Бастардорождённый (СИ) - "DBorn" - Страница 425

Гарлан Тирелл

Средний сын Мейса во время войны сумел не только подтвердить свою славу умелого мечника, но и зарекомендовать себя как отличный полководец, способный вести за собой благородных лордов с рыцарями и вдохновлять простых солдат. В том, что именно ему пророчили место Верховного маршала Простора, ничего удивительного не было. Гарлан был с войной на ты, а Уилласу было трудно сыскать на это место более верного, а главное компетентного человека.

Вернувшись в простор, Гарлан продолжил помогать семье в целом и старшему брату в частности. Там, где не помогала дипломатия Уилласа, хорошо работал авторитет Гарлана, там, где Уиллас мог проявлять излишнюю мягкость, Гарлан твёрдо стоял на своём и отстаивал интересы региона. Говорили, что братья Тиреллы — две стороны одной монеты, и если ты не можешь найти общий язык с первой, не жалуйся, когда придется иметь дело со второй.

Когда король Эдрик реформировал Малый совет, ему потребовался человек, который будет представлять в нём интересы Простора, Гарлан с супругой отправились ко двору. Дипломатическая работа не сильно нравилась Тиреллу, но благодаря ей он меньше времени проводил в разъездах и больше с любимой женой.

Лорас Тирелл

После войны Лорас Тирелл вернулся в ставший родным Данстонбери на Мандере, где и продолжил обустраивать любовное гнёздышко вместе с молодой супругой. Река и относительная близость к Хайгардену позволяли Лорасу навещать старшего брата чуть ли не раз в пару недель.

Леди Вилла занялась торговлей и предпринимательством, у Тиреллов младшей ветви не было серебряных шахт и ключевого торгового узла на морском побережье, зато был небольшой речной флот и огромный рынок сбыта внутри Простора. Её деловая хватка и связи на Севере позволили дому стремительно богатеть и обрастать новыми друзьями.

Лорас, как и желал, обрёл славу не только победителя турниров, но и героя войны, чье имя если и будет воспеваться бардами, то обязательно по праву. Рыцарь так и не забросил своё любимое занятие. Зачем, если он был в этом настолько хорош? Лорас с женой посещали каждый крупный турнир в государстве и почти каждый в Просторе. Казалось, что победы в бою на копьях способны гарантировать дому достаток не хуже, чем предпринимательство, налоги и торговля.

И пусть присутствие Лораса на турнирах лишало остальных участников шанса на победу, а ставки на победителя — всякого смысла, Тирелл начал уступать победы только когда годы стали брать своё.

Несмотря на наличие детишек, обеспечивших семье множество выгодных союзов, среди знати не переставали ходить слухи и грязные сплетни. Мол, жёнушка Лораса трахает его в задницу не реже, чем он её саму, Тирелл никогда не придавал им значения, что толку до блеяния тех, кто хуже тебя? Вилла же наоборот, даже смогла извлечь пользу и заключить несколько выгодных торговых сделок с домами Дорна. Домами… «оценившими их предпочтения и любовь к экспериментам». Знали ли злые языки, что «грязные» слухи сыграют Тиреллам на пользу? Навряд ли.

Однако если Лорасу с Виллой подобные разговоры были безразличны, то в Просторе были те, кто подобную мысль не разделял. Не прошло много времени, как сексуальные отношения четы Тиреллов младшей ветви прекратили обсуждать. Инициаторы этих разговоров либо одумались, либо бесследно исчезли.

Вернейшие союзники Хранителя Юга, щит, прикрывающий Хайгарден, Тиреллы младшей ветви навсегда вписали себя в историю Простора.

Оленна Тирелл

Королева Шипов ушла из жизни так же, как и жила — на своих условиях, наблюдая за терновым лабиринтом с одного из балконов Хайгардена за кубком вина. Её уход был спокойным и величественным, а на лице Оленны так и осталась едва заметная улыбка, будто она покидала этот мир, зная, что оставила за собой порядок и благополучие.

Маргери, её гордость и надежда, хоть и не стала королевой, нашла своё счастье и покой рядом с мужчиной, который любил её искренне и безусловно, не оглядываясь на её происхождение или богатство её семьи. В месте, где власть не была игрой с крайне высокими ставками, Маргери расцвела, обретя возможность раскрыть свои лучшие качества и заняться тем, что всегда ценилось ею больше всего — заботой о людях и созданием лучшего мира.

