Хозяин Хаоса. Трилогия (СИ) - Петров Максим Николаевич - Страница 24

Особняк градоначальника. Полчаса спустя.

— Наши люди доложили, что полковник Михеев с внучкой сел в поезд, — Никита вошел в кабинет к Андрею Андреевичу широко улыбаясь, — господин, как Вы смогли это предсказать?

— Опыт, всего лишь опыт, — Горький покачал головой, — но пока что рано выдыхать. Новости мы узнаем только через час, если все пойдет по плану, то уже сегодня вечером кое-кто будет сидеть в тюрьме, — на губах Горького возникла хищная улыбка…

Поезд Вийск — Москва.

Семен Семенович сидел в своем люкс-вагоне и размышлял о том, что произошло вчера, а также о разговоре с Вороновым. Несмотря на то, что уже десять лет его нет в столице, Михаил не потерял свою хватку и вовремя открыл глаза полковнику на то, что происходит. Сам Михеев, к своему стыду, и думать забыл о опальном дворянине, которого он когда-то отослал прочь из столицы, а вот этот самый дворянин, Андрей Андреевич Горький, судя по всему, прекрасно все помнил. Что ж, намечается очень интересная игра, но так даже лучше. Главное, чтобы Воронов не ошибся, последнее, что желал Семен Семенович, это тратить время впустую. Итак, пришлось бросить все дела и мчаться в Вийск, ради этого дела граф поднял в воздух один из своих истребителей, но зато добрался максимально быстро.

— Вашбродь, пока все тихо, — дверь в вагон приоткрылась, и показалась кудрявая голова одного из бойцов сопровождения, — наши люди едут впереди поезда, но через сорок минут он заедет в тоннель, возможно, провокация будет ждать нас именно там.

— Согласен, тоннель — лучший вариант, — Семен Семенович степенно кивнул, — вот что, Прохор, пусть твои люди активируют защиту по полной, нужно быть готовыми ко всему.

— Будет сделано, вашбродь, — боец козырнул и прикрыл дверь, а сам Михеев начал разогревать свои каналы. Предстоит драка, а значит нужно показать ублюдкам, что они позарились не на ту цель!

Двадцать минут спустя.

Как только поезд заехал в тоннель, свет в вагоне погас, а на губах графа появилась довольная ухмылка. Как он и предполагал, враги решили не изобретать заново ружье и выбрали самый удобный участок. Поднявшись на ноги, Семен Семенович активировал покров и напитал его таким количеством силы, что даже если сейчас поезд сойдет с рельс и взорвется ко всем чертям, он выживет. Отойдя от стола, он подошел к окну и открыл его. Холодный воздух тоннеля тут же проник внутрь вагона, как и шум колес, но граф не сильно переживал по этому поводу. Где-то через минуту со стороны двери донесся непонятный шум, а потом дверь резко распахнулась, пропуская внутрь вагона двух громил с масками на лице. Они держали в руках что-то похожее на гранаты, однако стоило графу только посмотреть на это, как ярость накрыла его с головой, и он ударил. Михеев не стал сдерживаться, и каменные иглы ударили по ублюдкам с огромной силой. Эти скоты принесли в поезд полный людей осколочные гранаты, заряженные в аномалии. Красная линия на них как раз таки говорила о том, что конкретно эта партия способна погрузить в сон весь этот поезд.

Один из двух уродов умер сразу же, а вот второй каким-то чудом умудрился все-таки разжать пальцы, и граната упала на пол, и из нее вырвался красный дым. Михеев, уже засыпая, успел каким-то чудом схватить гранату и бросить ее в открытое окно, а потом дотянулся до трупа, который до сих пор держал вторую такую же. Схватив его за руку, граф рухнул рядом, чувствуя, как против его воли сон берет вверх…

Поезд, какое-то время спустя.

— Граф, граф, вы меня слышите? — чужой голос заставил Михеева дернуться.

Свинцовые веки никак не хотели подниматься, но Семен Семенович не зря считался одним из сильнейших магистров в империи, старик собрал волю в кулак и разогнал свой источник до такой степени, что через несколько мгновений он уже смотрел на Прохора. Боец выглядел немного потрепанным, но при этом довольным, а значит, все получилось.

