Бастардорождённый (СИ) - "DBorn" - Страница 84

— Седьмое пекло, — вздохнул Эддард. Реалии последних лет его ой как не радовали. — В этой ситуации Северу нужен новый союз.

— Тиреллы? — спросил Сноу.

— Тиреллы… — нехотя пробормотал Эддард.

Неожиданно раздался стук в дверь, но внутрь так никто и не взглянул.

— Да? — спросил Эддард. Дверь открылась, и к ним вошел Эдмар Талли.

— Лорд Старк, сир Сноу, я и мои люди скоро отбывают в Риверран, но перед этим я хотел закончить одно дело.

— И какое же?

— Сир Сноу, я был резок в своих обвинениях и высказываниях. Боги рассудили нас, и теперь я могу лишь признать, что был неправ и попросить прощения.

Эдмар пристально глядел на бастарда своими синими глазами, он мог заметить, как всего на миг лицо мальчишки исказила триумфальная улыбка, свойственная молодым юношам, которые впервые добились успеха. Однако потом в серых глазах мелькнуло понимание, будто бы мальчишка знал о том, как трудно держать власть и вести за собой людей. Будто бы ему был знаком принцип «Положение обязывает».

— Нечего прощать, лорд Эдмар, — ответил Сноу, в глазах лорда Старка можно было увидеть гордость. — Вы поступили благородно, стремясь защитить своих людей и найти виновных.

В следующие пару минут в солярии воцарилось молчание. Если присутствующие и ощущали некую неловкость, то не подавали виду.

— Что ж, тогда я пойду, — Эдмар развернулся и уже было хотел выйти.

— Лорд Талли, — обратился к нему Сноу.

— Да?

— Я ничего от вас не требую, но отмечу, что если вы немного задержитесь и принесёте извинения так, чтобы северные лорды это увидели, то у вас получится частично сохранить лицо.

…

Праздничные дни пьянства и разгула, сопровождаемые смехом, долгими откровенными разговорами и драками, сближают людей. Но ничто не могло сблизить северных лордов так, как нарастающая неприязнь к союзникам из Речных земель. На фоне последних событий даже лорды, что наиболее яро желали породниться с сюзереном через его старшую дочь, поумерили свой пыл.

Торговля с речниками может сильно пострадать, если и не прекратится полностью, особенно после унижения, полученного наследником. Теперь лорду Эдмару потребуется разбираться с новыми возникшими проблемами уже на своих землях, не говоря уже о том, что на самом Перешейке и ближайших к нему землях сейчас и без того неспокойно.

На фоне возникшей на союзников обиды за спесь и наглость, Тиреллы выглядели более чем хорошо. У Эддарда Старка был длинный разговор с лордом Мандерли, в результате которого тот согласился принять у себя бывших врагов из Простора должным образом, как и организовать более масштабный турнир. Всё же Мандерли клялись Старкам в вечной верности, и трудно было найти на Севере дом, что был бы более лояльным.

* * *

Простор, Хайгарден, некоторое время спустя

Этим утром леди Маргери Тирелл проснулась из-за грубого вторжения в её личное пространство.

— Хмм… Джон, не здесь… перестань, что скажут мои братья?

Спустя всего пару мгновений девушка поборола остатки сна и поняла, что её щека мокрая не из-за поцелуев, а из-за того, что Мороз опять требует внимания хозяйки. «Плохой мальчик!», — пробормотала девушка, на что пёс понуро опустил уши, но вилять хвостом не перестал. «Такой сон испортил», — пробормотала девушка, потягиваясь.

За время, прошедшее с момента именин, пёс заметно вырос и уже доставал девушке до пупка, а шерсти с него было столько, что слуги просто не успевали убирать её всю, так что длительное время нужно было тратить на вычёсывание собаки. Маргери отказалась оставлять своего пса на псарне, и тот теперь постоянно следовал за хозяйкой и сторожил её покой. Дети прислуги из числа самых маленьких были просто в восторге и не упускали момента помучить животное или покататься на нём верхом. Этого нельзя сказать о кавалерах леди Хайгардена, которым теперь было необходимо, помимо братьев, миновать и пса ради попытки поухаживать. Успешно получалось не у многих.

