"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 504

Развернувшись к толпе, Леон махнул рукой:

— Друзья, прошу вас, нам нужен воздух и тишина. Позже соберемся.

Когда все разошлись, я бросил кровавую салфетку в мусорку и сел за стол.

— Что со мной было?

— Ты не помнишь? — спросил Серафим.

— Смутно.

— Ты швырнул в стену стул, — сказал Леон. — И наши чертежи.

— И что? — выдохнул я.

— Только они не долетели, — добавил Серафим.

Я посмотрел в сторону стены, а потом снова на друзей.

— Что значит не долетели?

— А ты их там видишь?

Наверное, от воздействия Мии я туго соображал, поэтому еще раз посмотрел в сторону стены. Никаких бумаг и стула там не было, только сложенные друг в друга ящики стояли поодаль.

— Я не понимаю, о чем вы говорите. Пожалуйста, просто расскажите без загадочных вопросов.

Напротив меня опустился Ян, он потер пальцем кончик носа и откашлялся.

— Братан, ты куда-то дел вещи, которые кинул. Их нет. Они просто исчезли в воздухе.

Я непонимающе смотрел на Яна, который сам был в недоумении.

— Как это исчезли?

— Да хрен знает. Летели и пропали.

Честно сказать, я бы подумал, что у нас коллективное помешательство, если бы не слова Мии:

— Это портал.

— Какой портал? — удивился Леон.

— Похоже на пространственный, — предположила Мия.

Я развернулся к ней и непонимающе покачал головой:

— О чем ты говоришь?

— Марк, ты открыл портал и забросил туда вещи. Это все на эмоциях.

— Но я никогда не открывал порталы. Ты уверена?

— Да. — Мия вздохнула и помолчала. — Так сработало обновление наших сил. Эмоции спровоцировали, ты даже сам не понял, что сделал.

Я действительно не видел, куда бросаю, потому что был в ярости от срыва плана. А все видели. И еще видели меня в бешенстве. Лидера, на которого возлагают свои надежды. Какой позор…

— Мне так стыдно, — признался я. — Кажется, я снова выпустил воронку.

— Огненную, — улыбнулся Ян.

— Да, это было впечатляюще, — сказала Стефания.

Я прикрыл лицо ладонью.

— Никто не пострадал?

— Если бы не Скай, могли быть пострадавшие, — отозвался Януш. — И если честно, братан… Это было мощно.

Я виновато взглянул на Мию и тихо произнес:

— Спасибо, что остановила меня.

— Все хорошо. — Мия сжала мою ладонь прохладными пальцами. — Ты привыкнешь.

— Ладно, друзья, — спохватился Серафим, — мне пора возвращаться. Время. Будем на связи.

Когда Серафим уехал, все расслабленно расселись. Ситуация прояснилась: я открыл портал, когда в эмоциях швырял вещи. Теперь мне нужен самоконтроль. Иначе я погублю своих же людей.

Посидев еще немного в некой отрешенности, я все же вышел на свежий воздух. Произошедшее со мной, выжало почти все мои силы, поэтому хотелось просто тишины.

Я выбрался на поверхность и завернул за главный вход, где было много старых досок и ящиков. Там и остановился, присев на доску и прижавшись спиной к шершавой поверхности стены.

Через время возле меня появился Януш. Я устало закрыл глаза, а когда открыл, увидел, что он сидит рядом.

— А помнишь, как мы познакомились? — улыбнулся Ян, глядя на свои крепкие ладони, сцепленные в «замок». — Я тогда с лихвой заменял бешеную собаку. И был готов стучать пяткой в свою кудрявую грудь. А сейчас… — Ян поднял голову и посмотрел по сторонам в поисках дронов. — А сейчас делаю так. — Из ладоней Януша вышло несколько порывов огня, пара слабых и один сильный. Словно из дула огнемета. — Все наладится, братан. И мы победим.

После моей выходки нас отпустили домой. Я не находил себе места от стыда. Стоило представить, что видели люди, когда я буйствовал и не контролировал себя, сразу хотелось отмотать пленку времени назад, вернуться за пять минут до этого события. И все изменить.

Они так ждали наш союз. Все те люди подземелья. Рисковали, когда освобождали меня и мою семью из подвалов Серого Города, терпели наши с Мией капризы. Ждали мою готовность. Ждали лидера движения сопротивления. А я пришел и словно перепил спиртного на важном банкете. А потом сильно облажался. На глазах у всех. И теперь это осознание повисло тяжелым грузом в моей душе.

