"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 324

В этот момент Константин и Тоши Кимура зажмурились, и мой сюрприз растворился в воздухе. И как только эти двое присоединились к старику, я почувствовала ломоту во всем теле, будто оно постепенно становилось мне маленьким и чужеродным, пытаясь выдавить меня из себя. Вроде пустяк, но неприятно.

— Где мои верные помощники? — громко позвала я. В эту секунду по ту сторону стены рядом с тринадцатью появились Саймон, Ментор и Даниил. Они приблизились к границе и, воздев руки, приготовились.

— Начинаем, — шепнул отец Адриан своим сторонникам. — Соберитесь, прошу. — После он поднял голову и твердо прочел: — Да воскреснет Бог! И расточатся враги Его!

— Серьезно? — усмехнулась я, прохаживаясь вдоль комнаты.

— Подыми рабу Твою, Спаситель мой, много терпевшую, избави храм сей от нечистого духа!

По моему телу поползли колючие мурашки, с каждой минутой становилось теснее и тяжелее, отчего появилось одно желание — удалиться.

— Свят! Свят! Свят Господь! Полны небо и земля славы Твоея!

— Проклятый схимник! — не выдержав, зарычала я. — Чего ты добиваешься?

— Оставь Александрину! И уходи на свою сторону! Эта девочка нам нужна.

— Она и нам нужна, — зло процедила я. — Ты не знаешь, чего просишь. Сотру тебя в пепел! — После этих слов я накинула на упрямцев тьму, которая лишает зрения.

— Работаем! — упорно продолжил отец Адриан.

Мое самочувствие резко ухудшилось, появилось удушье и огненный жар. Но самое странное, что я не могла уйти из комнаты, меня что-то не пускало.

Дернувшись в сторону, я поняла, что бормотание клирика сковало меня, удерживая на одном месте. Встретить такое противоборство от людей было немыслимо и неожиданно.

— У тебя ничего не выйдет, — бросила я старику. — Ты ведь знаешь, тебе не удастся меня удержать.

— Господи! Милостивый! Спаси рабу Твою! — воззвал старец, подняв голову и устремив взгляд прямо на меня. — Не даждь пропасть сей душе! Приди и укрепи!

Ломота в моем теле на тот момент усилилась еще больше, от клирика исходил сильный жар, это заставляло отойти подальше, но у меня не получалось сдвинуться с места. Тогда я применила силу, окатив оппонентов волной, которая свалила с ног парня с мужчиной, но упрямый черноризец был стойким, он лишь покачнулся и продолжил произносить что-то неприятное.

— Уничтожу тебя, — прохрипела я. — Надо было с этого начать, как ты мне надоел.

— Отче, силы на максимуме, — быстро поднявшись, шепнул Тоши Кимура и посмотрел на Константина, который вскочил следом, снова застыв в напряженном положении. — Ты с нами? — спросил он ученика, но тот не ответил и даже не отреагировал.

Зато отреагировала я:

— Это мой воин. Вы еще не поняли? Поэтому с вами двумя мы легко справимся.

Внезапно старик заговорил на страшном для меня языке — арамейском. Он призывал Его, и от этого мне стало невыносимо. Слова выворачивали и причиняли боль, будто на все мое тело прижигали огромное клеймо. Но помимо этого были еще силы, которые удерживали меня на месте. Я в бешенстве переводила взгляд с одного человека на другого, пытаясь поймать поток, но их действия были очень запутаны.

— Самаэль! — громко произнес клирик. — Выйди вон из этого храма! Приказываю тебе! Именем Бога нашего!

— А-а-а!! — зарычала я, вырываясь из ненавистных оков, для чего применила все свои силы, но от этого лишь затрещали стены дома. Неожиданно по всей комнате засветились до того невидимые для меня знаки: кресты и Его имя, поставленные благовонными маслами и святой водой по периметру стен. — Ловушка! Мерзкая ловушка! Проклятый старик!

— Отпусти ее! — приказал отец Адриан. — Выйди вон!

— Нет! Не отпущу! Она моя! Давно моя! Обещанная! Какие у тебя права? А мы ждали ее веками. Веками! И сейчас ты думаешь, что по твоему желанию мы все бросим?

Седой клирик снова принялся за призывы на арамейском. Комната, окруженная светом крестов и Его имени, стала для меня страшным гигантским прессом, давящим и разрывающим изнутри. Мне было очень тяжело выдержать это под бормотание черноризца и постоянное присутствие имени Того, Кого превзойти мы не можем. Хотелось вырваться, во что бы то ни стало, уничтожить источник арамейской речи и уйти на свою сторону, где меня ждали верные братья.

