Бастардорождённый (СИ) - "DBorn" - Страница 114

— Звучит не сильно сложно.

— Тогда пойдем, кузен. Введу тебя в курс дел наших семейных.

…

Этим же вечером Джон проводил очередное подведение итогов обучения вместе с Эдриком, рядом сидела Вель и что-то шила из шкур, получалось не очень складно, но вполне приемлемо по меркам Застенья. Дейси стреляла недовольными взглядами в воркующую с внуками Эшару. Тесный семейный круг, одним словом, «идиллия».

— Ты назвал Уэймара кузеном, — начал Эдрик.

— Мыслишь в правильную сторону.

— Но вы довольно дальние родственники.

— Ближе, чем был ты с Герольдом.

— Но всё равно, ты обратился именно «кузен». Не «Уэймар», не «лорд Ройс» или «сир Ройс».

— Почему я это сделал?

— Ты бастард, а он благородный законный сын. Даже с учётом того, что у тебя есть земля, его статус и положение выше твоего. Формально.

— Продолжай.

— Он поступил к тебе на службу, но может чувствовать себя униженным, подчиняясь бастарду. Поэтому ты решил сконцентрировать внимание на ваших семейных узах, так он не будет недоволен фактом того, что ты главный, ведь формально он помогает родственнику.

— Тем не менее, он приехал сюда сам. Очень важный южный лорд, — фыркнула Вель.

— Лорд Ройс говорил, что Уэймар хочет отправиться в Ночной Дозор, — пояснил Сноу.

— Что за родитель отправит сына до конца дней мёрзнуть на Стене?

— На фоне Стены служба бастарду выглядит в разы лучше, — добавил Эдрик.

— Всё дело в принципе наследования, — объяснил одичалой вполне очевидную для человека, живущего южнее от Стены, вещь.

— Конкретнее.

— Старший сын поклонщика после смерти отца получит почти всё, что у того было. Второй по возрасту сын получит совсем чуть-чуть. Все остальные и вовсе ничего не получат. Бывают и исключения, но почти всегда дела обстоят именно так.

— Лорденышу ничего не достанется, и он решил уйти на Стену?

— Так часто делают младшие сыновья, — ответил Джон.

— Лорд Ройс не хотел, чтобы его сын провёл остаток дней на Стене, и ты предложил ему альтернативу, оказав услугу, — продолжил размышлять Эдрик.

— Молодец, можешь быть свободным на сегодня, — но Эдрик всё равно продолжил.

— Ройсы один из самых влиятельных домов Долины, они были королями до андальского завоевания…

— Достаточно, Эдрик, — перебил оруженосца Сноу. Дейн если и обиделся, то виду не подал. Он встал из-за стола и отправился искать Виллу. Новый ход в игре был сделан.

Спустя некоторое время к Джону подошёл взволнованный мейстер Гормон с письмом от самого короля.

* * *

Звездопад, Дорн, шестнадцать лет назад

Полдень этого дня выдался на диво спокойным и мирным, будто бы недалеко отсюда, за перевалами, и не было никакой войны. Будто бы десять тысяч лучших дорнийских копейщиков не покинули родной край по зову своего короля. Война была далеко отсюда, она стала обыденностью и уже не вызывала былого страха, озабоченности или паники. Тревожные вести говорили о том, что Роберт Баратеон одержал победу, но местная чернь не сильно переживала по этому поводу. Горы и пустыни защитят всё ещё не присягнувший новому королю Дорн, даже если последний возжелает отомстить лоялистам Таргариенов.

Гораздо сильнее всех, как чернь, так и лордов, злила смерть принцессы Элии Таргариен (в девичестве Мартелл) и её детей. Псы Тайвина Ланнистера поступили так жестоко, чтобы доказать лояльность своего хозяина новому королю, и тот несильно спешил реагировать на это каким-либо образом. Принц Оберин собирался созвать знамёна и начать новую войну, дабы отомстить за сестру, но правителем Дорна был не он. К счастью или к сожалению, для Ланнистеров. Дорн был обескровлен и воевать с самым богатым домом не мог, да и страх перед владыкой Западных земель давал о себе знать. Никто не сомневался, что дом Мартелл нанесёт удар, вопрос был лишь в том, когда именно.

