Когда шепот зовет бурю (СИ) - Добрый Владислав - Страница 44

Это было хорошее время. Нет ничего прекраснее, когда вокруг весёлые, сильные люди, которые искренне радуются, что им не придётся убивать друг друга… В смысле, прямо сейчас.

Разумеется, чистую радость простого мужского существования в моменте мне портили те, кто думал о будущем. Увы, даже деньги и власть не могут тебя оградить от этого чудовища — ответственности.

Поэтому через две недели я уже планировал побег. Мне, как благородному сеньору, не пристало показывать врагу спину, но есть враг, сбежать от которого уже победа. И именно такой и выполз из сожжённой грязи под помостом битвы десятерых.

Хорошо ещё, что после боя Маделары тихонько исчезли, не став отравлять мне жизнь своими претензиями. Всем было слишком уж очевидно, кто завоевал Балдгар. Адреан, а я помогал.

Впрочем, меня это устраивало. Плохо, что это устраивало и многих других.

Вирак и Роннель разом потеряли интерес к Балдгару, теперь осторожно осаждая меня пожеланиями выделить им в феод некоторые владения. Причём Вирак тяготел к хорошо укреплённым замкам, а Роннель — к поселениям на перекрёстках дорог и направлений. И, что забавно, обычно их желаемые локации оказывались рядом. Забавно, но похоже, когда рядом нет представителей правящих семей этих домов, они забывали о демонстративной вражде и начинали действовать словно в тесном союзе.

Я дал им то, что они хотели. Не всё, но достаточно много. И не им одним. От меня получили награды все.

Рыцари, что пришли со мной под стены Балдгара, получили по феоду. Правда, с теми умниками, что захватили часть призамкового города, пришлось немного повозиться. У самых упрямых, возглавивших сложившиеся группы, я переманил сторонников, других продавил авторитетом. Сложность тут была в том, что нельзя было «находить индивидуальный подход» к каждому, как советуют маркетологи.

Благородные всё же были людьми определённого склада ума. Эти люди почти всегда обладали повышенным чувством справедливости, поэтому я платил всем одинаковые откупные — как деньгами, так и землями. И, конечно, кому-то это было очень много, а кому-то слишком мало.

Впрочем, последних было меньшинство.

Инобалы были богаты. Бесстыдно богаты землями. Впрочем, один Балдгар недвусмысленно намекал: похоже, по своим активам они вполне могли посоревноваться с Итвис. Или даже, скорее, победить нас. Очевидно, основа их могущества была в море и торговле, и оттого тут случился локальный всплеск капитализма. Это на задворках долины Караэна можно было триста лет жить в своём замке, ведя род из глубины веков. Тут, под боком у откровенно алчных Инобал, у которых были деньги, а значит и возможности, тебя сожрут за пару поколений. Ведь тут нет толком ни Гибельных Земель, ни постоянной грызни между собой среди сильных городков или домов.

Это их и подвело. Оказавшись перед лицом моего вторжения, они вместе с остальными озёрными лордами смогли выставить в поле рыцарей меньше, чем одни Итвис имели вассалов под Караэном, у Горящего Пика. Хотя я бы не сказал, что долина Караэна очень уж рыцарский край.

А золото, как оказалось, не всегда можно быстро обменять на сталь. Слишком неспокойно было в Регентстве. Молодой Брухо под стягом легата Культа Императора слишком успешно сколачивал себе маленькое королевство, и оттого все Великие Семьи, и даже средние и малые, старались держать под своими знамёнами как можно больше людей. Надо отдать должное Инобалам: они открыли новый рынок, сумев нанять лучников аж на Побережье Стрел и каким-то образом привлечь тяжёлую пехоту Башни. Но этого оказалось мало. Километры пашни и тысячи арендаторов могут наполнить казну, но не защитить её от сотни очень злых, опасных и умеющих убивать мужчин с оружием, которое слишком дорого для крестьян, и на ещё более дорогих, и ещё более бесполезных для крестьян конях. И с боевой магией.

Но даже если бы и без. Крестьянин против рыцаря, это как если сварщик против бойца боев без правил на кулачках сойдется. А тут еще и режиками ножат. Вот почему феодализм так долго прожил в Европе.

