Выжить. Вопреки всему (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 11

— Не смей мне тыкать, — Эрх махнул свободной рукой и Эльсинора отбросило в сторону. — Ты мне не ровня, бравин! — шагнул он ближе. В правой держал активированный зипун, левую поднял над головой. На ладони загорелся сероватый огонек, небольшой, в форме какого-то жучка. — Знаешь, что это? — спросил, кивая на руку. — Хотя откуда тебе знать? — ответил сам себе. — Это салах, бравин. Как только я отпущу его, он проберется тебе под кожу и станет медленно, но уверенно прогрызать дорогу к мозгу.

Эрх тряхнул рукой, и энергетический жучок спрыгнул с нее, метнувшись к отшатнувшемуся Эльсинору. Мужчина лежал на земле, попытался быстро вскочить, но не смог, не успел. Жучок забрался ему на босую ногу и словно вгрызся в стопу. Эльсинор закричал, я сама едва удержалась от крика, когда увидела, как жучок прогрызает дыру в стопе травника и забирается внутрь. Жучок двигался медленно, но сквозь кожу отчетливо было видно его продвижение. Эльсинор в исступлении бил по своей ноге, стараясь уничтожить жучка, кричал, все же вскочил и заметался по берегу.

— Эрх, — я сглотнула, находясь под огромным впечатлением от происходящего. — Эрх, это бесчеловечно.

— Рандал, — откликнулся страж. — Можешь называть меня первым именем. Совместные пытки… сближают, знаешь ли.

— Останови это, — попросила хрипло, глядя на мечущегося Эльсинора.

— Ты его жалеешь? — удивился страж.

— Останови. Ты сам сказал, что местные не переезжают с острова на остров, Евлеси на Лаоре. Город не такой уж большой, ну сколько здесь работных домов? Два, три?

— Два, три? — повернулся ко мне Эрх. — Да на Лаоре их не меньше трех десятков! Вся работа на островах построена по одной системе. Работные дома — основная статья дохода и Острожья, и бравинов. Женщины не могут выполнять тяжелой работы, ее выполняют мужчины. Остальное же — женская часть и трудятся бравинки в работных домах, как ты догадываешься. Причем, работные дома, это не только и не столько производства, иттани Ораш, — процедил Эрх. — Дома услады тоже входят в категорию работных, так что вполне может быть, что этот бравин продал свою дочь как раз в такое заведение. Все еще жалеешь его?

— Эльсинор! — окликнула мужчину, который метался по темной каменистой почве, не замечая мелких камней под босыми ногами. Судя по движущемуся огоньку, энергетический жучок добрался уже до его голени. — Просто скажите, где ваша дочь и все прекратится! Эльсинор! — шагнула к мужчине, стараясь остановить. — Где ваша дочь? Просто скажите, где она!

— У Бриггса! — выкрикнул травник. — Она у Бриггса на Портовой улице! Уберите от меня эту дрянь! Сейчас же уберите от меня эту дрянь!

— Если ты солгал, — Эрх вытянул руку перед собой, и жучок под кожей Эльсинора замер, остановился на том месте, где и был, примерно в середине голени, — я вернусь и снова запущу его! — пообещал страж. — А пока мой салах побудет с тобой, как напоминание о нашем знакомстве, бравин. Если ты расскажешь кому-то о нашем визите, если вдруг нас начнут искать, салах закончит свой путь. Это будет небыстро, бравин, ты успеешь раскаяться, уверяю тебя!

Глава 11

Работный дом на Портовой улице, которым заведовал Бриггс, отыскать оказалось несложно. Орхиса пришлось оставить на берегу, хоть мне это и не пришлось по душе. Отправлять Эрха одного я не рискнула, хочу вытащить бедную Евлеси с этого ужасного острова. Хочу ее спасти. А Эрх в этом совершенно не заинтересован, не могу ему доверять, никак не могу. Поэтому пришлось идти вместе.

Портовая улица тянулась вдоль пристани, небольшого причала и убегала дальше, мимо небольших темных домиков. Кожа Эрха довольно смуглая, но все равно в нем несложно узнать ирашца, я же и вовсе белая, спрятаться, отличаясь от других настолько сильно, непросто. Пришлось снова мазаться соком той травки, что как-то уже показывал Эльсинор. Измазала лицо, кисти рук, волосы. Натянула пониже на лицо накидку, закрывая яркие глаза и сеточку циани, ярко горящую под кожей.

