ На сегодня иди. Но на будущее: ужинаешь ты со мной.

Пришлось склонить голову в знак того что все поняла, и быстро, пока еще кто не захотел со мной пообщаться, подняться по лестнице. А позади слышалось недовольное воркование красотки:

─ Кайл, ну зачем она нам нужна, а? Пусть знает свое место. Иди освежись, а я сейчас распоряжусь насчет ужина и бутылочки вина…

─ Бель, ты надолго? И почему мне ничего не известно о том, что у меня появилась невеста?

─ Дорогой, эта человечка…

Дальше я уже не слушала, дойдя до нужного мне крыла и повернув за угол. Легла спать я в этот день рано. Опять долго крутилась, но потом все-таки заснула. Но проснулась я не от ласкового луча солнца, попавшего мне на подушку и не от стука служанки в дверь, а от ощущения чужого присутствия.

За окном только начинало светать, в спальне было тихо, но… чужой взгляд заставлял меня поежиться. Быстро села на кровати и уставилась на кресло, на котором вальяжно расположился дракон и сверлил меня нечитаемым взглядом.

Глава 79

Даша

Поджала к груди колени и натянула покрывало по самый подбородок. Вещи мне тут никто не выдал, а Марта с моей сумкой еще не заявилась, следовательно, спать мне приходилась в одном нижнем белье. И не хотелось светить им перед мужчиной.

Закончив с данными манипуляциями, зевнула, прикрыв рот ладошкой и спросила:

─ Что-то случилось, раз ты здесь?

Он слегка приподнял бровь и задал встречный вопрос:

─ И что? Никаких истерик на тему: «Ах, это неприлично!» и «Что вы делаете в моей комнате, выйдете немедленно!»?

─ А поможет?

Он усмехнулся:

─ Не думаю. Ты вчера так четко обозначила свой статус в этом доме, что, могу в ответ на истерику заявить, что хозяин тут я и могу посещать спальню «жены» в любое время.

Посмотрела в окно на зарождающийся рассвет и сказала:

─ Ясно… Я так полагаю, что поспать сегодня больше не удастся. Не мог бы ты подождать в гостиной, пока я приведу себя в порядок?

─ Нет.

─ «Нет» ─ в смысле не выйдешь или «нет» ─ ответ на мой вопрос про поспать?

─ И то и другое.

─ Ясно… Тогда хотя бы отвернись.

Кайл демонстративно повернул голову в сторону, и я встала, кутаясь в покрывало. Осмотрелась по сторонам, прошла к стулу, на котором лежало мое единственное платье, взяла его и отправилась в купальню.

Дверь за собой прикрыла не до конца и, быстро сбросив покрывало, стала переодеваться:

─ Так что случилось такого, что нельзя было подождать до утра? ─ спросила, пытаясь выгнуться и затянуть самостоятельно шнуровку на платье.

Голос, раздавшийся прямо за моей спиной, заставил меня вздрогнуть:

─ Нужно было проверить одну теорию. Стой, не дергайся!

Теплые пальцы дракона коснулись кожи на моей спине, запустив рой мурашек, а пальцы стали быстро разбираться со шнуровкой. Перекинула волосы на одно плечо и придержала их рукой, чтобы не мешались. А Кайл, которого мне теперь было прекрасно видно в висящее зеркало, с самым невозмутимым видом, продолжая сражаться с завязками, продолжил:

─ Рассказывай!

Я встретилась с ним взглядом в зеркале. Тёмные глаза — спокойные, внимательные, слишком собранные для столь раннего часа. Он не выглядел ни усталым, ни раздражённым. Скорее — решительным. И это пугало больше всего.

— О чем именно? — тихо спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Его рука легла мне на шею и голос над ухом прозвучал спокойно и холодно:

─ Я умею анализировать, Даша. И в твоих словах во время ужина сбоила логика. Ты говорила о потере истинного и о желании все исправить. И я даже поверил, как ни странно. Потом речь про переломный момент через два дня, но ты в моем замке и значит эти события произойдут здесь. А потом твой голос дрогнул, когда ты сказала о моей смерти. Так в какую игру ты играешь? Что не договариваешь?