Уиллас Тирелл, наследник Хайгардена, оказался истинным воплощением чести и разума. Его мудрость и доброта укрепили не только дом Тирелл, но и весь Простор, увеличив его процветание. Его младшие братья, верные и целеустремленные, стали его поддержкой — две руки на рукоятях мечей, третья сжимает перо. Вместе они заложили фундамент для новых высот, которых Тиреллы ранее не знали.

Смерть Оленны Тирелл стала горем для её семьи, но не трагедией для её дома. Она оставила внуков, способных справляться с любыми трудностями, и убедилась, что наследие её будет жить дальше — в их мудрых решениях, в их верности друг другу и в крепких корнях дома Тирелл, которые она помогла взрастить, корнях, которые помогут семье расти и крепнуть вместе. Королева Шипов добилась главного — научила своё наследие цвести без неё.

«Не так уж плохо для дома бывших стюардов, не так ли, лорд Тайвин?»

Дорн

Впервые за столетия в регионе крайнего юга пошёл снег, накрывший не только Красные горы, но и пустыни с сухими равнинами, в которых в принципе не часто встречаются любые осадки. Часть жителей Дорна восприняла это природное явление с искренним удивлённым интересом, другие со страхом. В любом случае, на все последующие годы снег стал предметов рассказов и невероятных историй, особенно среди тех, кто раньше никогда его не видел.

Вот только вскоре снег растаял, ознаменовав конец второй Долгой Ночи. Угроза ушла, королевству нужно было думать о своём будущем и ошибках, допущенных его правителями в прошлом.

Бремя репараций Штормовым землям и Простору, упавшее на Дорн, стало неприятным, но не непосильным для его жителей. Что дворяне, что простолюдины, все были рады окончанию войны и возвращению пленных соотечественников домой, а вот идея платить деньги за вероломное вторжение их радовала уже не так сильно.

Арианна Мартелл

Получившей столь долгожданную власть принцессе Арианне пришлось не сладко. Она закрепила свою власть и легитимность как человек, который в первую очередь будет отстаивать интересы Дорна, а не иноземных узурпаторов, и сейчас Дорн твердил, что не желает платить денег тем, кому они даже не проиграли. Сепаратный мир должен нести лишь выгоды, а не бремя, Дорн уже отправил короне солдат, чего ей ещё нужно?

Идея отказа от выплаты репараций, подогреваемая противниками Арианны, быстро перерастала в идею мятежа против Железного трона и даже отделения от государства. Защита Красных гор, песков и вод Дорнийского и Летнего морей, по мнению многих, гарантировала затее успех.

Однако легитимность Арианны гарантировалась не только дорнийцамми, но и признанием её власти королём и главами остальных Великих домов. К тому же до Мартелл доходили тревожные слухи. Бессмертный дракон, Старые боги, призвавшие героев прошлого и павших солдат, всё это означало, что армия короля не то что не ослабла после Битвы за Рассвет, а даже усилилась. В таких реалиях идти против короны было сродни политическому и не только самоубийству.

Король и Ковенант Зимы пощадили дорнийцев, пощадили Ланнистеров и даже солидную часть железнорождённых. Им нужны были их мечи для противостояния Иным, но сейчас нужда во всех войсках отпала. Помня участь Фреев, фанатиков Веры, бывших лоялистов Хардинга и жрецов Утонувшего, Арианна понимала: ещё одно вероломное предательство Дорну не простят, а значит допускать его попросту нельзя.

Для борьбы с сепаратизмом Арианна использовала все возможные методы, как дипломатические, так и куда более прагматичные. Налоговые льготы, верные люди на ключевых постах при дворе Солнечного Копья, гарнизоны лояльных Мартеллам домов, расквартированные неподалёку от границ владений недовольных вассалов.

Мартелл, сочетавшая в себе невероятную красоту, острый ум и опасное обаяние, превращала свои природные дары в оружие политики. Она искусно пользовалась своим шармом, чтобы склонять мужчин и женщин на свою сторону, оставляя собеседников в восхищении. Её взгляд, обжигающий и обещающий, мог заставить забыть о предубеждениях, а острый язык — запутать врагов в словесных ловушках. Лорды, рыцари, торговцы, чиновники и простолюдины, против воли увлекаемые её харизмой, становились пешками в её игре.