Маргери посмотрела на себя в зеркало и лукаво улыбнулась, она явно была довольна увиденным. За прошедшее с окончания турнира время девушка только похорошела, её высокая грудь стала больше, а бёдра — шире. Расстраивало только то, что рост остался прежним, но и мать Маргери никогда не была высокой. Спустя некоторое время, юная Тирелл закончила приводить себя в порядок и спустилась к завтраку. Мороз привычно следовал за девушкой.

В последние годы леди Оленна всё больше занималась с внучкой и некоторыми её кузинами из числа самых способных. Старая матрона обучала девушек искусству манипуляций и обольщения, разного рода хитростям и всем тонкостям игры в престолы. Из них всех Маргери была самой способной, давая бабушке более чем хороший повод для гордости.

Леди Оленна готовила внучку если не к роли королевы, то к роли женщины, что сможет из тени управлять домом, в который со временем перейдет в результате брака. Союзы и связи важны, но они будут в разы полезнее, если союзным домом будет управлять человек компетентный и, что не менее важно, лояльный. Положение дома Тирелл было бы не столь хорошим, если бы им де-факто управлял Мейс, но, к счастью, его роль главы была номинальной.

Маргери вошла в зал, где её уже ждали мать и бабушка вместе с Уилласом. Отец был занят организацией очередного турнира, а Гарлан с Лионеттой делали новых Тиреллов. Девушка поцеловала в щеку мать и бабушку, получила комплимент от брата и лишь после этого уселась за стол.

— Тебе следует перестать таскаться с собакой. Она отпугивает от тебя всех кавалеров, — поучительно произнесла леди Алерия Тирелл (в девичестве Хайтауэр).

— В этом и весь смысл, — улыбнулась матери Маргери. — Что толку от кавалера, который даже не может обойти пса? — вопрос девушки заставил Оленну улыбнуться.

— Садись рядом, дитя. Посекретничаем.

— Хорошо, — Маргери послушалась и подсела к бабушке. Слуги начали подавать блюда.

— А ведь твоя мать права, — заговорила матриарх так, чтобы невестка не услышала.

— А что толку от местных женихов? Мне казалось, что вы с отцом хотите сделать меня королевой.

— Королевой, — фыркнула женщина. — Я, как и твой отец, много чего хочу, но в отличие от моего бестолкового сына, я понимаю, что пока добрый король Роберт жив — девице Тиреллов не стать королевой.

— И Тиреллы забудут о своих амбициях из-за превратностей судьбы? — леди Оленна засмеялась в ответ.

— Судьбы? Нет никакой судьбы, а если и есть, то мы строим её сами.

— Разве?

— Ты знала, что за твоего деда должна была выйти леди Виола — твоя двоюродная бабка? Мне же должен был достаться очередной Таргариен. Породниться с королевской династией всегда считалось престижным. Но леди Тирелл стала именно я.

— Я не понимаю…

— Я соблазнила твоего деда и дала ему то, чего хочет каждый мужчина, а на следующий день он просил моей руки, позабыв о Виоле.

— Ты избежала судьбы войти в дом Таргариен.

— И ничуть об этом не жалею. Видела бы ты моего наречённого, — женщина поморщилась.

Тем временем послышалось тихое постукивание. Тиреллы повернули головы и увидели ворона, что постукивал клювом по столу. Птица подлетела ближе к Маргери и, поняв, что на неё обратили внимание, прокаркала:

— Север! Север!

— Вести от твоего бастарда? — поинтересовалась леди Оленна, заставив внучку залиться краской.

Леди Оленна была почти уверена, что мальчишка сорвал цветок Маргери во время турнира. Дом Тиреллов имел довольно либеральные взгляды и позволял своим детям ряд вольностей. Сама Оленна не была девочкой на момент свадьбы и не находила в этом ничего плохого, как и в том, что её внучка будет в схожей ситуации. Мужчины глупы, особенно если пьяны после свадебных пиршеств. Даже если жених и заметит несоблюдение норм, то будучи благоразумным, промолчит. Союз с Тиреллами стоит дороже раненой гордости, а при проверке любой мейстер или септон объявит, что Маргери невинна. Да и плева может порваться и от верховой езды.