"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 491

Я пожал плечами:

— В том-то и дело — это Валентин. Его действия не угадаешь и замыслы его нечеловеческие. Со временем узнаем.

Мия оглядела мое лицо и покачала головой.

— У меня снова появилось то неприятное чувство.

— Не бойся, — ответил я, взяв Мию за руки. — У нас крепкая команда, отличные ребята охранники. Мы справимся. Наша поездка подарит свободу всей общине, я должен это сделать. Я обещал.

Мия снова покачала головой:

— Я не об этом, Марк. Это чувство другого уровня. Он что-то задумал. Что-то произойдет.

— Ты всегда ощущала то, что другим недоступно. Но теперь я готов к борьбе. Мое намерение обрело силу. И я не отступлю.

Как только Гарик возвратился, мы закидали его вопросами.

— Чуть не сорвалось, — сказал он, устало присаживаясь на лавку. — Там кипиш какой-то. Все нервные, дерганные. Пообещали пристрелить в следующий раз.

Я смотрел на Гарика и чувствовал, как во мне растет негодование. Во что он превратил нас? Мой брат Валентин. Во что он превратил наш мир, наше существование… Мы словно кроты, подземные существа, которые вынуждены жить с другой стороны земли — под ней. Словно воры, что пытаются украсть куски своей сломанной жизни и склеить ее хоть как-нибудь. Чтобы вернуться в ту жизнь и продолжить ее дальше. Только той жизни уже нет. Ее украли. Мой брат самый настоящий вор, беспринципный и подлый, хитрый и бездушный, полный яда, как адский черный аспид. Вселенский преступник. Но нас ведь больше. Среди простых людей есть отважные воины и защитники. Мы должны противостоять ему. Пока сильные духом борцы существуют на этом свете — есть надежда. Нам нужна только победа, чтобы освободить этот мир для детей. И снова сделать мир нашим.

По плану мы решили выехать завтра днем, в разгар работ и посторонних звуков в Городе, чтобы не привлекать к себе внимания сразу. Понятно, что наше присутствие могут обнаружить после, но этот момент обговаривался нами, и мы были готовы действовать по другим пунктам плана.

— Надеюсь, нам хватит два автобуса и четыре джипа, — сказал Ян, укладывая ружья и винтовки.

— Мужчины из общины хорошо подготовлены в плане обороны, — заметил я. — Они все отлично владеют оружием. Если возьмешь больше стволов — можешь рассчитывать на мужскую помощь общины.

До вечера выездная группа готовилась к операции освобождения. Мы собрали необходимый арсенал оружия и одежду, оборудовали машины и повторили все пункты плана. Потом еще часа два Ян обучал меня стрельбе в импровизированном тире в виде глухого коридора. После чего мы разошлись по комнатам для сна.

Еще на пути к своей двери я услышал возмущенные возгласы Мирославы. А когда вошел, увидел, что дети сидят на кроватях и спорят.

— А я тебе говорю — он плохой, — выговаривала дочка. — Его нельзя слушать.

На что Влад спокойно отвечал:

— Это твое мнение. Оно ничего не решает.

— Ты просто глупый и ничего не понимаешь! — снова бросила Мирослава. — Папа сказал, что он не собирается помогать. Этот главный — обманщик, его нельзя слушать.

Тут я не выдержал и вышел из укрытия.

— Ребята, почему вы одни? Где Стефания?

Мирослава развернулась ко мне и картинно вздохнула:

— Папа, мы уже не маленькие. Не нужна нам няня.

— Понимаю, — кивнул я. — И все же? Почему вы одни?

— Мы одни только пятнадцать минут, — без эмоций отозвался Влад.

— Я сказала Стефании, что ты уже идешь и отпустила ее, — с важным видом произнесла дочь. — Не зови ее больше, папа, пусть мы будем сами.

Я подошел к кровати Мирославы и присел рядом.

— Доченька, Стеша с вами не потому что вы маленькие. Ты же знаешь, что происходит в мире, опасность может быть везде. Нужно присматривать друг за другом. Мы с мамой переживаем за вас.

— Я могу присматривать за ним. — Мирослава кивнула в сторону брата.