— Марк, — обратилась ко мне Мия, когда я сидел за столом в прострации, — я попрошу тебя об одной вещи. Будь сильным. Ты хочешь идти против своего брата, против его самодержавной системы. Тогда нарасти броню. Мягкость души это хорошо, но с ней ты не победишь. Вспомни себя. Тебе нужно вспомнить того себя, который щелкал темных как семечки. Мы вступили на тропу войны. Будь воином. А я буду рядом.

Взглянув на Мию, я скорбно произнес:

— Сейчас все не так. Что-то меняется, что-то происходит. Я ощущаю это и не знаю, что мне делать.

— Ты о чем?

— Я не знаю, как победить Самаэля. Как узнать, где его ахиллесова пята? Через какие врата его возвращать? Где эта чертова игла Кощея? Мне пришла мысль — я просто убью Валентина. Пожертвую своим братом. Да. Именно. А как иначе? Как?

— Марк, убийство твоего брата не решит проблему. Древнего нужно возвращать на Изнанку по законам, а так же его темную свору. Давай, проверим, на что способен наш союз, плевать, если это дойдет до Штефана, а потом найдем обходной путь, минуя планы, которые мы так долго выстраиваем.

— Мне нужен мой сын, — прошептал я.

— И мне нужен сын. Только я хочу вернуть его так, чтобы он не пострадал.

— Послушай, я готов взять пистолет и проникнуть в кабинет Валентина, чтобы убить его. А потом заберу Владислава и приеду домой.

Мия покачала головой:

— А остальных тринадцать ты будешь отстреливать по очереди? Что с тобой, Марк?

— Я не знаю… Но после возвращения союза, что-то произошло.

В этот момент к нам подошла Мирослава. Она довольно помахала разукрашкой и объявила:

— Я ее закончила. А есть еще?

Мия удивленно оглядела дочь.

— Ты почему в таком виде?

Мирослава откинула свои длинные взлохмаченные локоны за плечи и возразила:

— Я не хочу косички, мам. Я хочу «хвост-петельку».

— Мира, твои волосы нужно заплетать. Я не раз говорила об этом. Зачем ты их расплела?

— Я не хочу косички! — с возмущением повторила Мирослава. — Почему я все время должна делать так, как хочешь ты⁈

В эту секунду разукрашка в руках дочери свернулась спиралью и вытянулась.

— Я же не кукла! У меня есть свое мнение! — После этих слов нахмуренная Мирослава бросила свернутую разукрашку нам на стол и обиженно вышла из комнаты.

Мия побледнела, глядя на трубочку из детской разукрашки.

— Марк… — прошептала она, — что это?

Я осторожно взял свернутый дочерью журнал, который стал плотным, будто был сделан из картона, а не бумаги, и попытался его развернуть. Но не смог.

— Думаю, это ее способности.

— Боже мой, — тихо произнесла Мия. — Это все же произошло.

Отложив разукрашку, я взял Мию за руку.

— Любимая, мы знали, что это возможно. Только успокойся. Мы сделаем все, будем объяснять, учить. Будем контролировать. Мы справимся.

Взглянув на меня с болью, Мия качнула головой:

— Ты прав. У нас нет другого выхода. Мы должны помогать и контролировать. Только это означает, что у Владислава тоже проявились способности. Как на это отреагирует Штефан?

Какое-то невыносимое отчаяние навалилось на меня в этот момент. Я посмотрел на свернутую в трубочку разукрашку и процедил:

— Я выкраду Влада. Заберу его у этого монстра. А потом застрелю Валентина.

— Марк, это не лучший вариант.

— Я хочу проснуться. Я очень хочу проснуться…

— Твои руки, Марк. — Мия напряженно выпрямилась, указывая на мои ладони, из которых вспыхивало пламя. Но я этого даже не замечал, потому что был поглощен мыслью о похищении сына и убийстве брата. Я просто смотрел на журнал, который скрутила моя дочь, и представлял сцену освобождения.

— Мне нужно проснуться. Я больше так не могу… Я хочу проснуться…

Вспыхнувшее пламя заставило меня очнуться. Я вскочил и рывком вернул огонь в свои ладони. Взглянув на стоящую по другую сторону стола Мию, понял, что она готовилась остановить мой неконтролируемый выброс силы.