Наследница иллюзии (ЛП) - Тейлор Мэделин - Страница 1

Наследница Иллюзии

ОСТРОВА ВЕРРАН

КНИГА ПЕРВАЯ

МЭДЕЛИН ТЕЙЛОР

Авторское право © 2025 принадлежит Мэделин Тейлор

Все права защищены.

Обложка: Moonpress Designs.

Редактор: Мэдди Лезерман (EJL Editing).

Предупреждение о содержании

Насилие. Ненормативная лексика. Сексуальный контент. ПТСР. Упоминания самоповреждения. Упоминания груминга. Суицидальные мысли. Удушение. Утопление. Эмоциональное и физическое насилие. Убийство. Попытка сексуального насилия. Нежелательные прикосновения. Злоупотребление властью. Описания горя.

Для Кэролин,

думаю, тебе бы это понравилось.

Глава 1.

Я держу голову своего любовника в ладонях, желая разбить её о паркетный пол.

Мои пальцы скользят по гладкому мраморному бюсту, находя его холодным и неподатливым. Совершенное сходство. Поднося его лицо к своему, я ищу в его пустых глазах какое-нибудь объяснение или извинение. Но единственное послание, которое он предлагает, гравировка на основании.

Да здравствует король.

Я ставлю бюст обратно на подставку, улыбаясь, когда замечаю тёмно-красный след, который оставила на его щеке. Кровь на моих руках сегодня ночью — вина Бэйлора, и вполне справедливо, что она запятнает и его.

Оглядываясь по аптеке Дэрроу, я замечаю, что с моего последнего визита здесь мало что изменилось. Он заменил люстру на какое-то обсидиановое чудовище. Его осколки отражают лунный свет на каждую поверхность. По всему магазину появились несколько новых зеркал, доводя их общее число до двенадцати, и я замечаю ряд так называемых целебных кристаллов, которые он сбывает своим клиентам.

Затерявшись в этом море блестящих безделушек, трудно понять, куда смотреть.

Но в этом и заключается гений Дэрроу.

Он даёт своей аудитории очевидного шута, отвлекая её излишеством и тщеславием. Он никогда не позволяет им увидеть остроту своих зубов или проницательность взгляда, пока не становится слишком поздно.

Потолок поскрипывает в ровном ритме, пока я слушаю его беспокойную ходьбу наверху. Несмотря на то что он владеет изысканным загородным поместьем, Дэрроу чаще всего ночует здесь. Полагаю, это как-то связано с тем, что, в отличие от его сельских соседей, поместье Дэрроу было куплено, а не передано по наследству, и его деньги были заработаны, а не унаследованы.

Хотя это может быть и близость городских борделей, удерживающая его здесь, в Солмаре. Мне говорили, что он там частый гость.

Я колеблюсь, позвонить ли в колокольчик, чтобы оповестить его о своём присутствии, или просто опрокинуть его дорогой бюст королевского лица. Наблюдать, как голова Бэйлора разбивается на мелкие кусочки, несомненно, подняло бы мне настроение.

Сдерживая свои более разрушительные порывы, я тянусь к колокольчику. Большинство людей не ценят поздние визиты с моей стороны. Обычно они заканчиваются кровопролитием, как и моя предыдущая встреча сегодня ночью. Но если бы Делла знала, что я здесь, она бы хотела, чтобы я хотя бы попыталась вести себя цивилизованно — опасное занятие для кого-то вроде меня.

В тот момент, когда звон колокольчика разносится по тёмной комнате, движения Дэрроу наверху прекращаются. Проходит несколько секунд, прежде чем его мягкие шаги направляются к лестнице. Вероятно, он думает, что движется тихо, но мой слух значительно превосходит его.

Дэрроу спускается по лестнице с небрежной улыбкой, тщательно нарисованной на его лице. Несмотря на поздний час, он всё ещё одет в изысканный костюм из бархата, расшитый золотым филигранным узором. Ни один из его медово-светлых локонов не выбивается из причёски — каждый из них ложится на плечи так, что идеально подчёркивает чёткие черты его лица.

Невозможно не восхититься безупречностью его фасада.

