Не продавайся 2 (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 9

— Ты чудовище…

— Разве чудовище стало бы предлагать тебе вообще какие-то варианты? — я вскинул бровь.

— Оба дерьмовые?

Я лишь развёл руками — мол, что есть, то есть.

— У меня не дерьмовый вариант — это опция только для своих, — я подмигнул. — Или ты готов выслушать?

У Жилы хоть и было три класса образования в лучшем случае, но куда я клоню, пацан понял сразу.

— Говори…

Перед тем как продолжить, я перевёл взгляд поочерёдно на своих пацанов и кивком показал обоим идти к машине и ждать меня там. Оба, видно, что не хотя, но сделали ровно то, что я прошу.

Я дождался, пока Рашпиль и Игорь отошли к тачке, и вернул взгляд на Жилу.

— Я выворачиваю всё так, будто ты лицо не уронил, а перевёл в нормальную плоскость и всё порешал так, что никто никому не оказался должен. А Самату ты тогда в уши нальёшь, что непонятка была со мной — личная. Я подтвержу.

Жила внимательно слушал, аж замерев. Тот расклад, который я ему предлагал, по сути означал, что он выйдет сухим из воды. И мало того, сухим, так ещё и уважение у пацанов заслужит.

— И за это я даю тебе выход к Самату? — уточнил он.

Я широко улыбнулся и медленно покачал головой.

— Не, Жила, не угадал — это условие было на прошлый раз, когда мы с тобой на заброшке договаривались. Сейчас оно уже по умолчанию. А теперь ты столько делов наворотил…

Вот тут пацан завис по-настоящему. Просто внутри у него всё сбилось на секунду. Я предлагал ему вариант, при котором он мог забыть события двух последних дней, как страшный сон. Я видел, как у него дёрнулся язык. Но экземпляр он был упрямый и потому снова попытался сопротивляться.

— Ты не выкупаешь вообще, куда лезешь.

— Это ты не выкупил, куда пришёл, — сказал я.

Он попробовал ещё раз собрать остатки лица.

— Думаешь, ты сейчас умный самый? Думаешь, если фары включил и двух своих притащил, уже вверх залез?

— Я думаю, что ты уже вниз поехал, — ответил я. — И сейчас от тебя зависит, как глубоко.

Жила со скрипом стиснул зубы.

— Самат меня за это… Ты не понимаешь… — выдохнул он.

— Нет, это ты понимаешь слишком хорошо, — сказал я.

И дальше я сделал то, чего он явно не ждал.

— Не хочешь — не надо, — сказал я спокойно. — Значит, останешься с этим сам.

Он резко поднял на меня глаза.

— В смысле?

— В прямом. Всего хорошего.

Я сделал шаг в сторону, будто разговор для меня уже правда закончился. И вот тут его перемкнуло от паники. Он слишком хорошо понял, что если я сейчас действительно отвернусь, дальше ему останется только самому нести на себе весь этот груз.

— Стой, — выдохнул он.

Я остановился, но не обернулся сразу.

— Ну?

Жила сглотнул.

— Давай без этой херни, — сказал он. — Я сам разрулю.

Я повернул к нему голову.

— Уже разрулил.

— Можно по-другому. Без Самата.

— Нельзя.

— Я могу занести, — выпалил он быстрее, чем, наверное, хотел сам. — Или… потом закрыть вопрос. По-нормальному.

— «По-нормальному» ты свой шанс уже просрал.

— Тогда как ты хочешь?

Вот тут я и повернулся к нему полностью.

— Наконец-то правильный вопрос.

Жила хотел что-то возразить, но запнулся, сам поняв, что это всего лишь трёп. Медленно поднял на меня взгляд.

— Чё надо… — едва слышно спросил Жила. — Чтобы этот вопрос закрыть? Я на всё готов…

— На всё?

— Да.

— Ну тогда слушай.

Я посмотрел на Жилу ещё секунду, потом чуть наклонился к нему ближе и заговорил тихо, чтобы слова ушли только ему в уши и сдохли там, не долетев ни до Игоря, ни до Рашпиля.

Сначала он не понял. Просто смотрел на меня с последней остаточной яростью. Ждал, наверное, что я сейчас дожму его новой угрозой, ещё раз ткну носом в провал или начну ломать дальше в открытую. Но смысл был другой. И когда до него наконец дошло, что именно я ему предлагаю, Жила замер.

