"Фантастика 2026-90". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Седой Василий - Страница 535

В этот момент в комнату вошла Мия, которая все это время стояла за перегородкой в спальню и наблюдала за нами.

— Не хотела нарушать вашу идиллию, — тепло произнесла она и протянула дочери коробочку с бантиком. — Это тебе, доченька. Самой лучшей.

Мирослава взяла подарок и стала разворачивать упаковку, после чего приоткрыла коробочку и замерла.

— Это мне? — осторожно спросила она.

— Тебе, моя маленькая взрослая девочка, — ответила Мия. — Ты светишь ярче любой звезды, и твоя искра помогает нам жить.

Мирослава опустила коробочку на стол и достала из нее цепочку с кулоном в виде красивой звездочки с камнем, шлейф от которой, весь усыпанный сверкающими камушками, заключал звездочку в форму сердца.

— Как красиво… — прошептала Мирослава, перебирая в пальцах украшение. — Из чего оно?

— Это золото, — ответила Мия. — Камень на звездочке это лунный камень. Он помогает не опускать руки в трудных ситуациях и всегда возвращает в равновесие. А камушки на шлейфе это крошки горного хрусталя.

— Мама, оно потрясающее… — прошептала Мирослава, все еще разглядывая подарок. — Золотое? Откуда? Где ты его взяла?

— Оно сделано на заказ. Специально для тебя. — Мия улыбнулась. — Такого ни у кого нет, эту модель я придумала сама, а талантливый мастер изготовил.

Мирослава приложила цепочку с кулоном к своей груди, восхищаясь красотой, а я помог застегнуть замочек цепочки на шее. Быстро взглянув в зеркало на окне, дочь подбежала к Мие и крепко ее обняла.

— Спасибо, мама! Оно волшебное. Очень красиво!

Чуть позже Мия рассказала мне, что ездила домой, в наш коттеджный поселок, и собрала там свое золото, которое не стала обменивать на одежду и еду, а сохранила. Золото отдала ювелиру из нашей локации, и он по ее эскизу изготовил кулон.

— Ты ездила одна? — спросил я.

— Да. Встретила соседей, которые кинули в меня камни. А еще на наших воротах нарисовали красный крест позора.

— Мия, — выдохнул я, — зачем ты так рисковала? Одному нельзя выходить в мир. Нет браслета — сиди тихо.

— Я бы справилась, — устало ответила Мия. — Но люди стали еще более нетерпимыми.

Это правда. Наш мир скатился на самое дно. Многие люди практически бедствовали, и каждый выживал как мог. За сдачу нарушителя или нужную информацию о «грязных» платили хорошие деньги, поэтому люди с удовольствием расправлялись с такими.

В свой день рождения Мирослава получила подарки не только от нас. Локка принесла ей браслет, который она сделала сама. Браслет был из переплетенных мягких тесемок вишневого цвета, в которые нанизаны мелкие деревянные бусинки. На каждой бусинке выжжена буква, и все вместе они составляли имя Мирославы. Насельники общины подарили ей особую жилетку, которую они изготовили сами. В нити этой жилетки были вплетены нити растений, тех, что защищают от темных духов. А еще подарили красивый плетеный пояс, который носили женщины общины. Широкий пояс плелся из нескольких видов ткани и нитей, а на концах заканчивался бахромой. Пояса у женщин повязывали вокруг длинных платьев и фартуков, соединяя концы чуть сбоку, которые опускались бахромой до самой земли. Считалось, что женский пояс защищает свою хозяйку, создавая круглое поле, а концами берет энергию силы из земли.

Возраст четырнадцать лет считался у насельниц главным, потому что в этот год происходило раскрытие женского начала для будущей жизни. И к празднованию этого дня у своих девочек община подходила основательно. Мирославе подарили подарки и заплели ей красивые косы набок, которые в конце сплели в одну. А в сами косы вплели белые и розовые цветы, распевая при этом песни на своем родном языке.

Мирославе понравился ритуал и подарки, и когда мы были уже дома, Мия спросила дочь:

— Как тебя уговорили на косы? Ты никогда не давала заплетать волосы. А тут такие сложные плетения.

— Не знаю, — беззаботно пожала плечом Мирослава, любуясь на себя в зеркало. — Наверное, я выросла, мам.