Отец Магна как-то сказал, что хороший правитель должен быть щедрым. А потом добавил: «Особенно если эта щедрость оплачена другими». Что ж, я был щедр, как никогда.

Мы делили владения Инобал как пиццу… Нет. Мы пожирали их земли, как независимые журналисты шведский стол после нудного брифинга. Яростно, дерзко, жадно, но очень вежливо друг с другом.

Но мы бы и половины не отожрали, если бы не Зартан Нахрен-как-его-там. В нём всё ещё сидела древняя тварь, которая тысячу лет развлекала себя чтением архива бухгалтерии. Пусть сейчас ему не хватало членистых пальцев, чтобы хватать и жрать людей, да и надменности в нём было совсем чуть, только если на донышке, внутри он по-прежнему оставался тем же кровососом. Тут ещё не было привычки жечь бумаги, а договоры всё чаще составляли письменно. Да, это и близко не тот документооборот, который был в моём мире, но и этих следов на камнях Зартану хватило, чтобы выследить каждого, кто хоть когда-то что-то и как-то был должен Инобалам, и вонзить в него клыки.

Помимо огромных земельных владений, договоров о формальных дарах и «жестов доброй воли» от городков больших и малых, обязательств личных и общинных, были и вполне современные и понятные мне ссуды, кредиты и доли. И география была обширна… Впрочем, как и у Итвис. С той лишь разницей, что у Инобалов было много вложено в дела города Башня, а у меня в Отвин. В Таэн, Флору и прочие Кесаены нас не пускали одинаково эффективно.

Эти активы я прибрал к рукам, тем более что посадить рыцаря на процент с доли от товарооборота купеческого клана было затруднительно. А вот более близкие к земле люди от Зартана настрадались. И взвыли. Ну, поскольку ввиду изменившихся обстоятельств он немедленно просил ускорить выполнение обязательств, или пересмотреть условия, или уж совсем бессовестно заявлял о разрыве контракта. Посылая с «письмом счастья» боевые группы закованного в сталь конного спецназа.

Сначала мне приходилось отдавать прямой приказ. В переложении на местное это значило, что я брал избранного на роль выбивателя долгов рыцаря буквально за грудки, только взглядом, и заявлял: «Дорогой сеньор как-там-тебя, я помню ещё вашего отца, а ваш дед спас от врагов говно коня моего прадеда, я так счастлив вас видеть. Лишь одно омрачает мне этот день. Видите ли, надо немедля ехать вот с этим письмом в городок, что в дне пути телеги или в полутора часах скачки к югу, найти там одного купца, что держит все мельницы в округе, и сказать ему следующее. Вот тут, кстати, написано, что именно. Вот незадача, не знаю, кому поручить столь важное дело!» И пырился на него так, со значением, как малолетка на маргинала. Пока не поймёт. Не возьмёт письмо и не поедет.

На самом деле всё было не так уж плохо. В конечном итоге я был лишь точкой запуска воли. Вся основная работа по разъяснению, направлению, контролю и так далее ложилась на других. Да и к тому же желающих мотаться по таким поручениям довольно быстро стало становиться всё больше и больше.

Как я потом понял, учитывая, что возвращались посланцы обычно довольные и ни с чем, местные хитрые умники были так же умны, как предприниматели моего мира. А именно: они тупо давали взятки и отмазывались.

Поэтому Зартан почти сразу просто посылал других. Но в следующий раз толпу побольше.

Максимум раза с третьего до самых тупых доходило, что от той же мельницы или другого дела ты не убежишь, а всех не подмажешь и надо договариваться сразу с главным. И они ехали в Балдгар «реструктуризировать» кредиты, долги или налоги.

Помимо этого, Зартан оказался ещё и Пифагором на полставки. О ужас, без него, с его геометрией, я бы с землемерием реально заколебался. К тому же он явно имел богатый опыт в раздаче наделов, ибо никто от него не ушёл довольным, а все ушли обиженными. Но в равной степени. И это выдающееся достижение заставило меня проникнуться к нему без всяких шуток глубоким уважением. Насколько это возможно для Итвис, разумеется. По крайней мере, если так будет продолжаться, я приближу его к себе как Вокулу. Надо потихоньку начинать возводить вокруг него стены своего благоволения, чтобы он не понял, когда окажется в тюрьме обязательств.