"Фантастика 2026-88". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Arladaar" - Страница 223

— Какой должок? — насторожилась Тайка.

— Не боись, дурного не попрошу, — болотница спрятала бисерный браслетик под обмотками из водорослей. — Решайся: тебе все равно без меня не справиться. А больше никто из наших не поможет.

Тайка, вздохнув, протянула ей лукошко.

Болотница не подвела: все сделала, как обещала.

Пир удался на славу. Тайка все боялась, что угощения будет маловато, но оказалось, что потчевать гостей Мокша и не собирался — все сожрал сам. Болотники, болотницы и маленькие болотнята смотрели на своего царя голодными глазами, но не перечили.

А тот знай нахваливал Тайкину стряпню:

— Ай да ведьма! Вот удружила! Пальчики оближешь. Сознавайся, али секрет какой знаешь? Почему у моих стряпчих так вкусно не получается?

Тайка пожала плечами:

— Может, все дело в соли? Без нее любая пища пресная.

— А ну, покажь мне эту соль! — Мокша стукнул кулаком по пню, служившему ему столом.

Пришлось отдать весь мешочек.

Хозяин болот щедро высыпал горстку на ладонь, лизнул и поморщился:

— Бе-е, гадость какая! Ты что же, насмехаешься, негодная?

— Да нет же! — от возмущения завопила Тайка так, что подкравшиеся к ней болотнята в ужасе отпрянули, и, покраснев, добавила уже спокойно: — Ну кто же чистую соль просто так ест? Тут по-другому надо.

Она сняла с палочки едва поспевшего на огне карасика, щепоткой сдобрила поджаристый бочок и протянула Мокше на тарелке из листка кувшинки.

— Отведай-ка, хозяин волшебства.

Тот придержал корону, которая то и дело норовила свалиться с макушки, и отправил рыбку прямиком в пасть, вместе с головой и хвостом. Чавкнул, погладил себя по огромному животу, вытащил из зубов кость и одобрительно квакнул:

— Вкусно! Будешь моим поставщиком соли, ведьма. Чтобы ломился царский стол.

— Только это будет уже второе задание, — ввернула Тайка, отмахиваясь от вновь осмелевших болотнят: самый шустрый все-таки успел дернуть ее за косу.

Мокша нахмурился (подданные дружно задрожали), привстал… а потом, расхохотавшись, хлопнул себя по брюху так, что то аж загудело:

— Во дает, а? Ох, и хитра… нет, через сто лет точно женюсь! Значится, теперь каждый год по весне с тебя пуд соли причитается. Но не радуйся до срока, осталось ведь последнее, третье испытание…

Тайка ожидала чего угодно: ручьев с мертвой водой, огненных рек, кислотных дождей, ужасных чудовищ… но все оказалось намного проще.

— Потерял я одну вещицу, — прогудел Мокша, — а может статься, украли ее у меня. Ежели сможешь найти ее да вернуть — так и быть, помогу я тебе.

— И что же это за вещица? — Тайка затаила дыхание.

— Царское зерцало, — сложно было представить, что получеловечье-полужабье лицо Мокши может выглядеть таким мечтательным. — Лишь оно способно отразить мою истинную красоту.

Ох, спасибо тебе, Майя, удружила так удружила!

— Это, что ли? — Тайка вынула из кармана зеркальце.

Мокша схватился за сердце, потом за голову и издал нечленораздельный квакающий звук.

В тот вечер, как ни старайся, от него больше нельзя было ничего добиться: хозяин всего волшебства любоваться собой изволили.

Наутро Мокша пригласил Тайку в свои наземные палаты — небольшую пещеру на склоне холма. Воды в ней было всего-то по пояс, зато вход украшали две живописные коряги, покрытые мхом и мясистыми грибами. Своды пещеры все сплошь поросли кальцитами, на выступах светились гнилушки, а меж ними нашлось место для тысячи других безделушек: от древних монет и драгоценных каменьев до гнутых ложек и пуговиц от джинсов. Царский трон по центру круглой залы был каменным и походил больше на диван: Мокша забрался на него с ногами (ступни у него оказались совсем жабьи).

— И как же ты, ведьма, дошла до Непуть-ручья и жива осталась?

Под его испытующим взглядом Тайка поежилась:

— Врать не буду, но и правды не скажу. Секрет это.