Жизнь продолжалась. И все было как всегда. Но Мия призналась мне, что стала ощущать неприятное волнение. Предчувствие чего-то тревожного. У меня ничего подобного не было, но мы решили быть настороже, потому что чувства моей половинки никогда не подводили.

Я озаботился словами Мии о тревоге и однажды отправился к Локке.

— Спасибо за подарок для дочери, — сказал я, — нам всем твой браслет понравился.

— Он имеет силу защиты, — ответила Локка. — Пусть защищает юную львицу.

— Юную львицу? — переспросил я. — Ты о моей дочери?

Локка подхватила кончик своей косы и начала накручивать его на палец, как делала обычно.

— Да. Твои дети юны, но в них духи льва и львицы. Это дети сильного льва и его жены, и они наследуют бесстрашие.

Слушая Локку, я вспомнил про статуэтку, которую обнаружил у двери после рождения детей.

— Статуэтка льва и львицы, которую ты подарила, это они? Мои дети?

— Так и есть. — Локка прищурилась, глядя на меня снизу вверх. — Они как одно целое.

— Да, они близнецы.

— Я не об этом. Твои дети как одно целое в силе. Один другого дополняет. Это их талант. И он особенный.

— Спасибо, Локка. Твои слова вселяют надежду. Ты знаешь, как тяжело нам дается разлука с сыном. Я хотел обратиться к твоему дару. Может быть, ты что-то подскажешь. Последнее время Мия ощущает тревогу, и это не проходит. Мия не ошибается, но нам не по себе. Скажи, ты видишь что-нибудь по этому поводу? Откуда ждать подвоха?

Выслушав меня, Локка перестала накручивать кончик косы, опустила голову и замерла. Я так хотел, чтобы она что-нибудь увидела, чтобы открыла ситуацию, хотел быть готовым к тому, что на нас движется. Но Локка видела только то, что происходит или уже произошло, и очень редко то, что будет.

Через время Локка выдохнула и подняла голову.

— Нечто темное, — с тревогой произнесла она. — Твоя жена это чувствует. Вам будет очень тяжело. Обоим. Он сильный. И он однажды появится…

Локка вдруг неуклюже присела, а потом упала на землю без сознания. Я был растерян и даже напуган и кинулся к ней послушать сердцебиение, но его не было. Я тут же стал делать массаж сердца с искусственным дыханием, как учился у родителей в спасательном клубе. Локка наконец задышала, и я шумно выдохнул, опустившись на колени рядом с ней.

— Твои руки дрожат, — хрипло произнесла Локка, повернув голову.

— Ты меня напугала, — признался я. — Что произошло?

Пришлось подняться, после чего Локка ответила:

— Я прикоснулась к тьме, когда заглянула в твою просьбу. Эта тьма слишком тяжелая.

— Прости меня, прости, — с сожалением сказал я. — Мы не знали, с чем имеем дело. Мне жаль, что тебе пришлось пострадать. Что я могу для тебя сделать?

Локка посмотрела в мои глаза, качая головой:

— Ничего, Марк. Мне ничего не нужно. Береги силы, они тебе скоро понадобятся.

Как-то на свои выходные я приехал домой. Помог Мие с Мирославой нарезать морковь для сушки, потом мы пришли домой и поужинали. Мне нравилось это время. Когда мои девочки рядом, когда на улице тихо, а в доме тепло. И в сердце тоже.

Поздно вечером Мия была как-то особенно взволнована. На мои вопросы она не смогла ответить, потому что сама не понимала, что с ней.

— Не знаю, Марк. Это предчувствие. Очень странное, непривычное для меня.

— Может быть что-то ложное, — предположил я. — Давай заварю тебе чай с ромашкой, как ты любишь с медом. Посидим на крыльце…

— У меня не бывает ложных предчувствий, — оборвала Мия. — Ты знаешь.

В этот момент раздался стук в дверь. Мы настороженно посмотрели друг на друга, потому что местные к нам не приходят и в дверь не стучат. Это может сделать только Локка, но так поздно она никогда бы не пришла — устав поселения.

Я собрался открыть, но Мия остановила меня жестом руки и с неким напряжением пошла открывать сама. Почему-то помедлив, она взялась за ручку и отворила дверь, за которой стоял наш сын.

Я даже растерялся от неожиданности.

Влад очень повзрослел, он стал одного роста со мной и выглядел особенно серьезным. А еще он очень напомнил Валентина: стройный, с гладко зачесанными наверх волосами в черном деловом костюме.