— Саймон! — закричала я. — Усиливайте меня! Их сейчас двое, отсекайте воздействие. Ставьте блок! Сейчас!

— Чего он хочет? — насторожился Тоши Кимура. — Что за блок?

— Думаю, это их трехстороннее ограждение Самаэля от нашей силы, — предположил отец Адриан. — Сейчас та тройка начнет выстраивать защитный блок трехгранник, и, освободившись от нашего воздействия, верховный сможет уйти.

— Этого нельзя допустить, — нахмурился мужчина. — Нас ведь тоже трое, мы должны встать в противодействие.

— Наши силы имеют разное начало, — с сожалением ответил старец. — А у них — одно. И трое ли нас?

Тоши Кимура повернулся к Константину, который стоял отстраненно от них, напряженно зажавшись и устремив взгляд в пустоту.

— Ты с нами? — снова спросил учитель. — Костя, да что с тобой такое? Ты нужен нам, три стороны на три, придется отбивать их.

— Несчастные, — самодовольно усмехнулась я. — Это мой воин. Он сам пришел к нам, вы не знали? Его желание перейти очень кстати. Ты не передумал?

Константин вздрогнул, будто вышел из ступора, и, склонив передо мной голову, подтвердил:

— Я буду верен тебе.

— Ты будешь вознагражден особыми дарами, воин. А сейчас выстраивай четвертую сторону блока, думаю, для твоих возможностей это семечки.

Мои помощники за стеной принялись за дело, а растерянный Тоши Кимура присоединился к старцу. Началось достаточно серьезное противоборство. Словно окружившие меня пластины, появились четыре стороны защиты против двух, я это отчетливо почувствовала. Но скоро что-то пошло не так, две мои стороны начали слабеть, пропуская воздействие двух сил этой стороны. Я оглядывала всех, не понимая, что происходит, но защита двух моих сторон таяла, как сахарная вата в воде.

— Держать блоки! — зарычала я. — Впереди наша свобода!

Мои братья применили всю свою силу, но падение двух не прекращалось. Это для меня стало неожиданностью, такого не могло произойти, все было рассчитано.

Старый клирик держал свою сторону достаточно сильно, помощь Тоши Кимура была тоже очень ощутимой, но что случилось с моей защитой? Новый воин, хоть и закрыт, находился в напряженной работе, это ощущалось, Саймон держал оборону, Даниил с ним, Ментор… Ментор работал вхолостую.

— Морок! — вознегодовала я. — Что ты делаешь?

— Моя королева, — из последних сил ответил верный помощник, — я не знаю, что со мной!

— Где твой блок?

— Он выставлен! Но меня кто-то держит.

— Что? Что ты несешь?

— Сам не пойму… Это сильнее меня.

Я снова оглядела всех, желая вырвать кусок из того, кто мне мешает, но все оставалось на том же уровне.

— Этого не может быть. Откройте потоки! — приказала я своим. — Откройте их сейчас же! Все!

Вся тройка скинула затворы со своих тайных замыслов и видений. Мне открылось все, и тут же стала понятна причина неудачи.

— Морок! Ты идиот! — зарычала я. — Что ты наделал?

— Моя королева, — содрогаясь, сжался в поклоне помощник.

— Твоя жадность сгубила тебя. Ты отдал себя в подчинение этому воину! — Я ткнула пальцем в Константина. — То, что ты принял от него, эти слезы души, дало ему власть над тобой!

— Я думал…

— Тебе вредно думать! Желание обладать душой перекрыло в тебе все разумное. Ты по своей воле принял рабство! Этот воин обманул тебя. И теперь он руководит твоей силой.

Тоши Кимура потрясенно оглянулся на своего ученика. Даже седой клирик на секунду растерялся, глянув из-под капюшона на виновника.

Костя глубоко выдохнул, расслабив до того напряженное тело, и шепнул им:

— Я с вами, учитель. Теперь начали. До победного.

Внезапно мое тело скрутила сильнейшая боль, настолько мощная, что захотелось тут же покинуть этот сосуд и унестись подальше на свою сторону. Старик снова забормотал на арамейском, учитель развернул на меня раскрытые ладони, а предавший воин покрыл тяжелым грузом, который не давал мне шансов вырваться.