Ладонь скользнула дальше, легла мне под подбородок. Но в этом движении не было ни нежности, ни намёка на ласку. Только сосредоточенность.

Сердце болезненно сжалось.

Секунду мы сверлили друг друга взглядами через зеркало, затем я отвела взгляд и хотела сделать шаг в сторону, чтобы освободиться от его захвата. Но дракон держал крепко.

— Я уже сказала все, что могла.

Он равнодушно кивнул, словно другого ответа и не ожидал.

— Нет, Даша. Ты сказала много. Но не все.

Он стоял слишком близко. Я чувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань платья. Чувствовала, как от этого тепла предательски учащается дыхание. И ненавидела себя за это.

— Есть одна вещь, которую я должен исключить, — произнес он, и в голосе его не было ни мягкости, ни угрозы. Только холодная логика.

Пальцы его вдруг остановились, и прежде чем я успела понять, что именно изменилось в воздухе, он развернул меня к себе резче, чем раньше.

Не осторожно.

Не деликатно.

Властно.

Ладонь скользнула по моему затылку, пальцы вплелись в волосы, не причиняя боли, но не оставляя пространства для сомнений — вырваться я не смогу. Вторая рука легла на талию, притянув ближе. Ткань платья зашуршала, дыхание сбилось.

Я подняла на него взгляд — и не успела ни ответить, ни вдохнуть.

Он резко наклонился и его губы накрыли мои. Жестко. Без предупреждения.

В поцелуе не было нежности. Это был захват — проверка, утверждение власти, вторжение. Его пальцы в волосах удерживали, не позволяя отстраниться, а ладонь на талии прижала к себе так, что я почувствовала каждую линию его тела.

Воздух вышибло из легких.

Он целовал требовательно, глубоко, будто хотел не почувствовать — а доказать. Словно искал под моими губами ответ, которого не находил в словах. В этом поцелуе было нетерпение, раздражение, даже злость — на меня, на ситуацию, на собственные сомнения.

А я…

Я замерла лишь на долю секунды. А потом все внутри обрушилось. Тело предало меня. Руки взметнулись вверх и зарылись в жесткие волосы моего дракона. Тело помнило. Память жила не в голове — в коже, в дыхании, в каждом нерве.

В прошлой жизни, во время нашего первого поцелуя, он целовал меня иначе — тоже властно, тоже внезапно, но тогда под этой жесткостью уже пульсировало узнавание. Тогда под кожей вспыхнул огонь, метка прожгла, и мир на мгновение стал ярче.

Сейчас — ничего.

Никакого жара. Никакой вспышки.

Ни малейшего магического отклика.

Только его губы — горячие, настойчивые.

И мое сердце, бьющееся так отчаянно, будто пытается компенсировать тишину магии.

Колени предательски подогнулись.

Если бы он не держал меня так крепко, я бы, наверное, сползла на пол. Внутри все дрожало, но не от страха. От боли. От того, что я знала, чем это закончится.

Он отстранился внезапно. Резче, чем поцеловал.

Губы его чуть приоткрылись, взгляд стал пристальнее, как будто он действительно ждал чего-то еще секунду назад и прислушивался к своим ощущениям. И эта доля секунды выдала его больше, чем хотелось бы.

Но магия молчала, драконий бог забрал свою плату.

Тишина между нами была оглушительной.

Он убрал руку с моей талии и сделал шаг назад. Не мягко. Почти оттолкнув. На его лицо вернулось отстраненное выражение.

— Не бери в голову, — произнес ровно, словно ничего особенного не произошло. — Нужно было кое-что проверить.

Слова упали тяжелее, чем его руки.

— Жду тебя в гостиной. Там и расскажешь, что должно произойти, и какая такая переломная точка должна случиться уже завтра.