Выжить. Вопреки всему (СИ) - Кобзева Ольга - Страница 25

Как бы то ни было, несмотря на все сложности, я радовалась каждому дню. Училась радоваться простым вещам, тому, что сплю на кровати, например, а не на полу на тюфяке. Тому, что на моем столе есть еда, тому, что мне есть с кем поговорить.

Жарих так и приходил каждый день, хотя работы для паренька у меня уже не осталось. Точнее, она была, конечно. В собственном доме, долго стоявшем пустым, работы хоть отбавляй. Только вот монет на материалы и мебель нет. Жарих от скуки даже посадил что-то на моем участке, прямо за домом. Сам ухаживал, поливал, окучивал, пока я пропадала у наставника.

Я испытывала благодарность к этому пареньку за все, что он делал для меня, за то, что был рядом в очень сложный период, не оставил одну. Долго думала, как его отблагодарить. Красчи — это, конечно, хорошо, но сегодня они есть, а завтра нет. А вот образование — другое дело. Как-то поинтересовалась у хали Варлаха, сколько может стоить обучение в Академии для неодаренного. Сумма приличная.

Обучение длится от года, оборота, как сказал бы местный, до пяти. От времени зависит и стоимость. Но и результат тоже. За год невозможно получить даже самую простую профессию, нужно учиться не менее трех лет.

Помнится, эфет Даорсах упоминал, что хали Диарак захочет меня отблагодарить за спасение внучки, вот на эти монеты я и рассчитывала. Как только получу — оплачу обучение Жариха в академии. Даже если придется потратить все до единого красча!

— Это глупо, иттани Ораш, — отозвался эфет, стоило мне выдать ему свои планы. Дело в том, что как только Орхис решит, что может оставить новенького шэрха с его яйцом одних, мы улетим в горы. Так что я решила попросить эфета заранее, чтобы он отправил Жариха учиться, как только придет вознаграждение от хали Диарака. — Глупо отдавать все средства на обучение какого-то мальчишки. Вам следует подумать и о себе! Вам нужно найти спутника, иттани, и как можно скорее. Очевидно, что вы сами не способны позаботиться о себе!

— Благодарю за ваше искреннее участие, эфет Даорсах, — не повела и бровью в ответ на его реплику. — Обязательно подумаю над вашими словами. А пока все же прошу выполнить то, о чем договорились.

— Отправлю я этого паренька в академию, не переживайте! — отмахнулся эфет. — Но все же считаю, что это необдуманно и глупо так разбрасываться единственными средствами к существованию!

В труху в эти дни я не ходила, некогда было, да и не хотела Орхиса тревожить лишний раз. Очень уж он ревниво отнесся к моему отношению к тому шэрху. Я даже имя птеродактилю не дала, видя реакцию друга. А вот сегодня потянуло. Закончив занятие у хали Варлаха, не стала нигде задерживаться и едва ли не бегом помчалась в труху. Кажется, я знаю, что произошло, почему меня так тянет в это место. Еще по дороге почувствовала взволнованное состояние Орхиса. А, прибежав, убедилась в своих выводах.

Так и есть, птенец вылупился.

Возле загонов был и Даркер с помощниками. Хран и Орхис, широко расставив крылья, не подпускали никого ближе. Шэрхи вели себя не просто агрессивно, очевидно враждебно.

Даркер, завидя меня, безумно удивился.

— Как вы так быстро добрались, итани Ораш? Мы ведь только послали за вами, — развел он руками.

— Я не встречалась с посыльным, хали Даркер, — отозвалась взволнованно. — Меня позвал Орхис.

Подошла ближе, первым делом обнимая друга. Мне было жутко любопытно посмотреть на птенца, но и по Орхису за эти дни я очень соскучилась, мы почти не виделись все это время. Храну тоже перепала толика ласки, малая совсем, чтобы крылатый ревнивец не начал нервничать.

— Меня-то пустите? — улыбнулась грозным стражам.

Изнутри загонов послышался тихий тонкий клекот. Птенец. Широкая улыбка сама наползла на мое лицо. Орхис посторонился, пропуская меня внутрь.

От того, что два шэрха, широко расставив крылья, загораживали единственный проем, внутри царил полумрак. Медленно прошла внутрь. Шэрх смотрел на меня, пригнув шею. Он тоже расставил крылья, загораживая свое сокровище. Но, стоило мне подойти ближе, убрал одно крыло, открывая своего детеныша.