Даже дышать стал иначе. Медленнее. Осторожнее. Провёл языком по пересохшим губам, отвёл взгляд в сторону, потом вернул обратно.

Я не торопил. В таких местах главное — не мешать человеку до конца услышать собственную безысходность.

Жила ещё раз облизал губы и спросил:

— Других вариантов нет?

— Нет, — ответил я.

Он молчал.

Свет фар продолжал бить по пустырю, выхватывая бугры, сухую траву, куски ржавого железа и его лицо — перекошенное тем самым пониманием, которое приходит слишком поздно.

— Сука… — едва слышно выдохнул Жила и опустил глаза.

— Это ты себе, — спокойно сказал я.

Он зло усмехнулся и ещё с минуту стоял и переваривал, что выбор у него теперь действительно не между хорошим и плохим, а между очень плохим и единственным рабочим.

Потом всё-таки выдавил:

— Я согласен.

Сказал и сразу будто сам себе стал противен. Но по инерции, по старой памяти о каких-то мужских раскладах, всё же протянул мне руку. Не слишком уверенно, без прежнего гонору, скорее уже как последнюю попытку сохранить хоть видимость того, что это не его сломали, а он сам на что-то пошёл.

Я на его ладонь даже не посмотрел.

— Вали к Самату, — сказал я. — Завтра я согласен на встречу. Жду от тебя новостей.

Он руку не убирал ещё секунду, надеясь, может, что я всё-таки закреплю это по-нормальному, через пожатие. Не дождался. Медленно опустил ладонь и вскинул на меня взгляд — совсем пустой.

— А если он не выйдет? — спросил он.

— Если ничего не будет, пеняй сам на себя, — ответил я. — Второй раз я тебе такой двери не открою.

Жила отвёл взгляд первым. Сплюнул в сторону, мимо ботинка, коротко, зло, и буркнул так, будто каждое слово приходилось вытаскивать через внутренний зажим:

— Сделаю.

После этого развернулся и пошёл к краю пустыря.

Шёл он уже не так, как приходил. Он только что остался без старой опоры и теперь держался на одной новой, которую сам же ненавидит.

Я молча смотрел ему вслед, пока он не исчез за темнеющим рядом гаражей. Тишина после его ухода была короткой, но плотной. Пустырь вроде бы снова стал пустым, только уже не тем, каким был до нашего приезда.

Я развернулся и пошёл к машине.

Первым не выдержал Шкет. Высунулся раньше времени, хлопнул дверцей и чуть ли не вприпрыжку дёрнулся мне навстречу. Глаза блестят, голос срывается от того самого нервного восторга, который у него всегда вылезал наружу.

— Ну ты его, конечно, приложил, — выдохнул он. — Видал, как его перекосило, когда все рванули? Я думал, он сейчас сам за ними побежит.

Я ничего не ответил. Почувствовал на себе взгляд Игоря.

— Зря отпустил, — сказал он.

— Не зря, — ответил я.

— Ему нельзя верить.

— И не надо, — сказал я. — От него сейчас нужно не доверие, а чтобы он дошёл куда надо.

Игорь ничего не сказал — понял, что решение уже принято и назад его никто не откатит. Рашпиль всё это время молчал. Только глянул на меня один раз, коротко, внимательно, и отвёл глаза. Не спросил ни слова.

Значит, что-то он уже сложил у себя в голове. Не всё, но достаточно.

Я ещё раз перевёл взгляд туда, где исчез Жила.

— Рано радоваться, — сказал я спокойно, но жёстко. — Это не конец.

Я открыл дверь и бросил уже на ходу:

— Поехали. Здесь нам больше делать нечего.

От автора:

Оказавшись в начале 80-х, я создам лучшую версию игровой индустрии

Без лутбоксов, DLC, игр-сервисов и прочего ГМО

https://author.today/reader/538906

Глава 5

После пустыря мы возвращались в детдом… наверное, спокойнее. Я шёл первым. Игорь держался рядом — молчаливый, угрюмый, ещё не до конца отпустивший события на пустыре. Шкет шёл чуть позади и горел изнутри так заметно, что это можно было видеть со стороны — его прямо распирало от того, что он пережил и что сейчас нёс в себе, как раскалённую железяку. Рашпиль просто шёл рядом, и этого было достаточно.