Смех вырывается у меня при виде украшенного драгоценностями кинжала, заткнутого за пояс его брюк. Будто это было бы для меня чем-то большим, чем лёгкое неудобство. Его взгляд сужается, когда он ищет источник звука. Хотя его карие глаза скользят по тому месту, где стою я, он не способен меня увидеть.

Как рейф, я могу исчезать по собственной воле.

Это чрезвычайно редкий вид магии иллюзий, который делает меня ценным активом. Или грозным врагом. Ещё до войны, возведшей Бэйлора на трон, до исчезновения Богини Иллюзий, мой тип магии не был распространён.

— Покажись, — требует Дэрроу, и лишь лёгкий оттенок страха пробивается в его жёстком тоне.

Закатив глаза, я рассеиваю иллюзию. Если его и шокирует моё появление в его лавке, он быстро скрывает это за обаятельной улыбкой. Я делаю вид, что не замечаю, как он вынимает своё нелепое оружие.

— Леди Айверсон, — мурлычет он, спускаясь с последней ступени. — Чем обязан этому неожиданному визиту любимого питомца?

Питомец — ласковое обращение короля ко мне. Когда я впервые переехала жить к королю Бэйлору, он начал называть меня своим маленьким питомцем. Тогда мне казалось, что это мило, но это было до того, как я поняла, что это имя — отсылка к тому, как он надел на меня ошейник и приручил.

Выяснилось, что я была последней, кого посвятили в эту шутку.

Сохраняя лицо непроницаемым, я выдерживаю взгляд Дэрроу, не давая ему той реакции, на которую он рассчитывает. За спиной короля его подданные часто выплёвывают это слово мне в лицо. Подобно Дэрроу, они используют его жестоко, превращая в оскорбление.

— Возможно, вам требуется моя помощь в сложном деле? — спрашивает он, и соблазнительная ухмылка тянет его полные губы. — Уверяю вас, миледи, вы окажетесь в чрезвычайно надёжных руках.

В ответ я дарю ему свою самую сладкую улыбку, ту, что обычно предназначена моему хозяину, прежде чем небрежным движением руки сбрасываю бюст короля на пол. Слушать, как он разбивается, оказывается столь же приятно, как я и надеялась.

— Ой. — Я пожимаю плечами, и моя улыбка становится злой. — Прости за это, Дэрроу.

Он вздыхает, безучастно глядя на осколки мрамора, рассыпанные по паркету.

— Жаль. Казалось бы, к этому времени король уже должен был приучить тебя к порядку.

Проходит всего секунда, и моё лезвие уже у его горла. Его рука, всё ещё сжимающая собственный кинжал, поднимается инстинктивно, но я быстро хватаю его за запястье и прижимаю к прилавку рядом с нами. Хотя его тело напряжено, выражение лица остаётся скучающим, словно его текущее положение ничуть его не волнует.

Я цокаю языком, качая головой в притворном разочаровании.

— И это ты так разговариваешь с рейфом Его Величества?

Люди так часто называют меня питомцем, что забывают, для чего меня обучил мой хозяин.

Он сохраняет спокойное выражение, но его лицо слегка бледнеет, когда он рассматривает мой вид. При дворе я одета для соблазнения, в откровенные платья из шёлка и атласа. Но сегодня на мне брюки и рубашка с длинными рукавами из прочной кожи, а мои длинные рыжие волосы заплетены в простую косу, свисающую по спине. Под тёмным плащом он без труда различает блеск оружия, закреплённого на моём животе и бёдрах. И кровь под моими ногтями, безусловно, добавляет нужный эффект.

Он тяжело сглатывает, когда его взгляд опускается к рубиновому ошейнику у меня на шее.

— Он послал тебя сюда за мной? — тихо спрашивает Дэрроу.

Справедливый вопрос. Король часто отправляет меня убивать своих врагов. Этим я и занималась до того, как пришла сюда. Я качаю головой, отгоняя эхо отчаянных мольб человека, которого я убила сегодня ночью. Отсекая эмоции, я заставляю себя сосредоточиться на настоящем.

— А должен был? — спрашиваю я. — Ты ведь не занимаешься здесь ничем незаконным, Дэрроу?

— Ну же, леди Айверсон. — Его игривая улыбка возвращается, хотя выглядит уже не так убедительно. — Я бы никогда не проявил неуважения к Его Величеству.