Не сдержала восторженной улыбки. Малыш был ростом со среднюю собаку. Такой же длинный клюв, как у родителя, такой же острый, шипастый хвост. Смешные крылышки, совсем крохотные передние лапки. При виде меня малыш замер, а после клекотнул что-то, забавно выгибая шею.

— Можно я дам ему имя? — посмотрела на взрослого шэрха. — И тебе тоже, если ты не против.

Шэрх благосклонно кивнул.

— Хэш! — издал он вдруг резкий звук, совсем не похожий на клекот.

— Хэш? Ты хочешь такое имя?

Шэрх повернул голову, явно выражая свое согласие.

— А детеныш? — сделала еще шаг, медленно поднося ладонь к головке с мягкими розоватыми перышками. Осторожно коснулась, поглаживая подушечками пальцев. Птенец прикрыл глаза и довольно что-то клекотнул.

«Сах!» — раздалось у меня в голове. Обернулась на Орхиса, вопросительно поднимая брови. Дождавшись утвердительного кивка, вернула внимание Хэшу.

— Сах, — предложила одновременно и детенышу, и Хэшу. — Подходит?

Хэш посмотрел на Орхиса, раззявил широко пасть и издал тонкий звук, не похожий на слышанные мною от этих зверей ранее. Орхис, чуть помедлив, издал похожий. В тот момент я не поняла, что происходит. Об этом друг мне рассказал, точнее показал позже, уже в горах.

Шэрхи живут стаями и, как и в любом обществе, у них есть вожак. Самый сильный, самый смелый, самый одаренный, готовый пожертвовать собой ради стаи — серсит, как называют таких шэрхов ирашцы. К мнению серсита прислушиваются, его решения не оспариваются, его участие в судьбе сородичей считается честью. Орхис — серсит своей стаи.

Глава 25

Дорога в горы заняла три дня. Орхис не стал разрезать пространство и перемещаться мгновенно, друг хотел, чтобы я запомнила эту дорогу и могла найти его дом, дом его стаи.

Это были чудесные три дня. Почти вся дорога пролегала над лесом, но и над морем мы тоже пролетали. Орхис опускался так низко, что задними лапами касался воды, обдавая нас обоих легкими брызгами. Охотился, на полном лету ныряя под воду и хватая там крупную рыбину. Я визжала как сумасшедшая, чем раззадоривала его еще больше. Орхис прекрасно чувствовал мое состояние и точно знал, что я не боюсь, что я счастлива!

На ночь не останавливались. Орхис летел все дальше, а я дремала прямо на его спине. Специальные сидения вполне позволяли немного отдохнуть.

Последний участок самый глухой. Не знаю, как именно шэрхи попали в этот мир, но местечко для их проживания нашлось очень уединенное. Мы миновали длинную полосу пустыни, сменившуюся степью с редким низким кустарником, а вот сразу за степью началась горная гряда, тянущаяся на несколько километров в даль.

Горы было видно издалека, но только подлетев ближе, я сумела оценить их красоту в полной мере. Приблизившись поняла, что это не классическая горная гряда, как я ее себе представляю. Эта горная гряда, раскинувшаяся в долине реки, представляла собой не непрерывную цепь, а несколько десятков отдельно стоящих скал. Высотой от двухсот-трехсот метров до нескольких тысяч. Орхис с гордостью показывал мне место, где родился и вырос. Птеродактиль пролетал над горами, громким криком оповещая о своем прибытии.

Нам навстречу вылетали десятки шэрхов. Они поддерживали крик Орхиса, паря рядом с нами. Шэрхи радовались возвращению Орхиса. Игриво толкались боками, пролетали рядом с нами, и сверху, и снизу, кружили вокруг. В какой-то момент шэрхов вокруг стало так много, что всех их невозможно было окинуть взглядом.

Мы пролетели вдоль реки, час или даже больше понадобился на то, чтобы Орхис показал мне всю долину. А потом… состояние друга резко изменилось. Его источник завибрировал часто-часто, Орхис был безумно взволнован. Сложив крылья, друг ринулся к земле. Там, неподалеку от входа в пещеру на земле лежал молодой шэрх.

Орхис опустился на землю, выстилая крыло, чтобы и я могла спуститься вниз. А сам не спускал глаз с молодого птеродактиля. Тот заволновался, поднялся на задние лапы, шагнул в нашу сторону.