— Надеюсь, что так и будет всегда, — согласился я, сдержав улыбку. — Но здесь закон: за двумя смотрит третий. Это необходимость в сегодняшней ситуации. И у всех такое положение.

— Когда вы его уже победите, пап? — по-взрослому покачала головой Мирослава.

— Мы работаем над этим. Скоро все закончится, нужно немного потерпеть.

— Скажи Владу, что главный плохой и его не нужно слушать. Он мне не верит.

Я пересел на кровать сына и легко похлопал его по плечу.

— Это правда, сынок. Валентин не тот человек, которого нужно слушать. Он преследует другую цель.

Влад словно не реагировал. Просто сидел и безэмоционально смотрел перед собой. Мне даже показалось, что мое общество сыну мешает.

— Все преследуют цели, — наконец отозвался Влад, продолжая смотреть в пустоту. — Это не делает человека плохим.

— Ты прав, — согласился я, но на самом деле поведение и ответ сына меня шокировали. — Только сама цель определяет оценку намерения. Мы, например, хотим людям помочь. А Валентин хочет людям навредить, он собирается их использовать.

— Это твое мнение. И оно ничего не решает, — в том же тоне произнес Влад.

Несоответствие ответов с возрастом моего сына обескураживали. Я обхватил его плечи и легко потряс.

— Владислав, это ведь не твои слова. Кто тебя научил так говорить?

Влад медленно перевел на меня взгляд и ответил:

— Это просто мое мнение.

— Что происходит? — раздался голос вошедшей Мии. — Марк, что ты делаешь?

Я отпустил плечи Влада и поднялся.

— Нужно поговорить.

Мы оставили детей и вышли в коридор.

— Что происходит? — повторила Мия. — О чем вы говорили?

— С Владом что-то не так, — сошел я на шепот. — Ты не замечаешь в нем перемены?

— Что именно? Какие перемены?

— Он странно выражается. Не по-детски. Словно ответы ему диктует взрослый мозг.

— Владислав и был таким, — покачала головой Мия. — Ничего странного.

— Да нет же, — возразил я. — Его поведение… Он действует словно в раскачку, даже заторможено. Разве это нормально для ребенка его возраста?

— Наш сын просто растет, — ответила Мия. — Ты даже не замечаешь этого, потому что больше времени проводишь с Мирославой. В то время как Влад превышает развитие своей возрастной ступени.

Я оглядел лицо Мии и тихо произнес:

— Наверное, ты права. Я просто не заметил, как он повзрослел. Наши дети не похожи на других, мне нужно быть готовым к новым проявлениям. Но в любом случае у Влада не должно быть хорошего мнения о Валентине. Это идет вразрез с нашим существованием.

Конечно, я не выразил свою точку зрения полностью. Поведение моего сына изменилось, и для выводов необходимо время. Я не хотел спорить с Мией, мое внимание действительно большей частью уходило на дочь и на стратегию обороны. Владислав всегда был привязан к матери, и разделение получилось само собой. Но все же внутри себя я ощущал волнение за сына, и каждый раз в его ответах и поведении улавливал нечто чужеродное.

Следующим утром мы начали подготовку к операции освобождения. В подвальном помещении собрались все участники: охранники, силовики и водители. Была среди группы единственная дама. Рыжая девушка с крупными веснушками и большими глазами, ее короткие огненные волосы были заплетены косичками в несколько рядов по всей голове. Она умело обращалась с оружием и выглядела больше мужественно, чем женственно.

— Зита, — протянула мне руку девушка. — Наслышана о вас, приятное знакомство.

Пожимая руку, я растерянно оглядел лицо девушки, задержав взгляд на большом шраме через бровь. Зита заметила это и тут же пояснила:

— Встреча с чертями оставила след. Гады отняли жизнь у моей сестры Гиты. Теперь я у них в долгу. До самой смерти.

Когда все было готово, мы повторили схему основного плана и запасного плана «Б» и стали загружаться по машинам.

— Будьте осторожны, — напутствовала нас Николь, поправляя воротник на куртке Януша. — И возвращайтесь с победой.

— Да, солнце, — улыбнулся ей Ян и тут же нетерпеливо замахал рукой: — Гоу, гоу! По машинам, бойцы!

В этот момент возле меня появилась Мия. Она склонилась ближе и тихо произнесла: