Хозяйка проклятой таверны (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 24

Чаевничала я на кухне. Размышляла, уставившись в одну точку на стене. Не сразу поняла, что привлекло мое внимание. Поднялась, проходя в дальний угол, приглядываясь. Так и есть! Стена стала еще длиннее, не менее, чем на метр. Осмотрела кухню со всех сторон — никаких сомнений, таверна «выросла» и значительно.

Только я собралась пойти проверить противоположную сторону здания, как на кухню с опаской прокралась Дараха. Перевела на нее взгляд.

— Как Оутор?

— Все также. Дышит тяжело, в себя не пришел. Рахшара с ним сейчас, я вот за отваром пришла, — сказала она, показывая пустой графинчик, бочком-бочком продвигаясь к печи.

— Дараха, постой минутку, — остановила женщину, собираясь с мыслями. — Дараха, я… вспомнила кое-что, — осторожно подбирала слова. — На меня напали в Райвенроге. Оутор собой закрыл, потому и пострадал. Но… тот, кто напал, не остановится, Дараха. Он придет сюда за мной.

Чувствовала себя виноватой, что навлекаю беду на этих людей. Снова.

— Я всегда знала, что ты не простая девочка, Марго, — призналась женщина. — Раз Оутор тебя ценой жизни защитить хотел, то и мы станем, — постановила она. — Здесь тебя не выдадут, в обиду не дадут.

— От того, кто придет, вы меня защитить не сможете, — с сожалением выдала я, вспоминая мощного зеленоволосого мужчину. — Дараха, я хочу извиниться за тон, каким с тобой и другими сегодня говорила. Это от волнения все. И приказы эти… само так вышло, не сердись, пожалуйста.

— Марго, ты говоришь, что вспомнила что-то. Вспомнила кто ты такая? Имя свое настоящее? Родных? — проигнорировав мои извинения, засыпала вопросами женщина.

— Не совсем, — поморщившись, ушла от прямого ответа. — Видишь этот знак? — показала раскрытую ладонь с тюльпаном. — Рахшара говорит, это айранир, знак правящего рода, — добавила осторожно, отслеживая реакцию собеседницы.

Глаза Дарахи округлились, брови взметнулись ко лбу. Сама она тут же опустилась на пол, склоняя голову.

— Дараха, ты что? — испугалась я, тут же бухаясь рядом с ней. — Дараха, посмотри на меня, пожалуйста. Это все та же я, Марго, которой вы с Оутором спасли жизнь! Никогда я этого не забуду, слышишь?

Неловко обняла окаменевшую женщину, чувствуя себя ужасно странно и некомфортно. В голове перемешалось все. Однозначно, девочкой, ребенком я себя больше вообще не ощущала, но выглядела-то именно так! Сколько мне, интересно? Десять, одиннадцать?

Дараха немного успокоилась, подняла на меня глаза, медленно, робко ответила на объятия. Мы так и сидели на полу.

— Я ее с отваром жду, а они тут расселись ни пройти, ни проехать! — раздался насмешливый голос Рахшары от дверей. — В себя Оутор пришел. Говорить ему пока не стоит, и уж точно вставать не след! Но разве ж упрямого мужика удержишь? Так и навредит себе! Ты бы, Марго, сходила, показалась, что жива-здорова. А то вскочит, как есть вскочит!

Конечно же, я тут же подскочила и метнулась в спальню на втором этаже. Таверну после недавних событий заперли, никого не пускали. В большом зале только Жарих сидел. Остальные по домам, по комнатам разбрелись. Постояльцы либо разъехались, либо тоже из комнат носа не казали.

Кивнув Жариху, бросилась к лестнице, перескакивая через две ступени. Ворвалась в комнату Дарахи и Оутора, безошибочно взглядом находя бледного мужчину. К счастью, он так и лежал на животе, не пытался перевернуться или встать.

— Оутор! — присела возле кровати так, чтобы оказаться с мужчиной лицом к лицу. — Спасибо! — выдохнула, сжимая в своих ладошках его большую грубую ладонь. — Ты снова меня спас.

— Пустое, дочка, — слабо улыбнулся торговец.

— Молчи! Не нужно говорить. И двигаться не нужно. Рана очень большая, Оутор. Очень серьезная.

Мужчина молча сомкнул веки, показывая, что услышал.

Посидела с ним еще немного, пока не пришла Дараха. Женщина сумела сдержать слезы. Подошла к мужу, перехватывая его ладонь. Кувшин с отваром она пока отставила.

