Пустой I. Часть 1 (СИ) - Скабер Артемий - Страница 22

Когда убедился, что всё в порядке, спрыгнул с высоты. Ещё одна моя тренировка, которую я добавил. Поначалу болели колени и ступни, но с болью пришло и понимание, как это делать правильно. Порой очень полезно быстро прыгнуть на добычу и не повредится.

Не заметил, как вернулся в свои руины. Огляделся и улыбнулся. Теперь они казались такими… спокойными. Тут я только забираю камни, да ращу шмыгов. Теперь у меня на примете целых три гнезда.

Основная охота в других руинах, как и поиск артефактов, которых я пока так и не нашёл.

Потянулся. Всего середина дня, а моя норма уже готова. Я сдал девять камней, осталось донести последний и получить лепёшки. Подошёл к знакомой колонне и забрал куртку отца.

Ходить по деревне без неё опасно. На моём теле добавилось слишком много шрамов, к тем, что уже были. И чтобы не вызывать подозрения, даже когда тепло я в куртке. Все считают, что потому что сирота скучает по родителям. Вот и хорошо, пусть так и думают.

Поднял последний камень и понёс его к месту сдачи. В голове мелькнула мысль, что у меня должно было быть день рождения. Как раз в конце сезона ветров. Мне уже тринадцать лет. За это время я подрос и сильно исхудал.

Сначала я переживал об этом, думал, что зерно меня ест, но потом понял настоящую причину. Тренировки и мое расписание. Я всегда на пределе и сплю лишь несколько часов. А для остальных, я просто наконец-то начал работать и не отлынивать.

Положил десятый камень у ворот. Золтан стоял там же. Палка за поясом, руки скрещены на груди. Лицо, как обычно, недовольное.

Я заставил плечи бессильно опасть. Маска усталости липла к лицу вместе с потом, который я лениво размазал по лбу тыльной стороной ладони. На самом деле мог притащить ещё пять или даже десять.

Золтан подошёл к куче. Присел. Смотрел на камни долго, молча. Потом поднялся.

— Откуда? — спросил он.

— Из руин, — ответил я. Голос ровный, тихий.

— Где именно?

— У колонны. Той, что лежит.

Золтан подался вперёд, нависая так низко, что его лицо оказалось почти вплотную к моему.

— Глубже ходишь? — спросил он.

— Нет.

— Следы видел? Чужие?

— Нет.

— Звери?

— Шмыги. Шалхи. Как всегда.

— Что-то находил?

Мотал головой и ждал когда Золтан выпрямился. Палка вышла из-за пояса медленно. Он постучал ею себе по ладони. Раз. Два. Смотрел на меня сверху вниз.

— Камни стали крупнее, — сказал он. — Раньше мелочь таскал. Теперь — нормальные.

Я молчал. Считал крупицы камня в серой пыли у носков своих сапог, заставляя шею окостенеть.

— Отвечай, — повысил голос Золтан.

— Научился колоть лучше, — ответил ему сбивчивым голосом. — Трещины вижу. Бью точнее.

Он замолчал. Я не поднимал головы. Плечи ссутулены, руки вдоль тела. Пустой. Слабый. Такой, каким они меня видят.

— Проверяющий скоро будет, — бросил Золтан. Голос стал тише, но не мягче. — Вирг. Помнишь его?

Я кивнул.

— Он проверит всех. Кто вырос, кто нет. Кто врёт, кто правду говорит.

Золтан шагнул ещё ближе. Палка легла мне на плечо и ей нажали.

— Если ты что-то скрываешь, — сказал он медленно, — он увидит. И тогда… — палкой надавили сильнее. — Тогда карать тебя будет он.

Я не дёрнулся и не отступил. Просто стоял. Я обрушил все усилия на то, чтобы дыхание оставалось поверхностным и рваным. Пусть видят загнанного щенка, а не затаившегося охотника. Золтан убрал палку. Сплюнул рядом с моей ногой.

— Стой здесь, — сказал он. — Не уходи.

Он развернулся и пошёл к центру деревни. Я остался у ворот. Смотрел ему в спину. Скрипнул зубами и тут же подавил ярость. Спрятал её, как обычно, поглубже.

Камни ему стали большими… Я не ошибся и не привлёк к себе лишнее внимание. Просто в какой-то момент они перестали принимать мою норму. Говорили, что даже дети могут принести больше, так ещё били. Золтан увеличивал свои наказания: тридцать ударов палкой, сорок, пятьдесят.