— Доклад, — хрипло произнес Михеев.

— Взяли всех, вашбродь, — Прохор усмехнулся, — пять минут потребовалось на то, чтобы выбить из гадов все, а дальше, как Вы и просили, заставили тварей доложить в Вийск, что все пошло по плану.

— Отлично, — Михеев медленно кивнул, — значит, можем выходить сразу за тоннелем. А потом тихонько вернемся в город. Эта гнида Горький наверняка сейчас скачет от радости, но ничего, недолго ему остается радоваться, — старик хищно улыбнулся, — а кое-кому я, выходит, теперь еще больше должен, мда, непорядок. Придется думать, как возвращать. А пока мне нужно сделать один звонок…

Вийск. Гнездо Ворона.

— Леня, ты был прав! — дед ворвался в мою комнату, тряся телефоном, — только что звонил Михеев, было нападение на поезд, — старик рухнул в свободное кресло, — но как, внук, как ты так легко предугадал план Горького?

Я пожал плечами. Можно, конечно, рассказать, что это все я знаю от магистра менталиста, который вчера ночью дал мне клятву верности, но я пока не уверен, что деду стоит знать о таком, так что придется и строить легенду.

— Да я просто, дед, поставил себя на место того, кто нанял менталиста, вот и все, — улыбнувшись, я поднялся с пола, где прекрасно медитировал до появления деда, — вот оно как-то так и получилось. Видимо, Горький настолько никудышный придумщик, что даже подросток может раскусить его планы.

— А вот тут мне сдается, ты ошибаешься, внук, — дед ответил мне довольной улыбкой, — просто кое-кто, не будем показывать пальцем, специально принижает свои способности. Но ничего, скромность — это даже хорошо. Вот что, внук, придется доиграть эту партию, — серьезно сказал дед, — Михеев попросил нас об этой услуге, он хочет лично взять за горло Горького, но для этого надо, чтобы мы ему подыграли. Что скажешь?

— Скажу, что сделаю это с удовольствием, — так же серьезно ответил я, — дед, раз это может помочь нашему роду, то нужно действовать. Да и тебе хватит сидеть дома, думаю, ты куда лучше будешь смотреться в кресле градоначальника, ха-ха.

Дед довольно рассмеялся, а значит, у меня получилось разрядить обстановку. Что ж, теперь осталось дождаться следующего хода Горького, и я почти уверен в том, что это будет полиция. Такие, как он, привыкли проворачивать свои делишки, прикрывая их законом, вот и сейчас он вряд ли будет действовать по-другому.

Особняк градоначальника.

— Господин, действуем? — Никита вопросительно глянул на Андрея Андреевича, и Горький медленно кивнул.

Последние несколько минут улыбка не сходила с его лица, ведь помимо девки удалось убрать и самого Михеева. А уж этот упырь стольким уважаемым людям насолил в своей жизни, что теперь Горькому многие скажут спасибо, а это новые связи и новые возможности. И выходит, что не таким уж и опасным противником был Михеев без своих цепных псов, а как только оказался далеко от столицы, вышло так, что вся его прыть исчезла.

— Вот так вот и бывает, когда не слушаешь уважаемых людей, — тихо прошептал себе под нос Андрей Андреевич, проводив взглядом широкую спину телохранителя.

Теперь настал черед Вороновых, точнее, одного конкретного. Зря он инициировался, очень зря, ведь теперь придется покинуть этот мир в таком юном возрасте. Но что поделать, судьба, судьба никого не щадит. Размышляя о ней, Горький налил себе рюмку водки и, хлопнув ее, довольно крякнул. А жизнь-то налаживается!

Гнездо Ворона. Час спустя.

— Господин Воронов, — невысокий полицейский в плохо сидящей на нем форме смотрел на деда с нескрываемым превосходством, — мы так или иначе заберем вашего внука, хотите вы этого или нет, — после этих слов парочка громил за его спиной сделали шаг вперед. Лица, не обезображенные интеллектом, косая сажень в плечах, идеальные исполнители.