Мир и покой царил в покоях леди Эшары Дейн. У темноволосой красавицы была лучшая комната в замке. Белые каменные стены, большие окна и высокие потолки с окнами из цветного стекла, даже септа замка не могла похвастаться всем этим. Нынешний лорд Дейн никогда не мог отказать сестре в её капризах и желаниях, так что уступил, лишь бы увидеть её улыбку. Самым примечательным предметом мебели в комнате была большая колыбель из красного дерева, украшенная резьбой с изображением рыцарей, замка, звёздного неба и прочих элементов, что тем или иным образом ассоциируются с домом Дейн.

Леди Эшара присела около колыбели и, взяв ребенка на руки, опустила платье до пояса. Малыш почти сразу прильнул к её груди и в уже привычной для себя манере начал пить молоко, вызвав у матери улыбку.

— Не так сильно, мой звёздный лучик, — улыбнулась Дейн, ребёнок взглянул на мать своими серыми глазами и потянул вверх свои крохотные ручки.

Эшара запела малышу колыбельную, тому всегда нравились её песни. Дальше был процесс купания и смены пелёнок. Ничто не доставляло малышу такого восторга, как возможность побрызгаться водой в мать и подёргать ту за волосы. Дитя было счастливо, равно как и его мать. Ребёнок, в отличие от многих других, был тих и спокоен, много, даже как для ребёнка спал, редко плакал и почти не доставлял матери неудобств. Всё это вводило Эшару в замешательство, но малыш, как оказалось, был абсолютно здоров. Вот и сейчас он уснул, стойко выдержав все обязательные процедуры.

Сероглазый младенец был единственной отрадой для леди Дейн в эти неспокойные дни, единственным, что не позволило женщине свести счёты с жизнью после новостей об Эртуре. Она никого не подпускала к своему ребёнку — ни младшую сестру, ни старшего брата. Известия о смерти принцессы Элии и вовсе никак её не побеспокоили на фоне тех, что терзали её саму. Эддард Старк женился на леди Кейтилин Талли и предал их любовь, равно как и забыл о своих обещаниях. Джон Аррен же женился на Лизе Талли. Пусть эти вести и не были особо обсуждаемыми, но о них мало кто не знал, даже в Дорне.

Они не общались с момента похищения леди Лианны, но Эшара не была глупенькой южной девицей и понимала положение вещей, в котором оказался её возлюбленный. Понимала груз ответственности, свалившийся на Эддарда с гибелью отца и брата, понимала, что ждёт восставших в случае поражения. Нед и Роберт поставили на кон всё, что у них есть, им нужны были мечи речников. Если Эддард действительно любил Эшару Дейн, то главной причиной его брака с Талли был старый кусок дерьма Хостер, которого не удовлетворила полумера и который хотел, чтобы дети с рыбьей кровью правили не только Долиной, но и Севером.

Спустя несколько часов сна, ребёнка разбудил шум, доносившийся со стороны внутреннего двора замка. Твердыня бывших королей Быстроводной загудела и оживилась, нарушив былой покой. Это совершенно не понравилось малышу, он скорчил недовольную мину и потёр глаза кулачками, после чего зарыдал.

— Всё в порядке, мой звёздный лучик, — Леди Дейн взяла дитя на руки и принялась успокаивать, после чего подошла к окну. — Твой отец приехал, — женщина тепло улыбнулась.

…

Эддард Старк, Хоуленд Рид и кормилица, которую они взяли с собой из Башни Радости миновали ворота Звездопада в сопровождении гвардейцев дома Дейн. Прибыв в замок Королевская Гробница, северяне отправили в Звездопад письмо и уведомили лорда Дейна о намерении приехать, чтобы вернуть родовой меч. Лорд Дейн лишь отправил на встречу своих гвардейцев, чтобы обеспечить безопасность «гостей». Он не питал тёплых чувств к северянам, но смерть нового Хранителя Севера может стать причиной ненужных никому проблем. Пустыни Дорна недружелюбны к гостям, а к друзьям Роберта Баратеона уже недружелюбны его жители.

Эшара вышла во внутренний двор вместе со старшим братом и пятилетней Аллирией, чтобы встретить гостей. Солдаты и слуги замка прожигали убийцу Меча Зари ненавидящими взглядами, сами Дейны держали лицо, как и подобает аристократам. Аллирия и вовсе поглядывала на незнакомцев с интересом, уже готовая пристать к ним с расспросами. Наибольший интерес у девочки вызвал странной внешности юноша. Невысокий, ростом не больше полутора метров, стройный, каштанововолосый и зеленоглазый. Внешность необычная для Дорна, но ничем не примечательная для Перешейка.