Эрх на мои приготовления смотрел с интересом, не комментировал, но выражение лица мужчины… оно менялось. Заметила не в первый раз. Эрх словно по привычке иногда был довольно груб, но все же нормальное отношение ко мне у него нет-нет, да и прорывалось. Рандал… его имя. Он сам попросил так себя называть, мы даже обращались друг к другу на ты. Недолго. Углубляясь в городскую застройку, Эрх словно стал самим собой, тем стражем, которого я уже знала.

Работный дом Бриггса — большое вытянутое здание с несколькими входами. Поблизости бродило немало людей. Эта зона, портовая, вообще самая оживленная во всей Лаоре. Куча экипажей, повозок, людей на крэках и пеших. Женщин на улицах меньше, но тоже довольно много. На нас с Эрхом никто не обращал внимания, таких, как мы вокруг было полно, ничем, по сути, не отличались, от других прохожих. Работный дом, что тот муравейник. Зайдя внутрь, оказались просто в водовороте людей. Множество подростков и даже совсем еще детей, молодые девушки и женщины… Ткацкая фабрика — вот что это за работный дом. Большие станки, малые, тюки с шерстью, тюки с какими-то растениями, бочки с краской, крюки, на которых вытянуто полотно, другие — где висит крашеное на просушке. Гомон, вонь, крики…

Обстановка внутри меня оглушила и дезориентировала. Если бы не Эрх, сомневаюсь, что смогла бы найти Евлеси во всей этой какофонии людей, машин, мешанине звуков и запахов. Девушка, на вид совсем еще молодая, сидела согнувшись над огромной корзиной грязной шерсти. Не знаю, как Эрх определил, что это именно она нам нужна, но страж уверенно шагнул к сгорбленной фигурке.

— Евлеси Диарак? — окликнул, тронув за плечо.

Девушка встрепенулась, вскинув на нас ярко-зеленые глаза.

— Да. Откуда вы меня знаете?

Судя по огню в глазах, девушка не сломлена, она подавлена, но дух ее все еще силен.

— Меня зовут Асана, — присела на корточки рядом, представляясь коротким вариантом имени. — Мы из Ирании.

Оглядевшись по сторонам, подтянула повыше рукав, демонстрируя светло-белую кожу.

— Вам нужна моя дочь? — сразу поняла девушка. — Вы приплыли спасти мою Сенночку?

— И тебя, — взяла хрупкую ладонь в свою. — Мы спасем и тебя, Евлеси. Ты можешь отсюда уйти?

— Могу, только ненадолго. Иначе Бриггс рассердится.

— Хорошо. Идем.

— Нет, — остановил Эрх. — Пусть скажет, где дочь и все.

Так зыркнула на стража, что тот сразу же посторонился. Сделал странный жест рукой, и на Евлеси опустилась прозрачная серая сеть, такого же цвета, как и тот жучок, что ждал своего часа под кожей Эльсинора.

— Что это? — зашептала настороженно.

— Исталлах, скрывающий полог. Вы же не думаете, иттани Ораш, что нас никто не задержал и вовсе не обращал внимания просто так? — изогнул бровь Эрх.

— Спасибо, — кивнула благодарно. А ведь я и правда так думала.

Потянула Евлеси за собой, выводя на улицу. Спешно отошли немного от входа в работный дом. Эрх уверенно вел нас к другому строению — невысокому приземистому домику, в тени которого мы замерли.

— Так где твоя дочь? — грубовато обратился к бравинке страж.

— Она у иттани Далиры. Иттани согласилась забрать мою дочь, чтобы отец… чтобы он не смог ее продать.

— Эта иттани Далира, она далеко живет? Идемте скорее к ней, заберем твою дочь! Сьяли и Дорга Диарак — родители твоего мужа, они очень хотят забрать к себе внучку.

— Да, да, я понимаю, — закивала Евлеси. — Идемте.

— Евлеси, — остановила я ее. — Мы можем забрать и тебя, если хочешь. Если ты согласна покинуть Острожье.

— Меня? — глаза девушки загорелись надеждой.

— Да. Тебя ведь здесь ничего не держит?

— Иттани Ораш, — дернул меня Эрх. — Мы должны привезти только ребенка, — зашипел он.

— Бросьте, Рандал! — отмахнулась нетерпеливо. — Конечно же, мы заберем Евлеси. Если хали Диарак по какой-то причине не захочет о ней позаботиться, Евлеси сможет пожить у меня.

— Это глупо! Лишний риск!