— Выходит, помог кто-то… — Мокша томно потянулся на своем троне-диване. — Ну да ладно, потом разберусь. А тебе дам я торфа болотного. Тут за столетья землица настолько дивьим духом пропиталась, что хранит в себе силу колдовскую. Потому и не иссякает мощь моих болот. Пусть каждый положит горсточку в мешочек и повесит на шею, али куда еще, и носит, не снимая. Тогда вернется волшебство.

— И как же я всю эту землю с собой унесу? — Тайка в ужасе представила себе, как она с тяжелой ношей по кочкам прыгать будет.

— Мои подданные доставят. Прямо к дому. А ты уж, смотри, не забудь: чтоб обратно мешок, доверху груженный солью, вернулся. По рукам?

Мокша протянул ей перепончатую ладонь, которую Тайка с облегчением пожала.

Обратный путь не задался. Вроде и шла по солнышку, а все равно заблудилась. Вокруг простирались черные топи, ноги скользили по кочкам, Гринина палка выскользнула из рук и ухнула в вонючую воду. Тайка думала вернуться по своим же следам, только их уже и видно не было.

— Ау, хозяин волшебства?!

Никто не отозвался, лишь пузырь болотного газа вырвался неподалеку.

— Марфа?! — снова тишина.

Так бы и сгинула Тайка, если бы не вспомнила про перо симаргла. Только бы помогло!

Она положила перо на ладонь и дунула что было мочи.

— Вьюжка, выручай!

Вдруг откуда ни возьмись налетел ветер, вспенил темные воды и сбил Тайку с ног. Падая, она услышала хлопанье могучих крыльев и в последний миг успела вцепиться в белоснежный загривок симаргла. Пес, казалось, появился прямо из воздуха.

— Спасибо, хороший мой…

Она вскарабкалась на широкую спину своего спасителя, прижалась щекой к мохнатой шкуре и закрыла глаза. А очнулась уже возле калитки собственного дома. Без одного сапога — зато живая.

— Ура! Ведьмушка вернулась! — Гриня сгреб ее в охапку первым, оттеснив и Майю, и даже домового Никифора.

Пушок спикировал Тайке на макушку, по обыкновению свесив пернатый хвост прямо на лицо. Он даже сказать ничего не смог, просто закурлыкал-замурчал, обнимая ее крыльями.

Из кустов высунулась любопытная кикимора Кира и ее охочие до яблок подружки. Под крыльцом в тенечке устроился кудлатый банник Серафим. Овинники и луговики расселись на перилах рядком, как воробьи на проводах. Домовой Арсений — умытый и трезвый — держал в лапках блюдо с пирожками. В траве тоже кто-то шебуршился. Да что там говорить, даже Яромир был тут, хоть Тайка и не сразу заметила его в тени под сливой. Куда ни глянь, всюду виднелись знакомые лица, смотрящие на ведьму-хранительницу с надеждой.

— Получилось! — Она предвосхитила еще не заданный вопрос. — Завтра будем раздавать волшебство. Майя, поможешь мне мешочков нашить?

Она взяла у Сеньки пирожок. Потом еще один. И еще. Шутка ли — три дня на одних ягодах в болотах жить.

— Знаешь, а ведь встретила я твою сестрицу Марфу, — Тайка раскатала по столу цветастый ситчик в голубых тонах.

Ножницы у Майи в руке дрогнули.

— И как она?

— Плохо… — Тайка вздохнула. — Просила передать, что ты была права. И что поздно: ее уже не спасти — вконец заболотилась.

Майя, шумно втянув воздух, сделала на ткани аккуратный надрез.

— Это мы еще посмотрим! Я ее найду.

— Для этого в Мокшины топи зайти придется, и довольно далеко. Не так-то это просто, уж поверь мне…

— Не сложнее, чем обменять соль на землю, правда? — покачала головой мавка.

Заготовки для мешочков у нее получались ровнехонькие, не то что у Тайки. В полной тишине она вдела иголку в нитку. Стежочек ложился к стежку, а Майя молчала так, что, казалось, воздух вокруг звенел. Тайке вдруг стало очень стыдно:

— Знаешь, я ведь задолжала Марфе. Без нее ни за что не справилась бы… и косточек бы в Непуть-ручье не нашли.

На глаза мавки навернулись слезы.

— Узнаю мою добрую сестрицу… в этом и есть вся соль, ведьма. Жить на этой земле, помогать тем, кто нуждается в помощи, — вот наше самое главное волшебство. Такое по мешкам не разложишь, оно только здесь запрятано, — Майя приложила ладонь к груди.