Вышла тихонько, чтобы им не мешать. Рахшара была в соседней комнатке. Дверь нараспашку позволила ей заметить меня и позвать.

— Уходить тебе нужно! — выпалила она сердито. — Неужели сама не понимаешь, что найдут тебя здесь! Чудо Льяры Милостивой, что до сих пор не пришел никто! Никак укрыла она тебя на время. Но никакое чудо не спасет, если на месте останешься.

— Куда мне идти, Рахшара? — устало выдохнула я. — Некуда мне идти. Здесь мой дом.

В это время с улицы донеслись крики, и я поняла — все, время чудес закончилось.

Переглянулись со старухой. Она закрыла глаза ненадолго, словно прислушиваясь к внутреннему голосу, а после резво подскочила ближе и неожиданно ткнула мне в лоб двумя пальцами. Почувствовала холодок от ее касания. Сначала холодок, но очень быстро он сменился теплом, а после и жаром. Секунда, две, три и Рахшара отступила, сгорбившись сильнее обычного, я же ощутила прилив сил.

— Спасибо, Рахшара, — кивнула я благодарно, поняв, что она только что для меня сделала.

— Больше ничем помочь не могу, — рвано, тяжело выдохнула старуха. — Стара я уже, от былой силы только крохи и остались. Об Оуторе я позабочусь, — заверила она. — Об этом можешь быть спокойна. А больше ни на что уж не годна.

Глава 25

Окинула себя придирчивым взглядом, одернула платье, пригладила волосы. Пора.

Пока спускалась по лестнице, все время вела ладонью по деревянным перилам, ощущала каждую выщерблинку, каждую вмятинку, каждый скол. Тихонько говорила с таверной, просила не засыпать больше, если вдруг со мной что-то случится.

— Оутор — хороший хозяин, — убеждала я мягким голосом. — И Дараха — женщина неплохая. Пусть у них все будет хорошо. Ты уж не бросай их, ладно? А я вернусь! Если сумею — вернусь обязательно. А если нет… служи Оутору верой и правдой, слушай его как меня, помогай во всем, заботься.

На последних ступенях у моих ног закружил теплый ветерок, медленно приобретая видимые черты. Замедлилась, с удивлением рассматривая невиданное явление. У моих ног ластилось… нечто, что каждую секунду меняло очертания, переливаясь из одной формы в другую.

В одну секунду это мелкий зверек, чем-то напоминающий лисенка, а через секунду уже кот, в следующую — змейка.

— Привет, — остановилась, опускаясь на колени рядом со странным созданием. — Ты ведь настоящий хозяин этого места, так? — сразу же догадалась я.

Протянула ладонь, осторожно касаясь неизвестного создания. Рука прошла насквозь, но… нечто замерло, дернулось в сторону моей ладони, словно тоже хотело коснуться…

Крики на улице стали громче. Вскинулась. Большой зал был пуст. Никого, кто бы меня остановил. Но я, Маргарита Романова, не привыкла прятаться от проблем. Не стану и в этот раз становиться за спины тех, кто был ко мне добр. К тому же, я — единственная, кто обладает хоть какой-то силой, способной противостоять тем, кто, уверена, ждет меня снаружи.

Расправила плечи, выпрямила голову и сделала еще один решительный шаг к выходу.

Существо у ног пропало также неожиданно, как и появилось. Что ж, мне остается только надеяться, что оно меня услышало и выполнит мою просьбу.

Дверь таверны поддалась с трудом, словно дом не хотел выпускать меня наружу. Нет, милый, я все решила!

Вышла в вечерние сумерки, оглядывая собравшихся. Перед таверной собрались, казалось, все лайхаширцы, толпа выглядела внушительной. Люди стояли, притихшие, кое-какие женщины плакали, слышались шепотки, но и только. За их спинами на лошадях гарцевали около десятка всадников в темных плащах. Среди них и тот самый «зеленоволосый» незнакомец, решивший меня убить на ярмарке, едва увидев.

Сейчас, впрочем, он поступил ровно также. Стоило мне показаться на пороге таверны, как в меня полетел огромный зеленый сгусток. Никак не успела среагировать, я даже понять толком ничего не успела, как прямо передо мной метнулся мой новый друг, буквально впитывая в себя агрессивный шар.

— Взять ее! — взревел «зеленоволосый», поняв, что его выпад не достиг цели. — Уничтожить!