После этого мне приходилось отлёживаться дома. Тело не справлялось с нагрузкой и ранами. Возвышение словно замирало, и я как будто начинал сначала. Убирал ночные вылазки, перестал тянуть энергию неба.

Я не глуп, чтобы показывать свою силу, мне просто не оставили выбора, а теперь удивляются этому.

Но они что-то подозревают. Поэтому Золтан грозился, что проверяющий поговорит со мной. Вот только я думаю, это всё враньё. Из того, что я знаю, Виргу плевать на нас. Тем более на какого-то пустого и сироту из деревни.

Не прошло и сотни пульсаций, как Золтан вернулся и не один. Рядом с ним шёл Тарим. Старейшина остановился в трёх шагах. Руки за спиной. Лицо спокойное, почти доброжелательное.

— Рейланд, — сказал он мягко. — Как поживаешь?

Как обычно, я не ответил, голова вниз. Выказываю покорность.

— Золтан говорит, ты хорошо работаешь, — продолжил Тарим. — Норму выполняешь. Камни качественные. Молодец.

Он шагнул ближе. Наклонился чуть вперёд, будто хотел рассмотреть меня лучше.

— Но знаешь, что меня беспокоит? — голос остался мягким, но в нём появилось что-то острое. — Ты слишком тихий. Слишком послушный. Раньше ты огрызался. Смотрел исподлобья. А теперь… — он выдержал паузу. — Теперь ты как камень. Молчишь. Работаешь. Не жалуешься.

Тарим выпрямился. Руки вышли из-за спины. Одна легла мне на плечо. Я почувствовал давление его ладони. Не просто прикосновение, а вес. Девятая ступень.

— Это хорошо, — сказал он тихо. — Или плохо?

Рука сжала плечо сильнее. Пальцы впились в мышцы. Боль прошла вниз, до локтя. Врос в землю и сфокусировался на камне под ногами.

Тарим отпустил, отошёл на шаг.

— Мне кажется, что ты что-то замышляешь против нас. — сказал старейшина. — А ведь мы тебя не бросили, когда твои родители… Так ещё и растили тебя, заботились, а ты…

— Неблагодарный, — поддакивал помощник.

— Золтан, — бросил Тарим через плечо. — Напомни ему, что будет с теми, кто идёт против своих.

Палка взлетела. Я не кричал. Зубы сжал, губы закусил до крови. Считал удары. Золтан остановился на пятнадцатом. Пришлось даже упасть на землю и сжаться, чтобы они не раскрыли меня.

— Встань, — сказал Тарим.

Ждал.

— Встань, — повторил Тарим громче.

Я упёрся ладонями в землю. Поднялся на колени. Потом на ноги, покачнулся. Опустил плечи, ссутулился, пряча глаза. Тарим подошёл. Поднял мой подбородок двумя пальцами. Заставил смотреть на себя.

— Запомни, — сказал он тихо. — Проверяющий приедет через три дня. Ты будешь на площади, как и все. И если он увидит что-то… странное…

Его пальцы сжали подбородок сильнее. Я кивнул. Тарим отпустил. Развернулся и пошёл обратно в деревню. Золтан бросил мне лепёшки и последовал за ним. Пришлось ещё поизображать из себя побитого.

Когда они скрылись, хмыкнул. Теперь эти пятнадцать ударов выглядят чем-то незначительным. А ведь когда-то я даже подняться не мог. Не знаю, с чем это связано, может, кожа стала грубее, либо тело привыкло.

Зерно… вот настоящая причина и то, что я развиваю его в балансе с телом. Выдохнул. За это время я так и не понял, чего добивается Тарим. Чтобы я был в руинах? Так я там. Быть примером для остальных, что с ними случится в случае неповиновения?

Главное, что они не знают про зерно, иначе уже бы убили. Они хотят, чтобы я ошибся? Не дождутся.

Я побрёл прочь, намеренно заваливаясь на левый бок и волоча ногу. Каждый шаг отдавался фальшивой болью. Но внутри, под слоями навязанной слабости, моё зерно ровно и мощно гнало тепло по жилам. Я шёл, сутулясь под взглядами деревенских.

Прошёл мимо дома Марты. Она сдержала слова, больше не подходила ко мне и не помогала. Айна тоже держалась подальше. Сначала меня это задело, что последняя семья в деревне отказалась от меня. А потом просто принял. Я один. Так даже проще.

Проверяющий пришёл на третий день, как и обещал Тарим. Обычно я не заставал этот момент, потому что работал постоянно. Сначала даже думал спрятаться и уйти в руины. Но я очень хочу узнать свою ступень зерна точно и какие характеристики. У меня даже есть план для этого.